На митинге в защиту собак было все как у людей

Погода в Москве отвратительная — ночью навалило снега, с утра его смывает дождем, да все никак не смоет. Сверху то ли льет, то ли валит, под ногами — мокрая жижа. Но это не остановило защитников собак, которые собрались в самом центре Москвы, в Новопушкинском сквере, на митинг против догхантеров. Всего там было несколько сотен человек — не меньше, чем на вчерашней акции против пыток и политических репрессий. Было много детей, школьники стояли с самодельными плакатами. Зато почти не было собак — это было заранее оговорено организаторами, они очень боялись провокаций. Провокаций теперь боятся организаторы практически любого митинга.

"Меня не интересуют мотивы педофилов, и также меня не интересуют мотивы живодеров. И те, и другие должны сидеть в тюрьме. И это одинаково важные проблемы", — заявила Дарья Хмельницкая, известный защитник животных, директор благотворительного фонда "Вирта". Между тем собственно педофилия — это не преступление, а болезнь. В тюрьму же должны сажать не больных, а насильников, а вместо них в России сажают кого угодно, только не самих насильников. Но речь на митинге шла не о людях, а о четвероногих питомцах, так что все эти нюансы были бы тут совершенно ни к чему.

Поводом для протеста стали массовые отравления животных, самое резонансное из которых случилось в сентябре в парке 50-летия Октября. Тогда ГУ МВД по Москве даже возбудило уголовное дело по статье 245 УК РФ "Жестокое обращение с животными", за которое положено до двух лет колонии. Ни один виновный до сих пор не пойман. Организаторы — движение "Зеленый поводок" — и участники митинга требовали, чтобы правоохранительные органы наконец-то серьезно занялись догхантерами. Полиция, которой и до людей-то нет никакого дела, случаи отравления или нападения на животных как правило игнорирует.

Поддержать митингующих приехал актер Леонид Ярмольник. "Если бы я встретил живодера на своем пути и знал бы, кто он — я бы его убил и отсидел за это в тюрьме. Потому что это справедливо", — говорил в микрофон Ярмольник. Судя по всему, в отношении полицейских у него действует презумпция невиновности — потому что трудно предположить, что он никогда не встречал полицейского или ничего не слышал о полицейском произволе.

Но выступление Леонида Ярмольника свидетельствовало о том, что он, скорее всего, в курсе: "Наши власти занимаются не тем и не с тем борются, — говорил он, и его слова звучали так, как будто он выступает в защиту политзаключенных. Но комический актер говорил не о них. — Надо хорошо задуматься о том, что происходит с нашим обществом, если в нем появляются люди, называющие себя догхантерами. Потом их начнут раздражать инвалиды и старики, и они будут убивать их. Я считаю, что Следственный комитет должен вчера и сейчас заниматься этим, а не тем, чем он занимается". О радикальных националистах, которых раздражают мигранты, Леонид Ярмольник, похоже, не слышал. Потому что националисты уже давно их убивают, но на митингах в защиту людей Леонид Ярмольник до сих пор почему-то столь страстно не выступал.

Ярмольника поддерживали аплодисментами и криками, потом становились в очередь, чтобы пообщаться. Потом слушали остальных, не таких известных, но столь же обеспокоенных разгулом насилия, ораторов, топча лужи и укрываясь под зонтами и зелеными шариками, которые раздавали на входе.