Страна победившего Госнаркоконтроля, или Кое-что о сопереживании

Все, блин, достало!

Который день в одной очень уважаемой группе на фейсбуке не прекращается обсуждение проблем назначения наркотиков в ЛПУ (лечебно-профилактическом учреждении) в свете все ужесточающихся бездумных (или безумных, кому как больше нравится) распоряжений ФСКН. И как это уже стало традицией, практические доктора, которые по долгу службы каждый день балансируют между соблюдением идиотских приказов госнарков и желанием реально помочь больному, выслушивают от обывателей и чиновников от медицины обвинения в отсутствии Сочувствия, Сопереживания, нарушении клятвы Гиппократа и прочая и прочая. Так как же оно на самом деле? Рассмотрим несколько конкретных примеров.

Пример 1.

Самым распространенным наркотическим аналгетиком, применяемым в анестезиологии, в РФ является фентанил. В каждой операционной в сейфе хранится определенный его запас. Вы думаете, его величина рассчитывается так, чтобы на сутки хватило и еще осталось на случай непредвиденных поступлений? Как бы не так.

Формула расчета средней нормы фентанила на операционную держится в тайне за семью печатями, ее знают разве что зав. аптекой и председатель наркотической комиссии больницы. Из того, что доходит до ушей простых анестезиологов, известно, что норма рассчитывается с учетом расхода фентанила за три (!) предыдущих года. Таким образом, если в первые два года в операционной выполнялись по 500 операций в год, а в последний, третий, оперативная активность вдруг возросла в разы, норму вам если и увеличат, то незначительно. Но даже и увеличенная, эта норма зачастую остается ниже того количества, что требуется при интенсивной работе по дежурству. Как вам ситуация, когда на два экстренных хирургических стола на сутки выдается всего 20 ампул фентанила? И это не где-то в глуши, а в одной из крупнейших больниц Москвы, находящейся на оживленной трассе. Для непосвященных поясню. По существующим рекомендациям, доза фентанила для поддержания анестезии составляет 3-5 мкг/кг/час, т.е. для человека массой 80 кг на трехчасовую операцию будет использовано в среднем 900—1000 мкг (9—10 ампул). Десять!!! А в сейфе всего 20 — на сутки! А если таких операций будет не 1, а 5? Или поступит наркоман, которому наш фентанил, что водица? Как тогда быть?

Умные начальники вроде бы предусмотрели такую возможность. И создали отдельную структуру — централизованную наркослужбу. Специально выделенная сестра должна приносить наркотики в случае, если в сейфе операционной по каким-то причинам они закончатся. НО гладко было на бумаге... Сестра одна. В ее обязанности входит не только и не столько обеспечение наркотиками операционных, но и обезболивание послеоперационных больных по вызовам из отделений. Ушла по отделениям, и хоть обзвонись, пока не вернется, с ней связи нет. И пусть больной лежит на столе и ждет операцию, неважно, что у него в животе два литра крови и давление по нулям. Не повезло ему поступить в больницу именно тогда, когда рассчитанный средний нормативный запас закончился. А заказать наркотики заранее — низзззя!!! — только на конкретного больного. Дальше еще интереснее. По чьему-то идиотскому приказу врач-анестезиолог должен рассчитать, сколько ампул фентанила ему будет необходимо на анестезию, и не приведи господи, он закажет больше. Поутру будет писать объяснительную, почему не рассчитал, а старшая сестра — еще и акты о возврате. Нужна им эта головная боль?

Казалось бы, есть операционные, в которых запас фентанила лежит мертвым грузом и по дежурству не используется. Почему нельзя взять оттуда, а не стоять в томительном ожидании наркослужбы? У меня нет вразумительного ответа на этот вопрос. Есть приказ: передача наркотиков из сейфа в сейф запрещена.

И точка.

Доходит до абсурда. По рассказам коллег, в некоторых больницах из-за жестких ограничений количества наркотиков на операционную переходят на регионарные методы обезболивания даже в тех случаях, когда их применение не то, что не показано, но и может быть опасным. Как скверный анекдот, рассказывают историю, как одна 1000-коечная московская больница с хирургическими койками долгие годы не имела наркотических аналгетиков как класса лишь по личному решению администрации, чтобы не связываться. Никакие обращения, в том числе и главных специалистов департамента проблему решить не могли в течение 7 лет! Похоже, пора вспоминать опыт хирургов Великой Отечественной и вновь осваивать местную анестезию на больших полостных операциях.

Пример 2.

Поступает больной с инфарктом миокарда. Насчет выраженности болевого синдрома: кто видел — не забудет. Что будет делать врач кардиоблока? Правильно, назначит морфин для обезболивания. Но вот незадача: больного в БИТ привезли быстрее, чем приемник оформил историю. И все!!! никакого тебе морфина — обезболивай НПВС, трамалом, чем хочешь, хоть добрым словом и шаманскими плясками, если умеешь. Пока не будет истории с номером, сестра наркослужбы морфин вводить не будет!!! И наплевать ей, что пациент от боли на стенку лезет. Вы мне, доктор, сказки не рассказывайте, — скажет она. — Сначала история, потом морфин, а не наоборот. И ведь не пожалуешься и докладную не напишешь, формально она поступает по инструкции и, стало быть, права, а доктор — злостный нарушитель.

Это всего лишь два примера тех нелепых препон, создаваемых уродливыми и бестолковыми правилами Госнаркоконтроля тем врачам, которые ежедневно занимаются назначением наркотических препаратов. Бесчисленные комиссии, ...дцать журналов передачи и списания НС, ежегодное, если не ежеквартальное ужесточение правил назначения и списания наркотиков, вызывающее у персонала ступор, граничащий с животным страхом (ибо за любую мало-мальскую ошибку спросят оччччень строго). Неужели все эти меры реально помогли снизить хищения НС в ЛПУ? Да и были ли эти хищения? И какую долю они составляют от общего нелегального оборота наркотиков? На эти вопросы врачам, видимо, ответа не добиться. А те, кому по долгу службы положено их задавать, предпочитают обвинять самих врачей в отсутствии человечности, нежели связываться с могущественной ФСКН. Оно и понятно, патетические лозунги провозглашать куда легче...

Так что, уважаемые человеколюбцы, если вдруг вы окажетесь на операционном столе или в палате ОРИТ именно в таких обстоятельствах, не спешите винить доктора. Он работает... нет, не как умеет, а как ему позволяют работать добрые люди из Госнаркоконтроля.

P.S. Меж тем недавно представители ФСКН высказались за ужесточение контроля за оборотом закиси азота. Ой-вей, похоже на анестезиологии в России скоро пора будет ставить крест: ведь далеко не все больницы оснащены новым наркозно-дыхательным оборудованием, позволяющим работать с современными ингаляционными анестетиками. Так что не болейте, господа!

продолжение следует...

Оригинал