Мой инсульт стал мне (пара)наукой

Джилл Б. Тейлор — отважная женщина, перенесшая инсульт и написавшая об этом откровенную книгу в жанре «науч­ного самоанализа». Известный американский нейробиолог старалась не только справиться с неожиданно обрушившейся на нее болез­нью, но и превратить свой недуг в предмет исследования. Объясняя простыми словами и элементарными рисунками, как именно ее нервная система была поражена кровоизли­янием, Тейлор подробно описывает процессы угасания и восстановления нейронных кле­ток. Посвятив немало времени препарирова­нию чужих мозгов, в этот раз исследователь­ница «препарирует» саму себя, выворачивая перед читателем наизнанку внутренний мир своих ощущений, переживаний, страхов и на­дежд. Правда, ближе к концу книги поток эмо­ций и, мягко говоря, странных идей серьез­но снижает ее научную ценность, превращая автора в проповедника некой новой «философии жизни».

Первые не­сколько разде­лов кни­ги посвя­щены крат­кой науч­ной авто­биографии и описанию строения моз­га на понятном любому неспециалисту языке. Не вда­ваясь в мелкие детали, автор в общих чертах обрисовывает рабо­ту нервной систе­мы человека, осо­бенности межполушарной асимме­трии и некоторые нарушения в деятельно­сти мозга.Такое введе­ние необходимо, чтобы неискушенный в вопро­сах нейроанатомии чи­татель смог понять, как именно кровоизлияние в определенных об­ластях мозга приводит к тем или иным сбо­ям в работе нервной системы. Специалисты вряд ли найдут здесь что-то для себя новое. Зато последующие главы могут действитель­но обогатить наши представления о том, как человек, перенесший кровоизлияние, пере­живает изменения, происходящие в его моз­ге и во всем остальном теле. Тейлор подроб­но рассказывает о собственных ощущениях с момента возникновения первых симптомов кровоизлияния, описывая постепенное и ка­жущееся необратимым угасание основных функций нервной системы, которое отража­ется на всех уровнях организма. Ретроспек­тивный анализ собственного состояния полу­чается иногда чересчур красочным и эмоци­ональным, насыщенным образами и эпите­тами. Автор одновременно ужасается и вос­хищается происходящими с ней изменения­ми, используя выпавшую «возможность» для того, чтобы лучше понять работу человеческого мозга. Однако и такой взгляд изнутри по-своему ценен, так как позволяет ученым, ме­дикам и родственникам перенесших инсульт людей понять, как те воспринимают самих себя и окружающий мир, находясь в состоя­нии «всепоглощающего безмолвия».

К счастью, Тейлор удалось выкарабкаться, и не в последнюю очередь благодаря близ­ким людям. Рассказывая о том, как о ней за­ботилась мама и как по-разному к ней отно­сились медики, она преподает нам еще один урок: человек всегда остается человеком, даже если становится похожим на безволь­ный овощ. Поэтому отдельный раздел ученая посвятила описанию важнейших психологи­ческих потребностей, которые может испы­тывать человек, перенесший инсульт и утра­тивший некоторые человеческие способно­сти — говорить, слышать и правильно пони­мать других, ухаживать за собой.

В последних главах книги ав­тор обращается к экзистенци­альному опыту, полученному в результате болезни, и ана­лизирует его не столько с на­учной точки зрения, сколько с точки зрения просветлен­ного гуру. На полном серье­зе Джилл Б. Тейлор пишет о том, как надо правильно разговаривать с собствен­ными нейронными клетка­ми, каждый день подба­дривать их и благодарить за пластичность и рабо­тоспособность. «Поми­мо того что я провожу немало времени, разговаривая с клетками собственного мозга, моя жизнь — это еще и большой праздник любви, который я праздную вместе с 50 трлн молеку­лярных гениев, из которых состоит мое тело», — и да­лее автор представляет свою психику как «священный участок миро­здания, делянку, которую доверила мне Все­ленная, чтобы я ухаживала за ней на протяжении жизни».

Советы, которые Тейлор адресует людям, желающим обрести душевный покой, места­ми банальны, а местами вызывают скептиче­скую улыбку. Уводя читателя в область мета­физических построений, автор рассказывает, как пережитый опыт помог ей не только луч­ше понять работу мозга с научной точки зре­ния, но и подтолкнул к переосмыслению соб­ственной жизни, расширил представления о мироздании и своем месте в нем. Возмож­но, Тейлор в результате своей болезни дей­ствительно открыла что-то новое о строении и функционировании нервной системы лю­дей, о взаимосвязи отдельного человека и Вселенной. Вот только какие из ее открытий являются научными, а какие — паранаучными, приходится самостоятельно разбираться по ходу чтения книги.

Тейлор Дж. Б. Мой инсульт был мне наукой: История собственной болезни, рассказанная нейробилогом. — М.: CORPUS, 2012.