В начале 2000-х Игорь Сысоев, тогда системный администратор «Рамблера», развлекал себя на работе тем, что писал программу под названием NGINX. К началу 2010-х она сделала его без пяти минут миллионером

В углу большой мрачноватой комнаты без мебели сидит за компьютером худой мужчина лет сорока. Плотно сжав губы и пронзительно глядя в экран, будто хочет прожечь его насквозь, он постукивает по клавишам. За последние полтора года бывший сисадмин «Рамблера» основал собственную компанию и почти стал миллионером, но кабинета и приемной с секретаршей у него нет и не будет. Зачем? Сысоев с инвесторами и клиентами не общается, телефоном не пользуется в принципе. Если верить хрестоматийному образу стартапера, умеющего увлекать и убеждать, то Игорь — образец человека, которому предпринимательство вообще не светит. И тем не менее венчурные инвесторы три года упорно уговаривали его начать свой бизнес, а те, кто опоздал, до сих пор пытаются вскочить в уходящий поезд и получить хоть небольшой пакет его компании NGINX («Энджин-икс»). Что их так заинтересовало?

Проблема, решение которой сделало Сысоева предпринимателем против его воли, увлекла его лет 10 назад. Интернет тогда рос сумасшедшими темпами — с 1990-го по 2000 год количество пользователей увеличилось примерно в 260 раз. Добавьте к этому рост активности каждого из них. Сайты не справлялись с нагрузкой и висли, программисты ломали голову над проблемой. В 1995 году группа студентов американских университетов сообща написала программу-веб-сервер под названием Apache, умеющую, если объяснять «на пальцах», распределять ресурсы сервера так, чтобы одновременно обслуживать много приходящих на размещенные на нем сайты пользователей. Но через несколько лет высоконагруженным сайтам и этого перестало хватать. Что делать? Всем срочно покупать новые более мощные серверы или… придумать что-то новенькое. Игорь Сысоев придумал. За два года он написал программу под названием NGINX, которая совершила чудо: позволила, ничего не покупая, увеличить количество обслуживаемых сервером пользователей на порядок, а порой и на несколько. Сейчас из 200 млн активных сайтов глобальной сети примерно четверть самых посещаемых, в том числе Facebook, «Яндекс», «ВКонтакте», используют программу Сысоева. Apache по-прежнему самый популярный веб-сервер в мире, но NGINX растет и в этом году идет ноздря в ноздрю с веб-сервером IIS от Microsoft, то обгоняя его, то отставая на доли процента. А из нескольких миллионов сайтов Рунета NGINX применяют больше половины.

Штука в том, что путь от миллионов пользователей до миллионов долларов в кармане не близкий и совсем не очевидный, особенно в интернете. И американский Apache, и русский NGINX — программы бесплатные. Кто угодно может их использовать по своему усмотрению и как угодно переделывать. И есть масса примеров, когда изобретатель чего-то суперпопулярного в сети так и оставался ни с чем: тот же Деннис Ритчи, изобретатель языка Си, о котором говорили «если взять микроскоп и заглянуть в компьютер, вы повсюду увидите Ритчи», умер не только не разбогатев, но и по несчастливой случайности одновременно со Стивом Джобсом, поэтому совершенно незамеченным. Да и сам Apache, если смотреть в целом, тоже не машина для зарабатывания денег: соообщество разработчиков Apache Foundation живет на добровольные пожертвования. То, что с NGINX дело пошло по-другому, связано прежде всего с характером его создателя.

Алма-Ата, где провел детство Сысоев, не стояла на переднем крае технологий. Когда Игорю было 15, в Доме пионеров появился первый компьютер, и школьников повели смотреть диковинку. Сысоев — человек сдержанный: «Я подумал: на хрен мне это надо? Однако пошел. Ничего особенно интересного». «Железом» Игорь не увлекся, зато погрузился в странную игру, предвестник будущей работы: решал на калькуляторе задачу «Полет с Луны на Землю» из журнала «Техника молодежи». «Ты выбираешь скорость, направление движения, вбиваешь в формулу — и получаешь несколько чисел на однострочном мониторе. Это твое положение в пространстве. Задача — не уйти с маршрута». «Это очень интересно», — на всякий случай поясняет Сысоев. Вот так он и выбрал специальность.

После МГТУ им. Баумана, сменив пару мест работы и убедившись, что нет ничего хуже, чем руководить коллективом, Сысоев в 2000 году пришел в Rambler на должность системного администратора. «Мне сказали: это крутой парень, очень сильный, бери», — рассказывает Игорь Ашманов, в то время директор «Рамблера» по разработке. В Rambler программистам давали свободу: ты делаешь свое дело, а в остальное время можешь развлекаться — по-своему, по-программистски. «Задача хорошего сисадмина в том, чтобы сделать себя ненужным, — объясняет Сысоев. — Чтобы все работало без его вмешательства». Он наладил работу и начал развлекаться по полной: в то время у него возник «сильный личный интерес» к проблеме высокой загруженности серверов. Хотя проблема напрямую касалась и «Рамблера», о работе Игоря мало было известно: «Я решал проблему, которую сам себе поставил, без дедлайна. Это было хобби в чистом виде, я всегда мог остановиться и подумать как следует, прежде чем идти дальше». «Если бы Rambler представлял себе тогда, что из этого выйдет, наверное, наложил бы лапу», — усмехается совладелец небольшой софтверной компании Алексей Тутубалин, тогдашний сослуживец Сысоева.

«Идея витала в воздухе, и я просто взялся ее реализовать», — Сысоев объясняет ход жизни логикой, а не исключениями из нее. «Из воздуха» он извлек вот что: в отличие от Apache решил не выделять для каждого посетителя сайта фиксированный объем памяти и мощности процессора, а постоянно перераспределять ресурсы в зависимости от ситуации. Если, например, у посетителя медленный dial-up, незачем давать ему большие мощности, он их все равно не использует. Если он открыл страницу сайта и пошел пить кофе — тем более. В 2002-м Сысоев начал писать — на работе, дома, днем, ночью. У программистов ведь тоже вдохновение, говорит он: «Две недели пишется, а потом месяц ну просто не идет. Мозг отказывается работать».

Сысоев нашел компромисс. «Apache — это как большой и тяжелый швейцарский нож, где есть отвертки, пилочки, все что угодно. Куча функций, но программа очень большая, — объясняет Андрей Алексеев, отвечающий в NGINX за развитие бизнеса и, поскольку обладает даром слова, за связи с внешним миром. — Были тогда и веб-серверы совсем узкие, как шило, — им даже винт не открутишь, потому что это шило». NGINX же получился компактный, но универсальный. К 2004-му появилась первая готовая версия продукта. Сысоев никак не продвигал ее. Первыми пользователями стали случайно узнавшие о ней владельцы сайта «Звуки.ру», затем ее стал применять Rambler, и NGINX начал раскручивать себя сам.

К 2008 году изобретение Сысоева безо всякой маркетинговой поддержки заняло 0,5% мирового рынка веб-серверов. А Сысоев меж тем по-прежнему оставался главным и практически единственным экспертом по своей разработке. Характерна его личная страничка в Сети. Из «человеческого» — скупые сведения, что родился в 1970-м в Алма-Ате, учился там-то, переехал в Москву. Из внекомпьютерного — пост про смену часовых поясов с обилием цифр и расчетами, в каком варианте мы теряем больше светлых часов. Все остальное — ответы пользователям про NGINX. А вот на серьезные вопросы программистов «почему вы сделали так, а не эдак», автор не отвечал. «Никогда этого не делаю, — с глубокой убежденностью говорит Сысоев. — Чтобы ответить корректно и исчерпывающе, нужно очень много времени. А отвечать просто так я не могу». Комьюнити, обычного для программ open source, вокруг NGINX так и не возникло, и инвесторам, которым стал к тому времени интересен NGINX, оставалось обратиться к самому Сысоеву.

Но не лучше ли было тем же инвесторам заняться Apache? Когда-то отцов-основателей Apache было два десятка, но постепенно их сообщество разрослось до несколько сотен человек со всех уголков земли, от Кейптауна до Монголии. «Apache не может быть коммерциализован, у него нет единого центра, и потом, нас просто слишком много», — объясняет Forbes один из разработчиков, 55-летний Жак Леру, живущий у моря неподалеку от Марселя. Но отсутствие «центра» не мешает тому же Леру жить за счет Apache: он примкнул к фонду «из чистого любопытства» 8 лет назад и сейчас зарабатывает, поддерживая и дорабатывая созданную на основе Apache программу OFBiz. И это один из сотни подобных проектов, не считая гиганта Red Hat с оборотом более $10 млрд: хотя среди его владельцев числится один из основателей Apache, прямой связи заработков компании с этим фактом нет.

«Инвесторы (в основном американские фонды среднего эшелона) начали писать мне письма с 2008 года — предлагали встретиться и обсудить возможность сделать бизнес. Обычно я не отвечал ничего, поскольку не знал, что ответить, — железно аргументирует Сысоев. — Во-первых, мне всегда хватало денег. Машина в семье есть, где жить, тоже — что еще надо? А во-вторых, нужно было психологически привыкнуть к тому, что появилась новая возможность». Привыкание шло «абсолютно внутри себя», даже жена не догадывалась: «Я ее просто в такие вещи не посвящаю, ставлю перед фактом, когда все решено».

Человеком, который совершил переворот в его сознании, оказался, по словам Сысоева, Сергей Белоусов из Runa Capital. Впрочем, к моменту их встречи в конце 2010 года Сысоеву уже трудно было единолично поддерживать свою программу, и сама жизнь толкала его к компромиссу.

«Логика в том нашем разговоре не работала, — вспоминает Белоусов. — С этой позиции все было слишком очевидно. Речь шла об ощущениях Игоря, ему нужно было все это принять. Кстати, дело не закончено, ему еще со многим предстоит смириться в будущем». «Ну да, он сложный, — признает Белоусов. — А простых людей много — только вот что с ними делать?»

Сысоев решился. Весной 2011 года они вместе с будущим операционным директором компании Максимом Коноваловым ушли из «Рамблера», тогда же уволился из «Комстар-ОТС» Андрей Алексеев. Прыжков в неизвестность Игорь, хотя и катается на горных лыжах, не любит: еще до увольнения с будущими инвесторами был подписан так называемый term sheet, в котором описывалось, какую долю в еще не существующей компании они получат в обмен на $3-миллионные инвестиции. С Runa Capital связи в тот момент не было — инвесторами пообещали выступить фонды BV Capital (ныне e.Ventures) и Greycroft, специализирующийся на цифровых медиа и в свое время вложившийся в Huffington Post.

Жестких обязательств фонды на себя не брали. Когда летом программисты создали компанию (на это ушло несколько сотен тысяч рублей собственных сбережений Сысоева и Коновалова), Greycroft отпал, но вместо него пришла Runa. Общая сумма сделки не изменилась. Основным инвестором стал фонд BV Capital, чуть меньше вложила Runa, к пулу присоединился также личный фонд Майкла Делла. Все средства идут на операционные расходы: 90% — зарплата программистов (сейчас их десяток), следующая статья — аренда офиса, пустынной квартиры на Остоженке, где помимо сысоевского рабочего угла оборудовано еще несколько таких же.

Структура сделки типична для Америки, не такая агрессивная, как здесь, признает Андрей Алексеев: «Фонды получили чуть больше 35%, 15–20% оставили на опционы сотрудникам, остальное — доля Игоря и по чуть-чуть у меня и Макса». Сысоев, кстати, не главный, он технический директор. Его задача — делать новую версию NGINX-2 и общаться с заказчиками «по чисто техническим вопросам». А остальные члены команды дорабатывают первую версию. «Отобрать ее у Игоря было тяжело, — вздыхает Андрей. — Долго боролись с ним на эту тему — ну все, кончай уже, расслабься!»

Выстроится ли очередь клиентов перед дверью квартиры на Остоженке? Сергей Белоусов уверенно говорит о миллиардном обороте через 10 лет, но и сам пока не знает конкретных рамок рынка, на который выйдет NGINX. Пока нет даже операционной безубыточности — ее ждут в следующем году. Участник «Общества Апачей» Жак Леру считает перспективы NGINX очень неплохими. Штука в том, что в NGINX еще не решили даже, останется ли вторая версия бесплатной и будет ли распространяться с открытым кодом (это возможность для любого программиста ее дорабатывать). Сейчас 80% оборота, который находится, по словам Коновалова, в диапазоне $0,5–1 млн, компании приносит техническая поддержка NGINX, и возможности роста здесь, скорее всего, невелики. 20% — разработка версий программы для конкретных заказчиков, среди которых Netflix, большая телекоммуникационная компания и правительственная структура.

Задача же в том, чтобы сделать наоборот: получать 80% доходов от разработки и 20% от поддержки. Компания не слишком рассчитывает на российских покупателей. «Из-за нашей популярности в России все здесь слишком хорошо научились сами работать с NGINX. И потом, идея «доплачивать за бесплатное» для наших — культурный шок», — рассуждает Коновалов. Впрочем, руководитель отдела эксплуатации поисковых сервисов «Яндекса» Анатолий Лебедев признает: «Нам важно, что часть задач по доработке NGINX мы можем поручить этой команде. Это гибкий продукт, и то, что мы продолжаем им пользоваться, — показатель нашей удовлетворенности». И все же главная цель NGINX — Америка. До сих пор на Североамериканском континенте у компании был всего один сотрудник, однако в этом году Коновалов открывает в Калифорнии офис NGINX, где будет трудиться целая группа «продавцов». Но разработка останется в России.

Максим Коновалов признается, что уже было несколько предложений купить акции по цене в несколько раз выше первоначальной. «Мы не миллионеры, — прикидывает Коновалов. — Но Игорь, по идее, мог бы им стать. Если бы захотел». Однако Сысоев в своем углу дописывает вторую версию NGINX и на пустяки не отвлекается. К декабрю все будет готово, а смежники не подведут, потому что их просто нет.

Как программист сумел заработать миллион долларов на хобби