И у обезьян бывает кризис среднего возраста

Кризис среднего возраста, о кото­ром много и не без удовольствия рассуждают люди, свойственен, оказывается, не только им, но и челове­кообразным обезьянам. К такому заклю­чению пришла группа исследователей из Великобритании, США, Японии и Герма­нии под руководством Александра Вейса (Alexander Weiss), специалиста из Шот­ландской группы исследования приматов и Эдинбургского университета. Доктор Вейс уже несколько лет изучает пробле­мы ощущения субъективного благополу­чия у людей и приматов.

Субъективное благополучие человека — это степень его удовлетворенности собственной жизнью, и далеко не всегда оно зависит от материального положения. Многочислен­ные исследования, проведенные учеными разных стран, показывают, что ощущение благополучия у людей меняется с возрас­том: в детстве и юности оно велико, затем постепенно снижается, достигая миниму­ма к 45–50 годам, а затем растет до старо­сти. Исключение составляют лишь послед­ние годы жизни, когда человек уже слаб и болен. Специалисты исследовали ситуацию более чем в 50 странах, как развитых, так и не очень, анализировали миллионные вы­борки, но во всех случаях кривая зависи­мости субъективного благополучия от воз­раста имеет U-образную форму. Объяснить этот феномен социальными и экономиче­скими причинами не удается. Александр Вейс и его коллеги предположили, что дело не только в экономике и демографии. Быть может, «кризис среднего возраста» возник еще у общего предка человека и обезьян, и его можно объяснить с биологической или эволюционной точки зрения.

Исследователи собрали данные о трех разновозрастных группах обезьян. Груп­па А состояла из 64 самцов и 91 сам­ки шимпанзе (Pan troglodytes), живущих в зоопарках и исследовательских цен­трах Японии. Возраст животных варьи­ровал от 0,2 до 51,7 лет. Группа В вклю­чала 69 самцов и 112 самок шимпанзе от 0,4 до 56 лет из 14 зоопарков Соединен­ных Штатов и одного австралийского. Груп­па С — 69 самцов и 103 самки орангутанов от 1,8 до 51,2 лет, из них 89 животных — суматранские орангутаны (Pongo abelii), 53 — борнейские (Pongo pygmaeus) и 30 — меж­видовые гибриды. Орангутаны живут в 39 зоопарках Соединенных Штатов, Канады, Австралии и Сингапура.

Субъективное благополучие человека определяют, используя специальную ан­кету. Исследователи адаптировали ее для работы с обезьянами, в результате в ней осталось четыре пункта. Заполняли анке­ты сотрудники зоопарков, добровольцы и исследователи, знакомые со своими по­допечными не менее двух лет и поэтому способные объективно оценивать пове­дение и эмоциональное состояние жи­вотных. Участников исследования просили оценить в баллах относительную частоту хорошего и плохого настроения каждой обезьяны; удовольствие, которое она по­лучает от социальных контактов; эффек­тивность достижения цели, которую ставит перед собой животное. И, наконец, чело­век должен был определить, как бы ему самому понравилось пожить недельку в таких условиях, будь он обезьяной. Каж­дую обезьяну наблюдали несколько чело­век, которые не должны были обменивать­ся впечатлениями. Ученые затем собрали и обработали все анкеты.

Основные результаты этого исследова­ния представлены на рисунке. Характерную U-образную кривую ученые обнаружили во всех трех группах обезьян и в общей выбор­ке из 508 животных. Минимумы субъективного благополучия в разных группах прихо­дятся на возраст 28,3 и 27,2 лет у шимпанзе и 35,4 года у орангутанов. Учитывая продол­жительность жизни обезьян, этот срок сопо­ставим с тем, когда кризис среднего возрас­та наступает у людей.

Исследователи предложили несколько гипотез, объясняющих существование у человекообразных обезьян U-образной кривой благополучия. Годом раньше Алек­сандр Вейс с коллегами показал, что оран­гутаны, довольные жизнью, живут дольше. Возможно, это справедливо и для других приматов. Менее благополучные инди­виды умирают, не достигнув почтенно­го возраста, а популяция пожилых состо­ит в основном из довольных жизнью, что и объясняет U-образную форму кривой благополучия. Возможно также, что уму­дренные жизнью орангутаны, шимпан­зе и люди умело избегают отрицатель­ных эмоций, например выбирают только цели, заведомо достижимые в их возрас­те, сторонятся неприятных соседей, стара­ются попадать только в приятные ситуа­ции. Исследователи объясняют феномен и с эволюционной точки зрения. Отбор благоволит тем животным, которые ком­фортно себя ощущают в ранней юности и в старости, т.е. в те периоды жизни, ког­да они слабы и беззащитны. Вероятность, что такие особи и их потомки попадут в тяжелую ситуацию, меньше.

По мнению ученых, для объяснения механизмов, лежащих в основе кризиса среднего возраста, нужны продолжитель­ные исследования, которые позволили бы проследить за изменением показате­лей благополучия людей и приматов в те­чение всей жизни. Они также подчерки­вают, что, хотя кризис среднего возраста нельзя объяснять исключительно эконо­мическими, демографическими и психо­логическими факторами, сбрасывать их со счетов тоже не следует.

Наталья Резник

Alexander Weiss, James E. King, Miho Inoue-Murayama, Tetsuro Matsuzawa, and Andrew J. Oswald. Evidence for a midlife crisis in great apes consistent with the U-shape in human well-being. PNAS, November 19, 2012 DOI: 10.1073/pnas.1212592109