12 декабря 2012, 19:14 Общество

Домашний арест несет угрозу жизни

Евгению Васильеву оставили под домашним арестом, но разрешили ей общаться с друзьями и пользоваться интернетом

Суд оставил под домашним арестом фигурантку дела о хищениях в «Оборонсервисе» Евгению Васильеву, смягчив его условия. Теперь Васильева может покидать квартиру в Молочном переулке с разрешения следователя и общаться с кем угодно, кроме обвиняемых, подозреваемых и свидетелей по делу. Экс-глава департамента имущества Минобороны будет находиться под домашним арестом до 23 января 2013 года.

В среду в Мосгорсуде состоялось рассмотрение кассации на домашний арест фигурантки дела о хищениях в «Оборонсервисе» Евгении Васильевой. Сама Васильева на заседание не явилась — экс-глава департамента имущества Минобороны прислала заявление о слушании дела в ее отсутствие.

Начало рассмотрения кассации было намечено на 14.30, но судьи немного задержались — они спешно завершали заседание по делу Алексея Навального. Ближе к 15.00 приставы пригласили в зал журналистов, адвокатов Васильевой и прокурора. Вместе с ними, несмотря на возражения приставов, в кабинет проскользнул коренастый старик с палкой и бросился к судьям. «Вынесите уже мое решение — и я поеду в больницу! Не буду я сидеть в этом колхозе на сто человек», — проситель выразительно указал палкой на журналистов.

Старика вывели, и слушание началось. В зале присутствовали двое представителей Евгении Васильевой — адвокаты Александр Гофштейн и Элеонора Сергеева. Сергеева пришла вместо другого адвоката Васильевой Ольги Козыревой, сказав, что подсудимая расторгла с той соглашение, и в качестве доказательства предоставила заявление своей клиентки. У сторон не было никаких ходатайств. Судья Юрий Пасюнин зачитал текст заявления, подготовленный адвокатом Ольгой Козыревой, в котором она обосновывала, почему домашний арест — чересчур строгая мера пресечения для ее подзащитной. Козырева делала акцент на том, что Евгения Васильева всегда являлась на следственные мероприятия по первому вызову. Кроме этого адвокат упоминала в документе, что подсудимая подвергается «жестоким пыткам». «Она лишена возможности посещать магазины, посещать врача, лишена денег и лишена возможности посещения ее квартиры соответствующими работниками, которые готовят пищу и убирают квартиру», — зачитал пояснения Козыревой судья Пасюнин.

«Такие условия создают угрозу для жизни Евгении Васильевой», — говорилось в заявлении.

Когда Пасюнин закончил, слово взял адвокат Александр Гофштейн и хорошо поставленным голосом принялся критиковать постановление следствия о заключении Евгении Васильевой под домашний арест. В первую очередь Гофштейн отметил многочисленные неточности и ошибки, допущенные следователем при составлении документа. «Следователь ходатайствует о продлении срока следствия до 10 апреля 2012 года», — адвокат сделал многозначительную паузу. «2012 года, — чуть громче повторил он, обращая внимание судей на то, что сотрудник Следственного комитета неправильно указал дату. «Срок следствия продлен незаконно», — подытожил Александр Гофштейн.

«Кто имеет право продлевать срок следствия?» — перешел адвокат к следующей оплошности автора ходатайства. «Следственный комитет Российской Федерации, — сам себе ответил Гофштейн. — А продлил руководитель Военного следственного управления СК при прокуратуре. То есть фактически несуществующее должностное лицо (потому что в России есть Главное ВСУ, а просто ВСУ нет) несуществующего органа продлило срок следствия, что тоже незаконно».

Адвокат напомнил, что высшие государственные чины, упоминая дело «Оборонсервиса» всегда говорят, что законность превыше всего, а в суде, по его мнению, законность не соблюдается. «Я не критикую следствие, я не понимаю, куда смотрит суд!» — воскликнул адвокат. Тройка судей безмолвствовала, и Александр Гофштейн продолжил разбирать текст ходатайства. Представитель подсудимой Евгении Васильевой сообщил, что суд дважды нарушил право его клиентки на защиту, не дав ей времени ознакомиться с ходатайством о мере пресечения, а потом не огласив полностью постановление.

Кроме этого Гофштейн отметил другие парадоксы этого дела. «Суд фактически блокировал предварительное следствие, разрешив Васильевой встречаться только с адвокатами, а со следователями — нет», — пояснил адвокат.

Напоследок Гофштейн сообщил, что его подзащитная теперь лишилась права на свободу вероисповедания, потому что не может ходить на исповедь и, судя по всему, должна умереть от голода, раз только адвокаты могут к ней ходить.

«Я считаю, что постановление подлежит обжалованию, и призываю вас отменить домашний арест», — подытожил свое выступление Гофштейн. Коллега защитника Элеонора Сергеева поддержала его.

Слово предоставили прокурору Жанне Малютиной. Та встала, поправляя зеленую форменную блузку и миролюбиво заявила: «Давайте не будем обращать внимания на технические огрехи. Все мы люди». Прокурор объяснила судьям, почему гособвинение настаивает на домашнем аресте. «Будучи на свободе, Евгения Васильева препятствовала следствию и общалась с и. о. гендиректора ОАО «Оборонстрой» Ларисой Егориной и Кадачиговой, а те предпринимали попытки уничтожения документов по делу», — заявила прокурор Малютина. (Кто такая Кадачигова и как ее зовут — прокурор не уточнила. Эти фамилии впервые были озвучены в деле «Оборонсервиса».) «К тому же домашний арест — это не самая жестокая мера пресечения», — добавила она. По поводу «пыток» и прав Васильевой гособвинитель не сказала ничего.

Судьи Марина Селина, Лариса Полякова и Юрий Пасюнин на 20 минут удалились в совещательную комнату. По истечении этого времени было готово решение: судьи оставили в силе решение Хамовнического суда о домашнем аресте Васильевой, но уточнили некоторые пункты.

«Подсудимой Евгении Васильевой запрещено покидать жилое помещение по адресу Молочный переулок, дом 6, квартира 4, без письменного разрешения следователя, общаться с обвиняемыми, подозреваемыми и свидетелями по делу, использовать средства связи с целью обсуждения обстоятельств дела. Все остальное оставить без изменения», — сообщил судья Пасюнин.

По версии следствия, Васильева наряду с другими лицами причастна к хищению имущества дочерних предприятий холдинга «Оборонсервис» на общую сумму более 360 миллионов рублей. Ей предъявлено обвинение в мошенничестве в особо крупном размере. В ноябре суд избрал ей меру пресечения в виде домашнего ареста, хотя защита предлагала внести залог в 15 миллионов рублей.

В среду в СМИ появилась информация, что в своем ходатайстве об избрании меры пресечения Евгения Васильева просила позволить ей жить с экс-министром обороны Анатолием Сердюковым. «В случае избрания меры пресечения в виде домашнего ареста (Васильева Е. Н.) просит разрешить проживать ей совместно с Сердюковым А. Э. в доме № 67 по ул. Косыгина», — цитировали источники РИА «Новости» и Lifenews постановление Хамовнического райсуда Москвы об избрании меры пресечения от 23 ноября 2012 года. Однако адвокат подсудимой Александр Гофштейн не подтвердил эту информацию.