Original Material
Координационный совет
В Вашингтоне не зря ходит выражение "Laws are like sausages — it is best not to see them being made". Процесс заседания любого коллегиального органа для неподготовленного наблюдателя выглядит как адский маразм, действо с низкой эффективностью и КПД, при этом непонятно зачем происходящее.
Но находясь внутри этих коллегиальных органов, тем более недавно, можно попробовать вникнуть в суть происходящего, закрыв глаза на малозначительные факторы, попробовать понять, что же реально происходит. Давайте попробуем сделать это с Координационным советом.
Я уже писал раньше, что для такого нового органа главное — это регламент работы. До тех пор, пока не понятно, что обсуждается, зачем, в каком формате, какие этапы обсуждения, как проходят голосования и как оформляются решения и как все это финансируется, в этом действе вообще нет никакого смысла. Именно поэтому я занялся проталкиванием регламента.
Первое заседание
КС, к сожалению, имеет тенденцию забивать на стратегические вопросы и заниматься тактическими. Хотя заниматься тактическими вопросами у данного органа нет никаких оснований — у него нет ни ресурсов, ни уважения, ни полномочий, и на текущие события он, в общем-то, никак не влияет. Так что при прагматичной оценке единственная задача КС первого созыва — это организовать работу, а также выборы КС второго созыва.
Но так как избрано много форматных политиков и мало тех, кого интересует развитие ситуации в целом, имеется тенденция бежать заниматься тем, что находится на немедленной повестке дня. В канун первого заседания это был арест Леонида Развожаева. Первый КС назначался в спешке, вопросы не удалось проработать, проекты решений перед заседанием подготовлены и обсуждены не были.
Мое предложение первым вопросом рассмотреть регламент вызывало удивление коллег, еле-еле удалось протолкнуть рассмотрение временного регламента "нулевым" вопросом, его на голосование поставил еще председатель ЦВК. А дальше пошли обсуждения резолюций, решительных мер, немедленных действий, а через три часа заседания члены КС и вовсе ушли к СК стоять с плакатами, собрав кроме себя на это дело еще человек 700.
Хотя местами получились клевые кадры :)
Еще на первом заседании избрали ответственных секретарей Некрасова и Винокурова. Тема с выдвижением Некрасова была совершенно не понята значительной частью Совета, потому что была подготовлена людьми с большим опытом парламентской работы, которые забыли, что тут они имеют дело с людьми без такого опыта.
Дело в том, что такие вопросы решаются в значительной степени кулуарно. Даже в самом супер-пупер демократичном органе какие-то его члены в такой ситуации, когда нет бюджета на секретариат и толпы желающих, нет процедуры выборов и вообще ничего такого, находят адекватного, на их взгляд, кандидата и кулуарно объясняют некоторым коллегам, чем он хорош. Понятно не всем коллегам.
Дальше слушают, что есть сказать у кандидата и его выдвинувших, и если других кандидатов нет, то принимают предложенного.
Тут все увидели какой-то заговор и обвод КСа вокруг пальца, но на самом деле надо радоваться, что хоть какой-то секретарь нашелся и готов бесплатно заниматься нудной неинтересной работой. Другое дело, что, конечно, на первом заседании нужно было обсуждать регламент, порядок выбора секретаря, порядок исполнения обязанностей секретаря до выбора и бюджет. Но КС пошел делать акцию.
Кроме того, было принято весьма сомнительное, с моей точки зрения, заявление КС по политзаключенным. Я с большим трудом отыскал ее текст в почте, в Google найти его довольно сложно, в своих блогах члены КС, насколько я помню, его тоже не размещали. Текст тут.
В чем проблема такой штуковины? В двух основных вещах: она исходит из того, что все свято верят в то, что заключенные находятся в тюрьме действительно по политическим мотивам и не сомневаются в этом ни на минуту, и она написана сухим непонятным языком.
Эти два обстоятельства приводят к тому, что круг аудитории, которой может быть интересен данный документ, очень узок и ограничивается практически его авторами и их знакомыми.
Он не несет никакого политического смысла, никак не влияет на ситуацию, никак не помогает политзаключенным, никак не влияет на то, чтобы людей не сажали в тюрьму по политическим мотивам, а скорее наоборот говорит о том, что реакция на такие действия будет совершенно беззубой.
Что нужно было сделать? Нужно не брать за аксиому наличие в стране политических репрессий. В это верят далеко не все, а те, кто в это верят, часто не могут нормально обосновать свою позицию и в качестве главного аргумента вываливают что-то вроде истеричного крика "ах ты мурзилка!!! ты за Путина, что ли?!".
Нужно было объективно рассмотреть материалы дел, послушать адвокатов тех, о ком тут речь, их самих, если это возможно, почитать материалы на эту тему, позадавать им вопросы. У нас в КСе есть минимум два человека, находящихся в списке выше, их представители не рассказали ни в кулуарах, ни на заседании, ни во внутренней рассылке о ситуации со своими кандидатами.
Тут можно привести в пример Алексея Навального — когда на него открывали дело по Кировлесу, то он подробнейшим образом расписывал, почему следователи не правы. Если его по этому делу осудят, то я безусловно буду считать дело политическим, потому что мне в деталях просто и понятно все объяснили. Со всеми остальными перечисленными персонажами мне, как и многим другим, это непонятно.
Такой подход с религиозной верой в то, что дела против оппозиционеров всегда политические, привел к тому, что важнейшая тема с посадкой в тюрьму неугодных политиков в России вообще никого не интересует, даже активистов. Потому что люди не любят, когда ими манипулируют, а эта тема с верой является именно манипуляцией. Есть большой страх, что если завтра что-то произойдет с Алексеем, то так же выйдет 500 человек, и это меня очень пугает, потому что оголяется один из самых уязвимых участков тыла. Контроль над беспределом силовиков может установить только общество, а когда у лидеров общества такие аргументы, как написаны выше, то этот контроль разваливается, и ты (или Навальный, или Волков) остаешься один.
Второе заседание и акция 15-го
На первом заседании решили, что регламент рассмотрим в начале второго заседания, однако КС опять ушел в тактические дела и поменял повестку дня, решив обсудить сначала массовую акцию 15 декабря.
Тут вышла та же история, что и выше — Удальцов закинул эту тему, и вроде бы всем было понятно, что делать акцию в мороз перед новым годом без каких-то немедленных к этому оснований не надо, но никто этого не мог сказать, потому что он сразу был бы объявлен врагом демократии. Я хотел выступить по этому вопросу, однако так как его поставили перед регламентом (который, на мой взгляд, стратегический и намного важнее тактического вопроса очередной акции), то я не стал ругаться с коллегами, потому что мне могли бы зарубить важные пункты регламента.
В результате назначили акцию, создали оргкомитет. В дальнейшем безобразно провели переговоры с мэрией. Тут у меня информация есть с обоих сторон, и со стороны мэрии она звучит примерно так: у вас в конце акции нет митинга, после шествия все в метро не разойдутся, поэтому у нас указание от ФСБ внутрь Бульварного не пускать.
В такой ситуации можно пойти двумя путями: можно попробовать продавить мэрию на основании Конституции и получить неминуемый отказ с отпиской какой-то хрени о транспорте и что-то с этим делать, а можно подумать и согласовать хороший маршрут вне бульваров (например, по бульварам до Пушкинской, его предлагали).
Переговорщики решили пойти по первому варианту и вынесли вопрос на референдум на Д2. Референдум сам по себе совершенно бессмысленный, было понятно всем, кто его устраивал и пиарил, что аудитория скажет "настаивать". Ведь не этим же людям потом идти на несанкционированную акцию, очень сложно себе представить оппозиционеров, которые скажут "согласиться". Референдум проводили не для того, чтобы узнать, что скажет аудитория, а чтобы надавить этим на мэрию и чтобы легче стало идти по первому варианту.
Но диспозиция совершенно не подходила для того, чтобы вступать в такое серьезное тактическое сражение. Декабрь, -15, нет причин выходить — за нашими переговорщиками не было могучего инструмента прошлого года в виде десятков тысяч людей, которые все равно выйдут, потому что их обманули. Давить на мэрию, тем более в лице вице-мэра, это дело серьезное, для этого нужен очень серьезный тыл и осторожные маневры. С нашей же стороны без всякого тыла и маневров люди в лоб выдали "а ну-ка давай нам центр, это наше конституционное право". Вице-мэр прихлопнул всю эту историю тапком и был таков. Акция не состоялась, показывание зубок в виде несанкционированной акции провалилось.
Тут визуально кажется, что людей много, но это иллюзия — тут не больше 3000 человек.
После акции рассматривали регламент. Было несколько важных тем и несколько тем средней важности. Самая важная тема с большим отрывом была принять регламент вообще :)
Вторая самая важная — сделать так, чтобы решения могли приниматься только большинством от списочного состава КС (23 голоса). Это было очень важно потому, что это пункт, который заставляет членов КС искать компромиссы при принятии решений, и решения тогда получаются репрезентативными. В противном случае, если бы решения могли принимать большинство от присутствующих, то некоторые решения могли бы быть приняты 12 голосами (кворум 23, большинство 12), это бы означало, что, например, досидевшие 7 часов с начала заседания самые стойкие члены КС могли бы принимать решения КС. Это удалось провести, решения принимаются большинством от списочного состава.
Второстепенные темы: хотелось постоянного председателя, потому что тогда ответственность за работу органа бы персонифицировалась (скорее всего, в Навального) и он точно стал бы более работоспособным. Но эту тему не поддержал сам Навальный, и она не прошла.
Еще хотелось обязать докладчика выступать с трибуны, это бы привело к тому, что заседание имело бы принципиально другой вид. Это почему-то предложил отклонить действующий депутат Госдумы, а ему, конечно, виднее. Не прошло.
Еще хотелось регламентную комиссию, глава которой (скорее всего, я) имел бы полномочия на заседаниях следить за соблюдением регламента. Без постоянно действующего председателя необходим кто-то, кто может, не боясь испортить отношений с коллегами, следить за тем, чтобы вопросы рассматривались как положено, а выступления проходили в отведенное время. Это не прошло.
В целом удалось принять нормальный регламент, но не удалось продолжить над ним работу, так как не была создана регламентная комиссия с соответствующими полномочиями. Но так как документ о рабочих группах был вынесен на следующее заседание, я решил, что там и примем, и потом займусь доработкой.
Третье заседание
На это заседание был снят намного менее качественный зал, на мой взгляд, зря. Так можно дойти до того, что в актовом зале школы заседать будем, это все влияет на настроение и поведение присутствующих.
Начали с обсуждения результатов акции и приняли заявление, что она прошла успешно. Нежелание признавать собственные ошибки и провалы — это вещь для политиков свойственная, но политики не понимают, насколько она опасная. Предприниматели понимают, это приводит к многократному повторению ошибок. Сама по себе ошибка — это совсем не страшно, даже хорошо. А вот убеждение себя и других в том, что все было в порядке, — это очень опасно и плохо.
К сожалению, КС пошел по такому пути, а я не присутствовал на начале заседания и не смог предложить принести извинения избирателям за провал в организации акции.
Дальше начался адский ад, мы перешли к обсуждению политической программы КС или что-то типа того.
Я, признаться, когда шел в КС, думал, что там будет примерно как с мунсобранием, только лучше. То есть там будут люди, которые, в общем-то, не очень хотят работать, но в принципе хотят, чтобы работа шла, и имеют более или менее активную позицию по происходящему. Я ожидал, что в КСе будет больше желания развивать всю эту историю.
Каково же было мое удивление, когда обнаружилось, что значительная часть членов КС (причем многие "либералы") не то что не думают о стратегическом развитии истории, но и вообще в основном в сферу их интересов входит написание разнообразных политических манифестов, и им вот на самом деле важно, насколько жестко там будет написано, что они не признают действующую власть, находятся под игом смердящих свернувшихся в клубок червей и предлагают свободным гражданам России что-то там сделать.
Чемпион в этой истории — Андрей Пионтковский. Когда была создана редакционная группа по подготовке политического заявления, то его в нее избрали, он делегировал свою работу в ней другому избранному члену Немцову, потом ему не понравилось качество работы Немцова, и он вышел из рабочей группы и самостоятельно написал другое заявление.
Привожу текст этих двух заявлений. Читаем осторожно, в голос стараемся не смеяться.
[Предложение Пионтковского, Каспарова и других]
Мирная антикриминальная революция? Ууухахахахаха.
В ответ на эту всю историю я заготовил спич, который пока не сказал и, видимо, не скажу, так как следующее заседание пропущу, поэтому можно прочесть его тут:
"Мне вообще не очень понятно, к кому обращены эти все программные заявления.
Если к нашим действующим сторонникам, то в нем высказаны вещи, в которых для них нет ничего нового. Из духа заявления следует, что перечисленные тезисы не нуждаются в подтверждении, потому что все верят в них и так. Они по большому счету проясняют политическую позицию, а не призывают к действию и не заставляют задуматься.
Мы пытаемся давать сторонникам какие-то готовые ответы, не подкрепляя эти ответы подтверждением и доказательствами, мы ожидаем, что читающий это обращение с нами согласен. Тогда зачем его писать? Чтобы проверить, правда ли он в это верит? Правильный ли это сторонник?
А вообще, по-моему, наша программа должна быть обращена к тем, кто нас не поддерживает или колеблется, чтобы им стало понятнее, кто же мы все-таки такие и чем занимаемся, а подобное выкладывание готовых ответов на все вопросы в виде аксиом никак не годится.
Наша задача, на мой взгляд, — дать людям информацию, заставить их задуматься и предложить им самим прийти к выводам.
Но в этом заявлении не предлагается информации к размышлению, предлагаются очень спорные готовые ответы, претендующие на то, что это очевидные вещи и в них надо просто верить, а если кто-то в них не верит, то что-то с ним, значит, не так.
Это скорее формат политического плаката или клятвы на верность партийным идеалам, а совсем не формат программного заявления.
Еще появляется ощущение, что документ вообще обращен КСом к самому себе, чтобы подчеркнуть важность той миссии, которая, по мнению редакторов, возложена на эту организацию.
Документ в текущем виде обращен к узкому кругу наших сторонников, а нейтральных людей отталкивает своей претенциозностью и безаппеляционностью.
Это то же самое, что делалось внесистемной оппозицией 10 лет, это публикация тезисов, с которыми никто не может спорить из-за опасности прослыть врагом демократии и свободы, но которые никого не объединяют и не мотивируют к действиям.
Давайте в этот раз попробуем создать организацию, которая не будет основывать свою деятельность на такой базе. Давайте не будем принимать этот документ".
Есть надежда (хотя слабая), что документ отклонят и не примут. Но, скорее всего, будут обсуждать еще половину следующего Совета и примут какой-нибудь "компромиссный вариант".
Адский ад продолжился обсуждением рабочих групп. Отклонили почти все поправки, включая поправку Геннадия Гудкова о том, что председатель группы должен утверждаться Советом (обычная парламентская практика), адекватные поправки Сергея Давидиса, отклонили мою поправку по созданию регламентного комитета.
Это было особенно неприятно, потому что ее отклонили почти единогласно, за нее не голосовал Навальный, Соболь, Албуров, немалая часть "Группы Граждан" — это был такой вотум недоверия моей работе над регламентом. В кулуарах многие мне сказали, что считают, что комиссия по регламенту не должна обладать правом следить за порядком во время заседания, поэтому не голосовали за.
Даже в практике муниципального Собрания, где уж совсем меня все не любят, когда я приношу предложения по благоустройству, над которыми много работал, то их все слушают и за них голосуют, а когда приносят проект межевания, то все слушают Гребенника и тоже голосуют. Когда ты ведешь какую-то работу, то ее не поддерживают только в крайних принципиальных случаях.
В КС же делегаты, которые не планируют и близко заниматься твоим вопросом, считают нормальным заблокировать тебе работу, имея замечание "у тебя неправильный план работы комиссии". Неправильный — войди и сделай правильный. Регулировать мою работу, типа, вот это мы тебе разрешаем делать, а это нет? Да еще и не оппоненты, а союзники? Это увольте, так работайте сами.
На этом, к сожалению, закончилась моя работа над регламентом КС.
Дальше похожая история произошла с Владимиром Ашурковым и его бюджетным комитетом. Владимир сам проводит адскую работу по организации этой части работы КС и вышел с просьбой принять разрешение тратить 100 тысяч рублей в месяц на организацию заседаний, 150 тысяч в месяц на защиту политзаключенных и 100 тысяч в месяц на электронную площадку.
Я задал Владимиру вопрос про уместность помощи политзаключенным в таком формате (есть "РосУзник" и каждый может сам помогать при желании, непонятно, зачем тут КС), получил ответ.
Суммы для организации работы такого органа крайне мелкие. Если сравнить их с семейным бюджетом, то это, считай, речь о том, чтобы одобрить расходование 5000 рублей в месяц на бензин.
Вопросы, которые задавались Владимиру, были примерно такие: "зачем снимать зал, когда можно найти бесплатный", "зачем нам бумага, микрофоны и вода, надо экономить", "зачем тратить на электронную демократию, когда есть Facebook".
Для полноты картины нужно было бы расформировать ЦВК, тогда КС убил бы на одном заседании все три более-менее действующие в рамках него структуры. Мне вообще непонятно, как Владимир Ашурков будет заниматься бюджетным комитетом дальше.
Ощущения в целом — люди совершенно не понимают, куда они попали и зачем. Они считают, что находятся в органе масштаба европарламента, и могут выпускать политические резолюции, которые как-то повлияют на ситуацию, а на самом деле они сидят в органе масштаба посиделок на кухне, и от него требуется организации собственной работы, собственного финансирования и работоспособных структур, а не выпускание заявлений.
Люди ведут себя так, как будто у каждого них за спиной миллионная поддержка, при этом реально какую-то ценность представляют только считанные персонажи.
Есть очень значительное количество адекватных людей, которые хотели и могли бы что-то сделать, но им не дадут, замурыжат обсуждением политических заявлений и манифестов. В целом, как мне кажется, путь до чего-то работоспособного тут не очень далек — нужно просто выкинуть всех, кто прошел через курии. Без курий количество тех, кто желает обсуждать манифесты, составляло бы меньше трети, и работа строилась бы адекватно.
Из положительного — налаживается общение. Я, например, в результате работы в КС познакомился с Сергеем Пархоменко, Михаилом Гельфандом, Ксенией Собчак, Дмитрием Гудковым, Александром Винокуровым, Борисом Немцовым, Гарри Каспаровым и многими другими. Эти люди адекватные и способны на многое, есть ощущение, что еще немало с ними сделаем.
В таком виде, как сейчас, КС — это, конечно, пустая трата времени. Следующее заседание я в любом случае пропущу, так как председателем избран представитель националистической курии. В дальнейшем посмотрим, если он вдруг не развалится до февраля — сделаю еще пару попыток туда сходить и поглядим.
Если вы, прочитав это, стали разочаровываться в независимом политическом движении — это вы зря. Все будет хорошо, есть все основания считать, что в течение года-двух сформируется какая-то работоспособная структура, которая начнет делать большие сложные интересные проекты. Есть много заинтересованных людей с редкими интересными скиллами, есть кое-какие финансовые возможности и возможность краудфандить различные проекты, есть явный запрос на такую историю и желание ее создавать.
Но, к сожалению, не удается пока отцепить багаж привезенных из прошлого непонятных политических персонажей, которые приехали из времен, когда база сторонников насчитывала 500 человек и могла быть расширена до 900. Они не дают развивать базу сторонников, они не дают делать конструктивные проекты, они хотят сидеть и делать политические заявления, считают, что пожинают сейчас плоды своей работы за много лет.
КС был хорошей попыткой отцепить это дело, но, к сожалению, они продавили себе курии и теперь сидят в КСе. Появившейся лидер (Алексей Навальный) в связи с тем, что он один и не испытывает никакой конкуренции, не спешит разменивать часть политического капитала на реформирование движения и превращение его в нечто более работоспособное, и его можно понять. Оппозиция сама нуждается в намного большем реформировании, чем власть, судя по имеющимся данным.
Не торопите события и не разочаровывайтесь, все будет :) Но не прямо сейчас.