В ГУМе открылась выставка «Связь времен» — старинные телефонные аппараты представляет Музей истории телефона. Специально для Пятницы фотограф Мирослав Робка отправился на Красную площадь, чтобы посмотреть на необычные устройства и снять их на телефон.

В деловом центре «Москва-сити» горела строящаяся башня «Око» На небоскребе вспыхнули рекламные баннеры, которые накрывали бетон, — то же самое год назад произошло в башне «Федерация» Подробнее читайте на Vedomosti.ru

Несливаемые

Спецкор «Пятницы» провел две ночи в бастующем РГТЭУ

Тысячи четыре человек присутствовали в зале. По прочтении профессором Градовским университетского отчета раздались рукоплескания. Но в это время со стороны хоров послышался голос: «Господа! Из отчета ясно: единодушные требования всех университетов оставлены без внимания. Нас выслушали для того, чтобы посмеяться над нами?! Вместе с насилием нас хотят подавить хитростью. Но мы понимаем лживую политику правительства… Долой подлого Сабурова!» 4000 голосов слились в оглушительный рев, в котором только и можно было расслышать брань да протяжное «Во-о-н»… В это же время из толпы товарищей выделяется студент 1-го курса Подбельский, подходит к министру народного просвещения Сабурову и дает ему затрещину…«

1881 год, «Народная воля», забастовки в учебных заведениях Петербурга. В моем представлении студенческие волнения выглядят именно так. Я иду через двор к громадному темному зданию РГТЭУ, где бастуют студенты, и уже предвкушаю гневный ропот, чтение вслух новостных лент и массовое подписание петиций.

В здании тепло и тихо. Три молодца дежурят у турникетов. На зеленых ветровках с эмблемой университета бейджи «Организатор».

— Что организуете?

— Акцию, — отвечают юноши. Пока один переписывает мое удостоверение, я оглядываю коридор. Все завешано плакатами: «Министр образования, увольняйся!», «Реорганизация — шаг в пропасть». На стенде — распечатки статей из интернета: о решении Министерства образования и науки объединить «неэффективный» РГТЭУ с РЭУ имени Плеханова и о протесте студентов и ректора РГТЭУ Сергея Бабурина, который в результате был уволен 25 декабря приказом министра образования. Розовым маркером подчеркнуты слова «против» и «решительно».

Меня ведут в актовый зал, там общее собрание. Бастующих человек двести. Одни одеты в те же фирменные ветровки, что и охрана, другие — в майках «Не продается» и со значками «Штаб защиты РГТЭУ». Со сцены вещает автор песен группы «Любэ» Александр Шаганов:

— Чтобы надежда не покидала ваши сердца! — восклицает он. — Чтобы не было разлук! Давайте споем все вместе!

Приятным баритоном Шаганов запевает: «Там, за туманами, вечными, пьяными…» Бастующие раскачиваются в такт, подпевают и кивают в знак одобрения. Шаганова сменяет певец Олег Макин.

— Это в вас, ребята, говорит русский характер! — провозглашает Макин. — Которого все так боятся и который так уважают. Хочу вам спеть песню «Гвардии майор» — о настоящих майорах, которых уже не осталось, как и образования.

Макин надрывно выводит: «Гвардии майор здесь никому не нужен — как белая сирень под каблуком сапог». В первом ряду неподвижно сидят пять седовласых старцев в одинаковых очках — преподаватели и проректоры.

Перерыв. Стою в холле среди каких-то фикусов и гортензий. Две девушки раздают студентам бутерброды с колбасой и сыром, разливают в пластиковые стаканы чай. Рядом со мной — советник студсовета РГТЭУ Альберт Зарипов.

— Кто принял решение о забастовке?

— Студсовет, на одном из собраний. С этой идеей мы пришли к проректорам, поставили в известность. Они не препятствовали. Потом обратились к студентам — через кураторов, старост. Сейчас в акции участвуют где-то 300 человек.

Забастовка, обещает Зарипов, закончится, только когда Министерство образования и науки отменит приказ о слиянии с РЭУ и вернет Бабурина на место. Назначенного вместо него Андрея Шкляева из «Плешки» в университет не пустят до победного конца. Если понадобится, и Новый год проведут в здании университета. А может, объявят в январе всеобщую студенческую забастовку.

— На площадь пока выходить не хотим. Мы действуем вне политики, — объясняет Альберт, — да, приезжали к нам и Удальцов, и Гудков, и люди из КПРФ. Они на нас пиарятся, но все равно нам этим помогают.

Кстати, о политике. Еще в начале забастовки в группе «Студенческое сопротивление» на фейсбуке появилась листовка, авторы которой утверждают, что акция протеста заранее спланирована самим Бабуриным и его соратником по националистическому движению, координатором протестного штаба РГТЭУ Иваном Мироновым. «Сама стачка, — говорится в листовке, — организована с его <Бабурина> подачи, в надежде использовать недовольство студентов и преподов в своих целях… КПРФ именно его <Бабурина> выдвигала на место министра образования, но пост достался Ливанову. А теперь Бабурин пошел ва-банк — отсюда огромная растяжка “Не дадим Ливанову провалить реформу Путина” и море денег, вбуханных в агитматериалы и атрибутику».

Зарипов эту информацию опровергает. Мало ли, говорит он, что пишут. Что касается денег, они понадобились только для изготовления одежды и значков. Гости вроде певца Макина выступают бесплатно, а еду приносят сами студенты.

Несмотря на поздний час, в университет прибывает группа поддержки — студенты РГТЭУ, РГГУ, МГУ, даже РЭУ имени Плеханова. В коридорах звучат оживленные голоса.

— Здорово! Чего ты не дома-то?

— Дома скучно. А ты?

— Я, как все. У предков годовщина, а я свалил.

— Видел видос? Взяли двух наших девчонок, спросили их, что такое девальвация?

— Ну это, вроде это… обесценивание.

— Ага. А они типа замялись такие. Еще их спросили про корень из ста и какие главные составляющие золотовалютного резерва. Они молчат. Опустили нас, короче.

— Ты, неэффективное быдло! Ха-ха-ха.

Спускаюсь в подвальный этаж. Там курилка: огромный пустой зал, по углам плавает дым. Тут же туалет — две дырки в полу. «Белая сирень под каблуком сапог», — вспоминаю я.

В аудиториях народ готовится к КВН — начало в 0.30 («Будем развлекаться, как можем, — объясняют мне студенты. — Все, как дома. Потом будем кино смотреть до утра»). По коридору фланируют пары. «Что там?» — томно спрашивает укутанная в плед девушка, показывая на дверь в конце коридора. «Архив, — отвечает мужественный друг, слегка подталкивая ее к двери: — Посмотрим его, да?»

Я разглядываю стенгазету «Альма-матрица». На последней странице стихи: «Я под сенью листвы упокоил свой прах, у дороги, в соседстве с прозрачным ручьем». Мрачно. На соседнем стенде висят объявления о приеме студентов на работу. Вакансии брошюровщика, сканировщика или упаковщика в дружной семье «Ашан». Уж лучше правда в соседстве с ручьем.

Возвращаюсь в актовый зал, где пламенно выступают преподаватели. Проректор по учебной работе Георгий Резго заявляет, что образованием управляют некомпетентные люди и все уже в этом убедились. Главный ученый секретарь Леонид Доброхотов называет обстановку фронтовой. Он кричит, что данные мониторинга — подделка, что Бабурин написал об этом Путину, а Путин поручил разобраться Ольге Голодец, а подлый министр образования Ливанов обманул президента и пошел вместо Голодец к своему дяде Дмитрию Рогозину, тоже вице-премьеру, а тот все подписал.

Студенты слушают, сонно глядя сквозь ораторов. Две девочки готовятся ко сну: расчесывают волосы и намазывают лицо кремом. Борьба продолжается.

Несливаемые

Давайте станем друзьями на Facebook

ВЕДОМОСТИ.ПЯТНИЦА - Несливаемые