Original Material
Новый человек для решения старых проблем
Рамазан Абдулатипов — довольно удобная кандидатура для Кремля в качестве руководителя Дагестана. У него есть опыт федерального политика — он был председателем Совета национальностей, министром, послом в Таджикистане, ректором Университета культуры. Он управляем, но в то же время амбициозен, инициативен, то есть будет готов выполнять те задачи, которые перед ним поставят. Сам он хочет быть президентом, причем давно хочет.
Непосредственно в Дагестане положение Абдулатипова сложнее. С одной стороны, аварцам приятно, что такой человек будет выполнять важные функции, пусть и временно — а там, глядишь, и останется. Но, с другой стороны, существует мнение, что он слишком сильно оторвался от местной ситуации, что Кремль им манипулирует. В деловой и политической дагестанской диаспоре в Москве к нему относятся по-разному.
Как в целом вся ситуация с назначением Абдулатипова будет воспринята в Дагестане, сейчас сказать сложно. В любом случае, жители республики раздражены тем, что все происходит помимо них: кого хотели, того и прислали. В Дагестане есть гражданское общество, люди свободно высказывают свои мысли, в республике сильна исламская оппозиция.
Абдулатипов говорил, что готов к прямым выборам. Применительно к Дагестану у прямых выборов есть как плюсы, так и минусы. Для дагестанского общества прямые выборы чреваты непредсказуемыми последствиями, поскольку власть в республике традиционно распределяется по этническим квотам. С другой стороны, Дагестан — часть России, люди здесь претендуют на то, чтобы у них было нормальное общество, построенное на демократии, с нормальными политическими принципами. Поэтому легкого решения этой проблемы нет. Многое зависит от обстановки в самой республике и от политического такта Кремля. В наличии у Кремля политического такта и высокого интеллектуального уровня для решения проблем Кавказа я глубоко сомневаюсь.
Вопрос, который сейчас задают все: с какими проблемами придется столкнуться Абдулатипову? На него можно ответить так: все проблемы, какие были в республике пятнадцать лет назад, остались. Это и продолжающаяся гражданская война, и исламская оппозиция, и безработица — проблемы на каждом шагу, и как их разгрести, не знает, на самом деле, никто.
За время правления Магомедсалама Магомедова ситуация никак особенно не изменилась. Он рассчитывал навести порядок, добиться большей стабильности. Какие-то попытки он предпринимал, и, действительно, количество терактов в 2012 году по сравнению с 2011-м несколько снизилось. Тем не менее, основные проблемы сохранились. Поэтому нет особого смысла противопоставлять друг другу бывших глав Дагестана — никто из них не лучше и не хуже. Магомедов раздражал Кремль тем, что был относительно самостоятелен и его мнение отличалось от кремлевского. В частности, он выступал за прямые демократические выборы, а в Кремле, как известно, их не особенно любят. Полного взаимопонимания между федеральной властью и Магомедовым не было. У Абдулатипова прекрасные связи в Москве, возможно, он лучше умеет договариваться, чем его предшественники, но вряд ли он способен предложить качественно новые способы решения проблем Дагестана.