Новая космическая авария. Морской старт ракеты "Зенит" закончился неудачей. Через 50 секунд после пуска с плавучего космодрома в Тихом океане произошло аварийное отключение двигателя первой ступени. Научный руководитель Института космической политики Иван Моисеев ответил на вопросы ведущего Алексея Корнеева.

Ракета-носитель рухнула в океан недалеко от пусковой платформы. В Центре управления полетами создается комиссия по расследованию причин аварии. Ракета "Зенит" должна была запустить спутник связи "Интелсат-27".

— Сообщается, что ракета пошла не по той траектории сразу после старта. Что это значит?

— Система управления не сработала. У нас есть две возможности для такого неудачного полета. Либо двигатель отказал, либо система управления. Я полагаю, что это система управления отказала.

— Часто происходят именно такие аварии с космическими аппаратами?

— Такие аварии происходили в начале космической эры, когда ракеты только запускали. В наше время такая авария — это мощный удар по всей космонавтике.

— В чем причина, как вы думаете?

— Ненадежность, плохая технология, плохое отношение к своей работе. Тут трудно сказать. Если система управления, скорее всего, это Украина. Если это наш двигатель отказал, комиссия разберется, что там случилось. Значит, плохо мы работаем с двигателями. Тяжело все это.

— Это уже вторая авария, как я понимаю, "Зенита", которая произошла тоже 31 января. То есть это какая-то системная ошибка?

— Да, в принципе, там проблема именно в системе управления. Потому что мы перестали делать нормальные ракеты. Это возвращение к 1957 году, когда мы только-только их запускали, тогда действительно происходили такие аварии. Если она происходит сейчас, через много лет после того, как мы все это отработали, это очень тяжелый удар.

— В космической отрасли сейчас есть действительно грамотные специалисты, или все разъехались уже за рубеж?

— Есть, конечно. Задачу нужно поставить. Кто-то говорит: деньги нужно заплатить, школу восстановить. Это все неправильно. Нужно поставить задачу. Реальная задача для космической России –– чтобы вот таких вещей не происходило. Потому что это очень тяжелая авария.

— Сообщается, что люди не пострадали. Это случайность или как?

— Нет. Это, конечно, тоже мы возвращаемся к 50-м годам, когда у нас 40 человек погибало при взрыве ракеты. Сейчас у нас XXI век, у нас не должен вообще никто погибать, и ракеты должны нормально выходить на орбиту.

— Сообщается, что пострадавших-то нет, все нормально в этом отношении.

— Ну, слава богу, хоть это есть. А чем мы еще можем похвастаться? Если год начался с аварии, извините меня, два-три года вообще запускать ничего не будут.

— Скажите, стоимость подобного запуска какова?

— Где-то около $50-$100 млн.

— Я так понимаю, что ракета, скорее всего, застрахована?

— Там разберутся, да. Что для нас важно? Мы запускаем чужие спутники, и если у нас происходит авария, значит, мы вообще неконкурентоспособны, нас вообще нужно выкидывать с рынка и не держать специалистов.

"Такая авария –– это мощный удар по всей российской космонавтике"