"Мольбы о том, чтобы Сталин проснулся, не проходят бесследно"

Фото: ИТАР-ТАСС

Волгоград может стать Сталинградом не только в дни юбилейных торжеств — идея окончательного переименования города вышла на уровень российского правительства. В пятницу вице-премьер Дмитрий Рогозин заявил, что "никогда не скрывал своего однозначно положительного к этому отношения, в том числе с экономико-инвестиционной точки зрения". В качестве разминки Рогозин готов поддержать вывод хэштега #Сталинград70 в мировые тренды Twitter.

О том, что Волгоград время от времени будет менять свое имя, накануне договорились депутаты местной гордумы. Название "город-герой Сталинград" будет использоваться на общегородских мероприятиях 2 февраля — в день разгрома немецко-фашистских войск в Сталинградской битве, 9 мая — в День победы, 22 июня — в День памяти и скорби, 2 сентября — в День окончания Второй мировой войны, 23 августа — в День памяти жертв массированной бомбардировки Сталинграда немецко-фашистской авиацией и 19 ноября — в День начала разгрома фашистских войск под Сталинградом. На решение депутатов повлияли "многочисленные обращения участников Великой Отечественной войны".

В этот же день "Профсоюз граждан России" и КПРФ передали в администрацию президента 100 тысяч подписей в поддержку переименования Волгограда. Подписи, по словам депутата Госдумы от КПРФ Алевтины Апариной, собирались в разных городах страны, но особую активность в этом начинании проявили профсоюзные деятели Санкт-Петербурга.

Блогеров идея "нового Сталинграда" откровенно удивила.

Валерий Федотов, бывший руководитель исполкома Василеостровского районного отделения партии "Единая Россия": "Первое впечатление: власти решили перенять советскую стилистику. Особо нервные либеральные блогеры уже начинают заходиться в истерике, а у любителей СССР, наоборот, праздник, дескать, "давно пора". В итоге, как обычно, в ближайшие дни мы, скорее всего, увидим очередной срач на пустом месте. Друзья мои, брейк! (...)

Почти уверен: вся эта "советская стилистика" — всего лишь очередной вброс. Вброс того же порядка, что и закон о гей-пропаганде, дело Pussy Riot или антисиротская поправка в "закон Димы Яковлева". Причем самый безобидный из всех. Если я правильно понимаю логику власти, советско-патриотическая часть электората должна сейчас воодушевиться, либеральная — рассыпаться в проклятиях, а в конечном итоге обе стороны — привычно грызть друг друга в информпространстве. Технологически, кстати, совершенно правильное решение: надо отвлечь людей малозначимыми темами, чтобы темы действительно значимые и болезненные — реформа образования, здравоохранение, ЖКХ — ушли на второй план. (...)

Не поддавайтесь на медийный троллинг, короче! А то он, похоже, в ближайшие дни начнется по полной".

Андрей Кураев, протодиакон, профессор Московской духовной академии: "Будучи антикоммунистом и антисоветчиком, я выступаю за то, чтобы вернуть Волгограду историческое имя Сталинград. Но дополнив это стиранием с лица земли названий и табличек с именами Ленина, Свердлова и прочих.

Сталинградская битва — это главная точка многовековой истории этого города. И мне кажется, что это название будет не в честь Сталина, а в честь битвы, в честь героизма наших солдат".

Георгий Лазарев, протоиерей, настоятель храма Всех Святых на Мамаевом кургане: "Я думаю, Волгограду нужно оставить имя. Дело даже не в том, что Сталинград назван в честь Сталина. Если бы была Царицынская битва, разве это умалило бы ее историческое значение? Процентов 70% нынешних горожан родились в Волгограде, я и сам в нем родился. Не отнимайте у нас Волгограда! Сталинград — это история. Дай Бог, чтоб мы ее не забывали".

Глеб Черкасов, заместитель главного редактора газеты "Коммерсант": "Мой учитель, светлой памяти, родился в 1923 году и прошел почти все, что этому поколению было суждено пройти. Зоны только не было. И вот году в 1987-1988 сказал мне как-то (цитирую очень приблизительно по словам): "Если Сталин вдруг воскреснет, то многим достанется по первое число, но первым делом он расстреляет тех негодяев, которые без всякого разрешения вешают его светлый лик на лобовые стекла автомобилей".

Константин Немировский, психотерапевт: "У нашей психики есть важная черта — мы лучше всего помним то, что не было завершено. Кто-то это называет "незавершенным гештальтом". На уровне общественного сознания это лучше всего описал философ Дж. Сантаяна: "Тот, кто не помнит своего прошлого, обречен на то, чтобы пережить его вновь".

Мы подобны людям, которые возвращаются на место своего преступления, чтобы быть наказанными. Преступление всегда требует того или иного наказания, пусть даже символического. Однако если оно не признается или, хуже того, идеализируется, то возникают проблемы не только на уровне индивидуального психического здоровья.

(...)

Только если страна и большая часть ее жителей признает преступления своих предков (напр. сталинизм), патологичность системы общественных отношений, которые существовали десятилетиями в нашей стране, то только тогда у нас появится шанс выйти из бесконечного повторения одной и той же истории. Может быть, тогда такие исторические личности, как, например, Сталин, станут лишь историческим персонажами, а не идолами, а мы сможем развиваться, а не топтаться на месте".

Олег Денисов, соорганизатор общественного движения "Союз рассерженных граждан": "Ну и пускай несколько дней в году Волгоград называется Сталинградом. Тем более, что его нынешнее состояние напоминает именно военный Сталинград после налета Люфтваффе. Некоторые гражданские активисты предлагали даже на въезде в город поставить предупреждающие таблички для гостей города с надписью "Война еще не кончилась", дабы гости города не пугались разбитых дорог, грязных улиц и ужасающего состояния коммунального хозяйства города".

Владимир Смирнов, блогер: "То, что это акция политическая, и для чего все это делается, лично мне как бы понятно, но меня удивляет другое. Как быстро наш народ забывает о тех сотнях тысячах репрессированных, посаженных и расстрелянных. Я понимаю что многие соскучились по сильной власти, по кнуту, но мне искренне непонятно, неужели мы не можем жить без страха и пи*дюлей?! (...)

Все эти мольбы о том, чтобы Сталин "проснулся", я думаю, не проходят бесследно, и все больше и больше толкают наших правителей на этот жесткий шаг, но, с другой стороны, насколько это несбыточные фантазии, если мы этого хотим сами?!"