Возвращение к Марксу

Кинематограф снова отстаивает права рабочего класса

Фильм Светланы Басковой «За Маркса» в «Форуме» Берлинского кинофестиваля. Предыдущие брутальные видеоопусы «параллельного» арт-режиссера демонстрировались в основном на фестивалях андеграундного кино. Но история самоопределения рабочих вышла за его пределы. Вскоре картину сможет увидеть широкий зритель

Фильм Светланы Басковой «За Маркса» в «Форуме» Берлинского кинофестиваля. Предыдущие брутальные видеоопусы «параллельного» арт-режиссера демонстрировались в основном на фестивалях андеграундного кино. Но история самоопределения рабочих вышла за его пределы. Вскоре картину сможет увидеть широкий зритель.

• Вы ездите по стране с картиной, как ее воспринимает аудитория?

• Да, я была в Новосибирске, Липецке, Казани, Челябинске, Иваново. Сразу после «Кинотавра» поехала в Вологду. Хотелось узнать, скажут ли рабочие: «Да, правда, мы так живем». Или «Это там в Москве вы напридумывали. Издеваетесь над нами». И я воодушевилась, услышав позитивные отклики. Многие воспринимают героев фильма как своих. Им кажется, что это документальные съемки. Обсуждения после фильма длятся по два часа. Люди спрашивают: «Что же будет у нас дальше?»

• И что же вы отвечаете?

• Я ж не Ванга. Больше всего мы говорили про независимые профсоюзы. В Москве 90% процентов людей не знают, что это такое. Есть только Федерация независимых профсоюзов (ФНПР), которой руководит Шмаков.

Когда подписываешь заявление о поступлении на работу, маленькими буковками на бланке написано: «А также я вступаю в ФНПР». А чтобы создать независимый профсоюз, человек должен написаться заявление администрации завода о выходе из ФНПР. Это серьезный поступок. Администрация завода начинает подозревать тебя в неблагонадежности. На большом заводе, где работают до 50 тысяч рабочих, ты создаешь профсоюз, в котором 3 человека, и говоришь: «Ребята, давайте к нам!» Это героический жест. Во время кризиса ты – первый кандидат на увольнение. Если ты участвовал в независимом профсоюзе, и тебя выгнали с работы, ты попадаешь в черный список. Нигде в городе ты не устроишься на работу. И значит, человек с семьей должен взять пожитки и уезжать.

• Чем арт-режиссера привлекают социальные аспекты жизни?

На митинге в Тутаеве я говорила с людьми, стоящих перед выбором: заплатить за жилье или купить еду. Можно без сочувствия пройти мимо? Но я и раньше снимала социально направленные фильмы. В советское время, нас учили, что капитализм это унизительно для человека. Попав в капиталистическое общество, я вижу, что многие из тех страшилок – реальность.

- Но эйфория того времени ушла довольно быстро. Из демократических приобретений дольше всего продержалась свобода слова. Но и она «сдулась».

• Просто люди наивно поверили словам, а настоящее демократическое общество имеет независимость судов, законодательной и исполнительной власти. Мне удивительно, что оппозиция не требует этих прав. Говорят исключительно про выборы. А один профсоюзный активист из Липецка на вопрос, как в провинции к протестным движениям относятся, ответил: «Нам все равно, кто президент, нам важно, какие реформы».

- А разве все претензии к власти – общие и конкретные – не связаны друг с другом?

• У нас нет реальной оппозиционной партии с четкой программой, которая могла бы формулировать требования. Я за оппозицию. Но она, к сожалению, невнятная, не самоопределившаяся. У нее нет политических институций. Исключительно кружки по интересам. А независимые профсоюзы и их лидеры вызывают уважение. Они отстаивают собственное достоинство; их программы, заявленные на митингах внятны. Да, они прежде всего заняты экономической формой борьбы…

• Но политика и экономика неразделимы, и независимое профсоюзное движение, хотя еще слабое, уже становится чуть ли единственной внятной политической силой, обоснованной когда-то учением Маркса, которое в вашей картине обсуждают рабочие.

• Абсолютно согласна. Когда я увидела этих людей, я им поверила. Было бы правильно, если б у нас была рабочая партия. В законодательной власти было бы представительство людей труда. То, что рабочие – поголовно необразованные, примитивные – миф. Я общалась со многими. Они читают книги, знают языки, хорошо разбираются в реальности. Есть люди в годы кризиса вышвырнутые на улицу из разнообразных НИИ. Институты, где они разрабатывали точные приборы, закрылись. Они сумели пережить это время, изменить жизнь, защитить свои семьи от разорения.

Кадр из фильма «За Маркса»

• Ваши рабочие цитируют Покровского, Годара, Белинского…

• Не рабочие, а активисты независимого профсоюза. Повторяю: это интеллектуальная элита, они изучили законы и «Капитал» Маркса прочитали. Они цитируют Гоголя и Толстого. В своих киноклубах смотрят хорошее кино и обсуждают его. Зайдите на сайт МПРА, увидите объявления: английский для начинающих. Для продвинутых. Органайзинг, консультации, обучающие семинары, психологическая и юридическая поддержка. На этих людей прежде всего и оказывается давление. В Калуге мы шли с ребятами к колонне демонстрантов. И вот они показывают: «Видишь двоих, из-за дома выглядывают?» Борцы с экстремизмом из Центра «Э», постоянно нас «ведут». Значит, государство считает, что независимые профсоюзы опасны?

• Поэтому перед санкционированным митингом проходит предельно четкий инструктаж. Заранее договариваются, как именно будут выводить за оцепление и сдавать на руки милиции провокаторов. Все обращения в адрес власти выверяются. Это и есть солидарность – важный пункт, оставшийся нам из словаря советской эпохи. Небольшие независимые профсоюзы поддерживают друг друга, во время кризиса, когда давление было особенно сильным, они сумели сохраниться. Постепенно они разрастаются.

• Помним время, когда рабочие были главными героями в кино, на сцене. После смерти СССР они просто исчезли из поля зрения художников.

• Давайте разделять Москву и страну. Рискну предположить, что в Москве люди, снимающие кино, прежде всего, ищут денег. А кто даст деньги на кино про рабочих? Скажем, пришла я к богатому человеку: «Хочу о профсоюзах фильм снять». Он мне сразу говорит: «Давай без этих гражданских скорбей». Зачем банкиру профсоюзы? Они – антагонисты.

• Поэтому художники не снимают кино про рабочих?

• Прежде всего, потому, что рабочим в последнее время быть непрестижно, стыдно. Проблема в том, что у нас вообще нет уважения к человеку труда. Мои соотечественники не читают трудовой кодекс, который Прохоров хотел «поменять». Помните его предложение увеличить продолжительность рабочего времени без изменения зарплаты? А также ввести наемный труд, отменяющий социальные гарантии. Считаю, что мы должны выходить на улицы, защищая интересы человека труда.

• Главный дефицит кино последних двадцати лет – гражданская позиция режиссера. Мы не знали: а кто герой? Почему у него такие хоромы? Чем он занимается? Почему у него столько свободного времени? Никаких социальных привязок. И как этому Горлуму сопереживать?

• Ваш фильм о поре большого разлома эпох. Но ощущение, что «разлом» не пережит, он продолжается….

• Да, я хотела показать переход из 90-х в двухтысячные. Когда пришли «новые тихие», которые без шума и стрельбы прибрали все к рукам: и нефть, и заводы, и рычаги власти. Сегодня более сложные схемы перераспределения средств. Поэтому наш герой, идущий напролом владелец завода, должен был погибнуть - он не смог перестроиться с 90-х.

• Люди до сих пор живут невыносимо. В ветхом жилье в каких-то гетто. Сколько людей потерявших смысл жизни, не сумевших пережить этот «переход», даже если физически они выжили. Мне парень из северного моногорода рассказывал: когда закрыли шахты, кое-кто смог уехать. А его безработный отец стал чуть ли ежедневно уходить, бесцельно бродить по полям: пространства много, а бежать некуда.

• В фильме говорят о праздновании дня единства 4 ноября, для ваших героев он напоминание о многовековой гражданской войне, которая и сегодня продолжается. Более половины россиян по заключению ВЦИОМ не считают себя единой нацией. Этот разлом опасней, чем урон от иноземных захватчиков. Чем питается энергия враждебности?.

• Есть европейский капитализм и периферийный. Европейский обладает институциями, которые держат общество в рамках закона. У нас – периферийный: все решает воля конкретных правителей. Если бы государство могло пойти на контакт с профсоюзными лидерами, это была бы возможность наладить диалог со своим народом.

• Света, да вы инфантильный утопист!

• Но ведь все меняется! Развиваются инновационные технологии. Повышается ответственность за собственную жизнь. Человек же понимает что умрет. Несмотря на все капиталы. Хотя меня и убеждают, что люди в политике - не совсем люди.

• Вы сомневаетесь? Один из героев вашего фильма попадает в цугцванг, - ситуацию, из которой нет выхода. Мне кажется, в цугцванг попало довольно большое число людей. Выйти с протестами? Потеряешь работу. Тихо сидеть? Потеряешь лицо.

• Я призываю людей взять свою жизнь в руки, осознавая, как они живут, зачем. Если воспитывать лично в себе гражданскую позицию, нами не легко будет манипулировать. Просто каждому человеку следует задать себе вопрос: кто он? И отвечать за свою собственную жизнь.

• В чем суть позиции «независимый режиссер»?

• Я всегда снимала фильмы, на которые никто бы деньги не дал. Но я снимала только то, что считала необходимым снимать. Это сложнее и легче. Делаешь то, что считаешь нужным. Зато возрастает ответственность перед самим собой. Мне повезло, что появились продюсеры в лице «Синефантом». Их крепкие могучие четыре руки (Сильвестеров и Алейников) поддержали меня, предоставив полную свободу.