Темур Чхеидзе уходит из БДТ

Художественный руководитель петербургского БДТ имени Товстоногова Темур Чхеидзе подал заявление об уходе и сообщил об этом труппе театра.

Художественный руководитель петербургского БДТ имени Товстоногова Темур Чхеидзе
Фото: Фото ИТАР-ТАСС/Интерпресс/Максим Змеев

Слухи о том, что художественный руководитель Большого драматического театра имени Товстоногова, народный артист России и Грузии Темур Чхеидзе намерен оставить свой пост и вернуться в родной Тбилиси, в театральном Петербурге «гуляли» еще с конца прошлого года. Однако совершилось это событие только сейчас – Чхеидзе подал заявление об уходе министру культуры России (БДТ является театром федерального подчинения) и сообщил о своем уходе на сборе труппы театра. Причиной отставки режиссер, которому в этом году исполнится 70 лет, называет проблемы со здоровьем и желание вернуться в Грузию, где живет его семья и где он руководит театральной студией.

Художественным руководителем знаменитого театра Темур Чхеидзе стал в 2007 году, после смерти Кирилла Лаврова. До этого он несколько лет был главным режиссером театра, но вообще с Большим драматическим Чжеидзе связан более двадцати лет. После смерти великого режиссера Георгия Товстоногова, при котором БДТ был одним из самых знаменитых театров страны и имя которого до сих пор произносят с благоговением, именно Чхеидзе (он был хорошо известен благодаря работам в Тбилисском театре имени Марджанишвили) труппа признала творческим лидером – Кирилл Лавров тогда принял официальный пост и словно гарантировал преемственность «славных товстоноговских традиций», а тбилисский мастер должен был подарить театру новое лицо.

О том, насколько успешно режиссер справился со своей миссией, однозначно судить трудно. Пожалуй, в 90-х БДТ удавалось сохранять свое высокое положение в театральной табели о рангах, но сегодня разве что самые верные апологеты этого коллектива станут отрицать, что некогда славный театр находится в состоянии глубокой стагнации и творческой растерянности, что он оказался на обочине художественной жизни. Причин тому можно найти много, но одна из самых очевидных состоит в том, что труппа театра, на словах ратуя за обновление, на деле противилась любым сколько-нибудь решительным шагам навстречу времени. Проблем театру добавляет и идущая сейчас реконструкция исторического здания на Фонтанке – БДТ играет на своей недавно обретенной второй сцене, в Каменноостровском театре, и на съемных площадках.

Впрочем, сколь хлопотны бы ни были строительные проблемы, для будущего театра они менее судьбоносны, нежели вопрос о новом худруке, то есть – о новой стратегии развитии (или об ее отсутствии). Ясно, что пресловутое «сохранение традиций» считаться хоть сколько-нибудь вменяемой программой для этого театра уже не может – хранить практически нечего. С другой стороны, сложный во всех отношениях организм под названием БДТ имени Товстоногова вряд ли можно осчастливить кавалерийской атакой смелого режиссера-радикала. Здесь, помимо авторитета и безупречного профессионализма, потребуется сочетание жесткости и терпения, внятности намерений и хитрой дипломатии.

Людям, ответственным за выбор худрука – равно как и тому, кто согласится занять этот пост – не позавидуешь. Министерство культуры уже поспешило заявить, что «будет принимать решение о назначении нового художественного руководителя только с учетом мнения коллектива театра». Директор театра Алла Ахмерова, в свою очередь, напомнила, что вопрос о том, кто займет должность худрука БДТ, должно решать министерство культуры.

В этой двойственности и кроется опасность – «мнение труппы», как показывает жестокая театральная практика, наверняка окажется недальновидным, а решение, изобретенное московским «конклавом», может стать слишком неожиданным и нелогичным. Доказательства уже имеются. Так, говорят, что сейчас театр якобы собирается просить о назначении худруком БДТ самого знаменитого актера труппы — Олега Басилашвили. А еще месяц назад петербургская общественность была поражена слухом, что в Москве зреет решение посадить на товстоноговский трон никакого отношения к БДТ не имеющего актера Константина Хабенского. Хотя совершенно ясно, что театру сегодня требуется не знакомое начальникам лицо, а уверенная в своих силах рука.

Роман Должанский

Трон на Фонтанке свободен