Doctor Limonoff: диагноз 26-й. Антиамериканский фильм

Раннее утро. Торгово-развлекательный центр. Сеанс в 09:20. Нас пятеро – полный экипаж «Волги» с водителем, с шефом (это я) и его подругой. Разместились с попкорном и пивом. Первые кадры. Катит в ночи фургон дантиста с зубом на крыше и встречает конвой рабов... Первые кадры фильма заставляют было предположить, что зрителя ожидает спагетти-вестерн, оживленный только новшеством, что охотник за головами особо опасных преступников, «доктор» Шульц (Кристоф Вальц), находит себе партнером черного парня Джанго (Джейми Фокс, уже сыгравший блистательно слепого певца Рэя Чарльза). Но не тут-то было. После нескольких удачных охот за особо wanted криминалами образовавшаяся пара отправляется в сентиментальное путешествие, на поиски возлюбленной Джанго – Брунхильды. Мы узнаем, что это черная девушка, воспитанная в немецком стиле и выученная немецкому языку скучавшей в жаре американского юга дамой-плантаторшей. Брунхильда и Джанго, влюбленная пара, бежали от хозяев, но были пойманы, клеймлены горячим железом и проданы раздельно. Поиски Брунхильды приводят охотников за головами в поместье очаровательного злодея Кальвина Кэнди, которого играет очаровательный же Ди Каприо. Мир, куда перенес нас почти на три часа Тарантино, по-моему, впервые удостоился киноэкрана. Поездка доктора Шульца и Джанго по плантациям южных рабовладельцев удивительно напоминает путешествие Павла Ивановича Чичикова по помещичьим усадьбам России. И время приблизительно то же самое – середина XIX века, в России еще вовсю крепостное право, как и в Соединенных Штатах – рабство.
Цветущие зеленые плантации, великолепные общие панорамные планы. Богатая жизнь плантаторов-рабовладельцев, изящные вещи, одежда, наряды, прибывшие на скрипучих кораблях через океан, задорого купленные в Старом Свете. Любуется ли Тарантино ностальгически этим красивым миром плантаторов, похожим на ожившие полотна французов-пуантилистов Сёра или Синьяка (весь дрожит этот мир в летней жаркой дымке)? Ненавидит ли этот мир в сцене с затравленным собаками негром?
И то и другое.
Сделав для нас занимательным сентиментальное путешествие, продемонстрировав нам white trash – белых простолюдинов, полулюдей, полузверей, населяющих плантации, и монстров плантаторов, красивых, изнеженных и жестоких, Тарантино приступает к самой приятной для него работе. По своему обыкновению он любовно заливает экран кровью. Зло ли тут наказано жестоким добром, либо черное зло наказывает белое зло, однозначного ответа нет. Есть наслаждение кровью и местью. В одном эпизоде, ближе к концу фильма, Тарантино не отказывает себе в удовольствии взорвать себя самого динамитом. (Он играет старшего из надсмотрщиков, везущих Джанго на смертельную каторгу в каменоломни.) Общий результат. Перед нами – антиамериканский фильм. Во всяком случае, фильм, направленный против американской истории, изображенной в жанре кошмара.
Если аристократ-монстр Кальвин Кэнди щеголяет нарядами и обаятелен, то белое население плантаций – все как на подбор – гнусные зомби. Единственный положительный белый в фильме – не американец, но немец, и он тоже убийца, хотя и убивает по поручению закона. Сказать, что черные в фильме изображены положительными персонажами, тоже невозможно. Старый негр, housekeeper Кальвина Кэнди Стивен (его играет привычный актер Тарантино Сэмюэл Л. Джексон) – чудовище, истязающее черных не менее страстно, чем это делают белые. Просто умная тварь, а не негр! Такими же развращенными рабами предстают зрителю все без исключения слуги в усадьбе Кэнди. Другие негры на плантации Кэнди унылы, забиты и покорны. В общем, негритянской стороне в фильме тоже досталось.
Хотел бы я знать, как воспринимают фильм «Джанго освобожденный» американские зрители? Вряд ли он им нравится. Спагетти-вестерн не скрывает гоголевской силы отвращения Тарантино к Америке и американской истории. Отличный черный фильм. У одних – черные души, у других – черная кожа. На мой посторонний взгляд, Квентин Тарантино поднялся с этим фильмом еще на ступень выше. Это вам не вакханалия неправдоподобных вампиров в «От заката до рассвета», это вакханалия американской истории!