Дело экспертов

27 февраля в СК РФ на допрос была вызвана профессор Высшей школы экономики Оксана Олейник, одна из шести российских экспертов, участвовавших в общественной экспертизе Совета по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ) при президенте РФ по «второму делу ЮКОСа». Но следователь допрос отменил. Значит ли, что дана «отмашка» прекратить репрессии в отношении ученых с мировым именем — разбирался The New Times

На одной из встреч президента Дмитрия Медведева с членами Совета по развитию гражданского общества и правам человека была одобрена идея проведения общественной экспертизы по «второму делу ЮКОСа»

*Автономная некоммерческая организация (АНО) «Центр правовых и экономических исследований» был создан в 2010 году, он объединил ученых, издавших серию работ, включая две коллективные международные монографии по вопросам верховенства права и уголовной репрессии в сфере бизнеса. Среди экспертов Центра — судья Конституционного суда РФ в отставке Тамара Морщакова, зампреды Верховного суда в отставке Владимир Радченко, Виктор Жуйков, другие известные ученые в области права и экономики.

«Эксперты любят тишину, мы не правозащитники, политикой тоже никогда не занимались», — говорит Михаил Субботин, кандидат экономических наук, старший научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН. Так он объясняет, почему до последнего времени фигуранты так называемого «дела экспертов» не предавали огласке обстоятельства этой в высшей степени абсурдной истории, которая привела к фактическому прекращению деятельности одного из самых авторитетных экспертных учреждений — «Центра правовых и экономических исследований»*.

Впервые широкой публике о преследовании ученых с мировым именем стало известно лишь в начале февраля, когда судья Конституционного суда РФ в отставке Тамара Морщакова на пресс-конференции СПЧ обнародовала одно из постановлений Басманного суда, разрешающее проведение обыска по уголовному делу № 18/41-03.

Связь с Ходорковским

23 июля 2012 года судья Басманного суда Ирина Скуридина выдала шесть однотипных постановлений на обыски в жилищах сотрудников «Центра правовых и экономических исследований» и в служебном помещении Центра. Ходатайства в суд были направлены заместителем руководителя ГСУ СК Валерием Алышевым и поддержаны в суде старшим прокурором отдела Управления по надзору за расследованием особо важных дел Генпрокуратуры Владимиром Лахтиным (именно он был гособвинителем на процессе по «второму делу ЮКОСа»).

Обыски были проведены в лучших традициях — одновременно по шести адресам. В них участвовали как сотрудники СК РФ, так и сотрудники ФСБ.

«Ко мне пришли в 8.30 утра. Предъявили постановление на обыск, — вспоминает Михаил Субботин. — В постановлении сказано, что обыск проводится по делу «Апатита», возбужденному в 2003 году. Меня попросили выдать все электронные носители, осмотрели печатные архивы. Они не скрывали, что хотят найти у меня в компьютере следы какой-то возможной переписки хоть с кем-то из доверенных лиц участников «преступной группы».

Из постановления о разрешении производства обыска в жилище от 23 июля 2012 года: «Настоящее уголовное дело возбуждено 20.06.2003 по фактам причинения имущественного ущерба государству ОАО «Апатит» и умышленного неисполнения вступившего в законную силу решения суда по признакам составов преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 165, ч. 3 ст. 285 и ст. 315 УК РФ. В ходатайстве, представленном в суд, следователь указывает, что Брудно М.Б., Елфимов М.В. и другие члены организованной группы под руководством Ходорковского М.Б. совершили присвоение нефти ОАО НК «ЮКОС» и его дочерних добывающих предприятий ОАО «Юганскнефтегаз», ОАО «Самаранефтегаз» и ОАО «Томскнефть» ВНК, легализацию похищенной нефти, а также легализацию денежных средств, полученных от реализации похищенного имущества».

Какое отношение ученые из «Центра правовых и экономических исследований», у которых 7 сентября были проведены обыски, имеют к Ходорковскому, его доверенным лицам и хищению нефти?

Читаем в постановлении суда о проведении обыска: «В настоящее время доверенные лица Ходорковского М.Б., Брудно М.Б., Лебедева П.Л./…/ управляют денежными средствами, полученными в результате совершения указанными лицами преступлений, находящимися на счетах зарубежных банков и компаний…/ С целью воспрепятствования производства по делу через зарубежные банки легализованные денежные средства перечисляются на счета общественных организаций и используются по указаниям участников организованной группы для фальсификации доказательств и совершения иных действий, в т.ч. для финансирования и получения заведомо ложных заключений специалистов под видом независимых общественных экспертиз путем оплаты лицам, организовывавшим их проведение, и экспертам».

**Решение о проведении общественной правовой экспертизы по «второму делу ЮКОСа» было принято Советом по правам человека и гражданскому обществу в январе 2011 г. и одобрено президентом Медведевым в феврале 2011 г. ***Питер Салас — адвокат и юрист в штате Нью-Йорк с 1999 года, координатор программ международного сотрудничества в области права университета МакГилл (Канада, Монреаль)

«Наш Центр никогда не давал заключений по конкретным юридическим делам, мы никогда не получали денег от Ходорковского, — говорит Субботин. Я с ним лично не знаком, а в начале 2000-х был активным оппонентом его идеям по вопросам природной ренты, реформы налоговой системы в ТЭК. На эту тему писал и в книгах, и в десятках статей. В апреле 2011 года Совет по правам человека при президенте РФ пригласил меня принять участие в общественной экспертизе вступившего в законную силу приговора по «второму делу ЮКОСа»**. Мое заключение вошло в доклад Совета, который был представлен президенту Медведеву. Там я выступал в личном качестве, а не как гендиректор «Центра правовых и экономических исследований».

Впрочем, 7 сентября обыски были проведены и у других сотрудников Центра: научного руководителя Елены Новиковой и исполнительного директора Ильи Фиглина. Они в общественной экспертизе по ЮКОСу не участвовали вовсе. У других ученых, участвовавших в этой экспертизе, насколько известно, обысков не проводили.

Денежный след

Что следователи искали во время сентябрьских обысков прошлого года?

В постановлении Басманного суда о проведении обыска говорится, что с мая 2010 г. по январь 2011 г. от имени П. Дж.Саласа (Франция)*** и некой «Королевской ассоциации» (в действительности подразделение всемирно известного университета МакГилл в Монреале) на счет «Центра правовых и экономических исследований» со счетов в иностранных банках было перечислено порядка $1 млн. Конечно, в постановлении не говорится, что это университет, известный своей 20-летней поддержкой правовых реформ в России, в том числе содействием разработке российского Гражданского кодекса, а «круглая сумма» использовалась для оплаты труда сотрудников Центра, получавших весьма средние на фоне московских зарплат доходы.

Однако именно связь этих денег с доверенными лицами Ходорковского, судя по всему, искали во время обысков следователи СК и оперативники ФСБ. «Разработка» Центра Елены Новиковой началась еще в апреле 2012 года, когда в банке, где у Центра был счет, провели выемку документов и нашли переводы денег из университета МакГилл.

Переговоры о заключении договора о сотрудничестве с всемирно известным канадским университетом Центр начал еще в 2010 году, т.е. почти за год до начала общественной экспертизы по «делу ЮКОСа». Но следователей это не смущало, они, видимо, радовались, что могут выстроить цепочку между доверенными лицами Ходорковского, которые «пересылают деньги в Канаду», а оттуда они якобы попадают в Москву прямиком в «Центр правовых и экономических исследований». И уже эта неправительственная организация оплачивает экспертизу по «второму делу ЮКОСа».

«Согласно принципам организации общественного научного анализа, которые были утверждены на заседании Совета весной 2011 года, — рассказал The New Times его председатель Михаил Федотов, — все эксперты писали свои заключения бесплатно. Некоторые эксперты наше предложение принять участие в этой работе отклонили именно по этой причине. Но даже если предположить, что Ходорковский через подставные фирмы мог бы оплачивать работу ученых, то и в этом случае здесь нет никакого криминала, потому что это не судебная экспертиза, а научный анализ. Такой документ не может никак повлиять ни на суд, ни на следствие. О законности подобной формы общественного контроля судебной власти ясно сказано в ответе председателя КС Валерия Зорькина на запрос Совета судей».

Тоннель от Бомбея до Лондона

Удивительно, но следователи, запрашивающие у суда разрешение на обыск, и судья, которая это разрешение дала, совершенно не «заморачивались» тем, что документы, обеспечивающие самую настоящую репрессию за выражение независимого мнения, юридически весьма несовершенны.

Так, например, в постановлении о проведении обыска говорится о «фальсификации доказательств и заведомо ложных заключениях экспертов». Эти действия подпадают под статью 294 УК РФ («воспрепятствовании осуществлению правосудия и производству предварительного следствия»). Но в своем ходатайстве следователь ссылается на совершенно другие статьи. А судья Басманного суда Ирина Скуридина, не обращая на это внимания, проведение обысков разрешает.

Какое отношение к делу № 18/41-03, т.е. делу десятилетней давности, имеют сотрудники «Центра правовых и экономических исследований»?

«Никакого, — сказал The New Times адвокат Константин Ривкин. — Дело, по которому были проведены все эти обыски — «материнское» «дело ЮКОСа», из которого все эти годы отпочковывались другие, имеющие отношение к Ходорковскому, Лебедеву и его компании. Я не знаю, почему следователи, обосновывая необходимость обыска, сослались именно на это дело. С таким же успехом они могли бы взять дело о неуплате налогов или о рытье тоннеля от Бомбея до Лондона. Если так пойдет дальше, то следующими лицами, которые якобы чинят препятствия правосудию, станут специалисты, привлекаемые адвокатами в суд для дачи экспертных заключений. Третьим «эшелоном» пойдут сами адвокаты.

Михаил Субботин — один из шести экспертов, участвовавших в общественной экспертизе СПЧ при президенте РФ по «второму делу ЮКОСа»	Елена Новикова, руководитель «Центра правовых и экономических исследований», уже полгода не может получить из СК РФ изъятый у нее при обыске заграничный паспорт

Повторение пройденного?

Прошло уже полгода, но ничего из того, что забрали на обысках 7 сентября 2012 года, сотрудникам Центра так и не вернули: ни компьютеры, ни электронные носители, ни мобильные телефоны. Научный руководитель Центра Елена Новикова так и не получила назад изъятый у нее при обыске заграничный паспорт. Да что там паспорт — не вернули дипломы о высшем образовании и о присуждении степеней кандидата и доктора юридических наук. Не вернули, несмотря на то, что Новикова является всего лишь свидетелем по делу. А закон допускает изъятие паспортов лишь у подозреваемых и обвиняемых, и то при наличии особых обстоятельств.

«Во время обыска я спросил у следователя: «Можно мне выйти на кухню? — вспоминает Михаил Субботин. Он ответил: «Да, конечно, ведь сейчас не 37-й год». Я возразил: «Но похоже, что 30-й. Боюсь, он не знает, что именно тогда в СССР были репрессированы ученые-экономисты за высказывание своего мнения».

По информации The New Times, об этом абсурдном преследовании известно президенту Путину. На одном из писем в поддержку экспертов еще в конце прошлого года он написал резолюцию председателю СК РФ Александру Бастрыкину: «Рассмотреть и доложить!» Вызовы экспертов на допрос между тем продолжались еще в январе, и только в конце февраля, кажется, произошел поворот: следователи отменили некоторые заранее запланированные допросы.

«Надеюсь, что у этого дела нет юридической перспективы, — говорит адвокат Андрей Рахмилович. — Любой вменяемый юрист краснеет, когда читает документы по этому делу. Это полная ахинея: власть запросила мнение экспертов по «делу ЮКОСа». Оказалось, что их мнение отличается от мнения власти и от мнения суда. И тогда людей стали преследовать за их убеждения. Цель — запугать. Это возвращение советских подходов. Мой дед адвокат Михаил Аронов в 1958 году написал письмо Никите Хрущеву, в котором критиковал его за методы управления страной. Его обвинили по статье 58.10 («контрреволюционная пропаганда и агитация») и осудили на пять лет лишения свободы. Когда дед вышел, он смеялся: «Меня посадили за то, что я агитировал Хрущева против советской власти». Ситуации похожи: он написал письмо Хрущеву, а эксперты написали заключение для Медведева».

фотография: РИА Новости