: Дивиденды протеста

Оппозиция

Оппозиция все больше и больше становится нужной власти. Но не только для повышения уровня доверия электората и более достоверной имитации развития демократических процессов. Она способна, оказывается, решать реальные проблемы власти, рискуя в ближайшее время натурально стать смазкой всей государственной машины, помогая ее шестеренкам еще бодрее вращаться в прежнем направлении.

Субъективная оппозиция

Оппозиция на сегодня стала зеркалом общественного мнения. Недоверие к власти велико настолько, что любой, кто назовется ее противником, может сегодня претендовать на весьма существенный кредит доверия со стороны общества. Ну и как, спрашивается, можно этим не воспользоваться? Правильно! Только если не знаешь, как воспользоваться. Но с рецептурой тут, как обычно, подсобил федеральный центр. Только на этот раз не властный, а оппозиционный.

Как будто отвечая запросу власть имущих не иметь оппозиции вовсе, резко обострившемуся с декабря 2011 года, наши активисты протеста явили миру совсем не мертворожденный, как утверждают злые языки, конструкт. Да-да, тот самый КС, Координационный совет оппозиции. То есть да, для самих членов этого КС данная разработка ни к чему, в общем, хорошему не привела. Оппозиция, как неоднократно заявлялось, с Координационным советом села в лужу, но она еще не скоро поймет насколько. Поскольку власти эта «оппозиционная» находка может очень и очень пригодиться. Особенно в свете многократно предстоящих губернаторских выборов.

Активная ротация губернаторского корпуса потребует от новых кадров решения массы непростых вопросов. И все-все от организации себе проходного балла, если они как Андрей Воробьев и Константин Ильковский поставлены на регион еще до выборов, до привлечения в регион инвестиций и требуемого уровня исполнения региональных законодательных актов, упирается в местные элиты. То есть в руководителей госпредприятий, руководство местных силовых структур и муниципальных образований.

Процесс переговоров с этим сообществом для новых губернаторов – всегда отдельный, очень непростой вопрос. Власть придержащие на местах отчаянно торгуются, не боятся показать зубы и вообще, что вполне логично, ведут себя с новым главой субъекта, как хозяева с незваным гостем. Раньше за назначенцами формально стоял Кремль. Теперь же, в виду выборов, формально за новыми губернаторами стоит народ, с которым у нас давно уже считаться не особенно привыкли.

Но тут, как ни странно, именно недоверчивый и протестный наш народ как бы сам предлагает власти новый рычаг для усмирения самого себя. Раньше бы встал вопрос, как это все аккумулировать, но теперь у нас есть новомодное изобретение – Координационный совет оппозиции. Теперь достаточно создать свой собственный региональный КС и аккумулировать в нем запросы всех общественников. Как создать? Да проще простого. Возьми часть региональных бизнесменов, которые сами не первый год изнемогают в схватках с местной властью, и пообещай им решение проблем взамен на финансирование структуры.

Главная тонкость, чтобы такой КС оставался структурой субъекта, не претендуя на то, чтобы быть частью протеста федерального, или, упаси Господь, всероссийского. Но и тут проблем не предвидится. Наша оппозиция на сегодня так отдалилась от народа и погрязла в собственных противоречиях, что отложиться от нее любому региональному начинанию – только репутационный бонус на старте. А словосочетание «координационный совет» при этом добавляет легитимности самой структуре за счет узнавания «бренда». Еще раз спасибо «королям Болотной». Так что и риторика, и обстановка вполне располагают к тому, чтобы такой КС оставался «субъективным», не выходя за пределы вотчины нового губернатора.

Ну, а дальше все становится красиво как в сказке.

Стрижка купонов

Перечислять выгоды нового губернатора от такого решения можно долго, и всех не охватишь. Затронем лишь основные.

Во-первых, мгновенно найдется общий язык с крупным региональным бизнесом. Больше не нужно ничего придумывать, чтобы показаться полезным. Есть предмет сотрудничества, основания обещать и повод требовать лояльности.

Во-вторых, вся оппозиция, какая только есть – под надежным финансовым контролем свежеиспеченных вассалов. Те же общественные силы региона, которые не примкнут к местному совету оппозиции, теперь можно просто обозвать лицемерами и маргиналами. Заявить, что они не хотят единым фронтом бороться за благо народа, после чего изводить их силами все того же КС, не пачкая нежных губернаторских ручек.

В-третьих, теперь «общественное мнение» транслируемое такими общественниками, можно уже не игнорировать, а поддерживать, стяжая лавры либерального политика при котором, смотрите-ка, открыто действует оппозиция.

В-четвертых, отвечая как бы на запросы народа, губернатор укрепляет и легитимность института выборности глав регионов («Смотрите, меня избрал народ, и я слышу народ!»), и легитимность института выборов вообще («О каких подтасовках на выборах вы говорите? Я веду себя как настоящий народный избранник!»).

В-пятых, губернатор формирует себе дополнительный электоральный ресурс в той мере, в какой структурно КС будет развит (ведь ничто не мешает при наличии средств иметь ему, скажем, свою ячейку в каждом муниципальном образовании).

Но самое главное - он получает настоящий инструмент давления на местную элиту. Он может теперь уличать неугодных в чем только душа пожелает, сохраняя статус-кво. Вынуждая местных князьков уже не сражаться с ним, а бежать к нему в поисках защиты от «распоясавшейся» общественности.

Но, конечно, новая схема рождает и новые опасности. Те, кто решатся воспользоваться этой схемой, но не учтут всех деталей, могут и поплатиться.

Фронт гражданский и фронт народный

Главных опасностей при реализации проекта «управляемая региональная оппозиция» две. Первая - что подконтрольность оппозиции станет достоянием гласности. Вторая - что инициатива на местах войдет в конфликт с интересами федерального центра.

Поговорим сначала о первой угрозе. Вычислить такой «карманный» КС технически будет несложно. Во-первых, он первым делом объявит о своей самостоятельности и неподконтрольности тому КС, что организован в Москве. А значит, такая «субъектная» оппозиция будет всячески избегать федеральной повестки, концентрируясь на проблемах региона и только на них. Это главный признак. Во-вторых, источники финансирования такой региональной «оппозиции» маловероятно окажутся непубличны. Бизнесмены-спонсоры нет-нет, да и попытаются получить свою порцию медиаактива через заявление о своей якобы оппозиционности. И если раньше они были лояльны власти, а тут вдруг «опротестились» - это, конечно, насторожит внимательных наблюдателей. Но, в общем, все это не слишком опасно, поскольку, ни в первом, ни во втором никакой крамолы нет. Подозревать и распускать слухи скептики могут сколько угодно, но доказать ничего не получится. Разве что сам губернатор или кто-то в его окружении проколется, допустив в публичное поле документ, согласно которому, скажем, один и тот же человек финансирует и партию, и КС в регионе одновременно. Но вот, например, в случае с тем же Ильковским, эсером по партийной принадлежности, вопросов и в такой ситуации не возникнет. Откуда, если он сам – оппозиция.

Вторая угроза активности губернатора на гражданском фронте более реальна, поскольку в России резко вскоре начнет набирать активность фронт «народный», то есть пресловутый ОНФ. Сколько бы бизнеса в регионе не было – его количество ограничено. И немало крупных региональных бизнесменов уже заручились (или думают, что заручились) поддержкой непосредственно федерального центра, записавшись в лучшие друзья «Народного фронта». Или, если выражаться точно – в список «организаций присоединившихся к ОНФ». Если, скажем, одни и те же бизнесмены в ОНФ и КС все же окажутся задействованы, то опять возникает риск все того же публичного разоблачения. А если не окажутся, то активность «Народного фронта» может не на шутку столкнуться с активностью карманного КС при борьбе на выборах в Госдуму в 2016-м в одномандатных округах. Губернатор захочет выдвигать своих а «Фронт» своих. Как быть?

Впрочем, и тут можно найти выход. В ОНФ, в силу заявленной «мультиформатности» вступают разные общественные организации. В том числе условно оппозиционные. И если, скажем, активист губернаторской оппозиции пройдет в Думу по списку «Народного фронта» - то это власть себе опять и в плюс к общей «демократизации» записать может. Главное, чтобы они, координационный совет губернатора и координационный совет ОНФ, по этому поводу не забыли договориться. Чтобы и дальше крепчать вместе на фоне широко декларируемой «политической либерализации».

Протестуй во благо Родины!

В целом, же данный рецепт, если будет широко использован (а по слухам, кое-где его уже начали реализовывать), то оппозиция в России станет, наконец, не только неотъемлемым, но и приветствующимся всеми атрибутом политической жизни.

Режим наш, по крайней мере, к этому очень стремится. Настолько, что даже главный политический консультант Кремля Дмитрий Бадовский во всеуслышание заявляет: «Путин и его команда формулируют их так: появление в стране сильной, ответственной и национально ориентированной оппозиции. Это в долгосрочном плане более важная задача, чем сохранение устойчивых позиций нынешней партии власти».

Нынешние и будущие губернаторы скоро это поймут, и оппозиция «расцветет» по всей стране небывало. Но не упустят губернаторы и другой фразы Бадовского, который, вне всяких сомнений, ретранслирует волю гаранта Конституции: «Элита должна включать в себя не только нынешнюю властную команду, но и оппозицию».

Но места в элите мало. Зачем туда тянуть каких-то новых людей, когда достаточно просто «прописать» часть членов элиты в оппозиции. И все, вопрос решен. Остается только стричь купоны с народного протеста, который еще вчера эту саму элиту так донимал.

Ну а всем протестно настроенным согражданам в этой ситуации останется только радоваться. Ведь они наконец-то по-настоящему пригодились своей стране!