Original Material
Прощай, Кипр. Здравствуй... Гонконг?
Никосия не смогла договориться с Москвой о финансовой помощи
Очередь к банкомату Laiki Bank в Никосии. 21 марта 2013 г.
Паралич кипрской банковской системы может дорого обойтись российскому бизнесу. Швейцарская управляющая компания LGT Capital Management приостановила брокерские операции с российскими Альфа-Банком и «Ренессанс Капиталом», но могут быть и другие потерпевшие. Среди компаний, которые, скорее всего, имеют счета на Кипре, называют таких гигантов, как «Газпром», «Лукойл», «Башнефть», «Роснефть», ТНК-BP, «Сургутнефтегаз» и многих других. Их потери могут составить миллиарды долларов из-за штрафных санкций по неисполненным контрактам.
Поэтому российская сторона, как никто другой, заинтересована в том, чтобы банковский кризис на Кипре разрешился как можно скорее. Даже премьер-министр Дмитрий Медведев 21 марта посетовал на затруднительную ситуацию: «У нас большое количество открытых публичных структур работает через Кипр, у них сейчас заблокированы деньги по непонятным причинам, потому что источник этих денег очевиден, эти деньги везде предъявлены. Это государственные структуры». Но для Европы Кипр — прежде всего гигантская прачечная, где отмываются грязные деньги. До 30% всех вкладов на Кипре составляют российские депозиты. Понятно, что у европейцев возникает резонный вопрос: «Почему мы должны спасать русские деньги? Пусть Россия заплатит за их спасение».
Кипр просит на спасение экономики, а точнее, на рекапитализацию банков и наполнение бюджета €17 млрд. Для Европы это не такие уж большие деньги. Но Германия, крупнейшая экономика Европы, настаивает на том, чтобы €5,8 млрд Кипр получил за счет налога на депозиты. Почему немцы так принципиальны в этом вопросе? Во-первых, чем меньше заплатят немецкие налогоплательщики — тем лучше. Во-вторых, в сентябре 2013 года в Германии пройдут парламентские выборы, а предвыборный период всегда характеризуется ужесточением политической риторики. Наконец, очевидная выгода — уничтожение мощнейшей офшорной зоны, которая аккумулирует большие потоки «грязных» денег. Однако негативный эффект такого сценария — подорванное доверие к европейским банкам — явно не был принят в расчет.
„
С большой вероятностью Кипр — Содом и Гоморра финансов — перестает существовать как банковская держава. Россия же потеряет свою главную «прачечную»
”
Кипр — наше все
Кипрский офшор пользуется такой популярностью у российских компаний из-за целого ряда преимуществ. Первое — простота регистрации кипрской компании. Второе — комфортная налоговая система. Ставка налога на прибыль составляет всего 10% (для сравнения: основная ставка налога на прибыль в России — 20%). Для зарегистрированных на Кипре холдингов отсутствует налог на консолидацию. Нет налогов на внутренние или внешние дивиденды, на прирост капитала, нет налога от продажи ценных бумаг. Кроме того, Россия заключила с Кипром договор о ликвидации двойного налогообложения. И наконец, еще одна важная причина — высокий уровень конфиденциальности: кипрские компании раскрывают лишь имена номинальных акционеров и директоров, а информация об истинных конечных бенефициарах кипрской компании остается тайной за семью печатями.
В результате микроскопическая в масштабах Европы экономика Кипра (его ВВП в 2012 году составил всего $22 млрд) оказалась самым большим источником инвестиций в экономику России. По данным Международного валютного фонда, объем прямых инвестиций, поступивших в РФ с Кипра, составил $128,8 млрд в 2011 году.
Цена вопроса
Потери российской стороны в случае неблагоприятных для Кипра сценариев — дефолта или моратория на внешние платежи — могут быть огромными. По данным рейтингового агентства Moody’s, депозиты российских корпораций в кипрских банках в 2012 году — $19 млрд, а объем кредитов, выданных банками РФ кипрским компаниям российского происхождения — $30–40 млрд. Может возникнуть «эффект домино», способный вызвать кризис ликвидности.
Какие российские банки «подставились» сильнее всего? Вероятно, ВТБ. На Кипре работает его «дочка» Russian Commercial Bank (Cyprus) Ltd. Пресс-служба ВТБ выпустила весьма оптимистический пресс-релиз: «Даже при самом неблагоприятном развитии событий потери банка могут составить несколько десятков миллионов евро». Что сомнительно, так как уже в 2011 году активы кипрской «дочки» ВТБ достигли $13,8 млрд.
Вызывает беспокойство и судьба Юниаструм Банка — ведь он является «дочкой» Банка Кипра, самого крупного кипрского банка. Его активы на 1 марта 2013 года составили 84,5 млрд рублей, при этом кредиты, полученные от банков-нерезидентов (и вероятно, здесь речь идет как раз о материнском банке), составили 15,3 млрд рублей.
Под ударом и многие другие российские компании, перечисленные в начале статьи.
Этот живущий на Кипре россиянин надеется только на президента Путина
Газовый аргумент
Вечером 21 марта пошли сообщения, что Кипр отказался от скандального налога на депозиты в пользу альтернативного сценария — создания в качестве гарантий для получения финансовой поддержки ЕС специального фонда. Однако это само по себе не снимает остроты ситуации. Чтобы получить €10 млрд помощи ЕС, Кипр должен будет наполнить этот фонд €5,8 млрд собственных средств. И сделать это надо как можно скорее, иначе страна вполне может не получить вообще никаких денег, и тогда дефолт будет неизбежен. Для еврозоны это не станет ударом — доля кипрской экономики составляет всего 0,1% от общего ВВП ЕС. Но для российских вкладчиков это будет тихим армагеддоном. Ведь налог на депозиты может в итоге трансформироваться в их полную потерю.
Как быть? О прямой финансовой помощи Кипру со стороны правительства РФ речи не идет. Во-первых, это будет непопулярная мера: дескать, олигархов спасают за счет народа. Во-вторых, то, что предложила в ходе визита в Москву кипрская делегация во главе с министром финансов Михалисом Саррисом — доли в кипрских банках, участие в разработке газовых месторождений на кипрском шельфе в обмен на помощь, — российскую сторону не привлекло. «Роснефть» и «Газпром» предложения киприотов не заинтересовали», — прокомментировал ситуацию для РИА Новости источник в российском правительстве. Почему? Наши гиганты якобы сочли, что пока трудно оценить рентабельность кипрских месторождений. Но очевидна и другая — политическая — причина: Москва явно не хочет сейчас нервировать Турцию, которая не признает кипрского суверенитета над залежами углеводородов. Поэтому переговоры Сарриса в Москве закончились ничем.
Тем не менее сам факт переговоров вызвал недовольство канцлера Германии Ангелы Меркель. К тому же и руководство ЕС, вопреки принципиальной немецкой позиции, также прибыло договариваться с Кремлем. Так что, возможно, истинная цель Кипра в этой интриге — сыграть на противоречиях между Россией и Европой и таким образом добиться смягчения условий получения европейской помощи.
Деофшоризация?
Как бы ни разрешилась эта история, массовый набег вкладчиков на кипрские банки весьма вероятен. Разумеется, Кипр может продлить банковские каникулы, но это будет лишь продлением агонии. С большой вероятностью Кипр — Содом и Гоморра финансов — перестает существовать как банковская держава. Россия же потеряет свою главную «прачечную». Офшорам в российской экономике отводится важнейшая роль — это ведь в них с помощью механизма трансфертного ценообразования оседает прибыль от продажи сырьевых ресурсов.
И хотя президент Путин не раз заявлял о необходимости деофшоризации российской экономики, вряд ли «кипрская стрижка депозитов» поспособствует этому процессу. Надежды на то, что кипрские капиталы перетекут в Россию, вряд ли обоснованны. В мире остается немало офшорных зон, и российские деньги с Кипра могут плавно перетечь в Лихтенштейн и Люксембург, не говоря уже о Гонконге.
Запасы газа на кипрском шельфе могут составлять, по разным оценкам, от 1,7 до 3,4 трлн кубометров. При цене в $400 за 1 тыс. кубометров стоимость этих запасов составляет $0,68–1,36 трлн. В декабре 2012 года Кипр отказал консорциуму, в состав которого входил российский НОВАТЭК, в разработке месторождений на своем шельфе.
фотография: Reuters