Березовский: эпизод последний

Наблюдая за постсоветским политическим пространством-временем и изучая его почти 20 лет, я могу сказать с высокой степенью внутренней уверенности: в политику весьма редко идут психически здоровые люди. В самом прямом, клиническом смысле термина «психическое здоровье». Мозг политика — это вместилище всевозможных маний и фобий, с которыми так называемый нормальный человек (при всей кричащей условности этого понятия) справиться просто не в состоянии.

Хочу сразу оговориться, что в данном случае не имею в виду бюрократов, по недоразумению принимаемых за политиков — типа большинства представителей сегодняшнего политического РФ-мейнстрима. Бюрократ на политической должности — совсем не то же самое, что подлинный, органический политик. Хотя в определении, кто из них есть кто, нередко случается путаница.

Потому 90% настоящих политиков бывают или шизофрениками, или параноиками.

Шизофреники — криэйторы и заводилы, параноики — менеджеры и стражи. Первые хороши в эпоху нестабильности, больших рывков и скачков. Вторые — когда появляется мода, она же запрос, на стабильность, а контроль становится важнее развития.

Шизофреник живет сугубо и всецело в придуманном им мире, где царят его собственные законы. Потому-то ему не страшно. Он может висеть на волоске и ходить по лезвию бритвы, не испытывая паники или хотя бы навязчивой тревоги. Мир шизофреника ему совершенно не враждебен — хотя бы уже потому, что это Страна чудес / Зазеркалье, которого в наличной материальной реальности не существует.

Иное дело — параноик. Он мыследействует в настоящей, земной реальности. Которая к нему холодна и ему враждебна. Он многого боится и еще больше — подозревает. Вечно и профессионально «сидит на измене», как принято говорить в определенных кругах постимперского ада. Его основная задача — себя «от ветра, от лагуны священной шалью оградить» (с).

Скажем, если для политика-шизофреника охрана — символ статуса и вообще «по приколу» (приятно же, когда тебе кто-то открывает автомобильную дверь и бегает за виски в ближайшее сельпо), то для параноика — отражение его истинного ужаса перед унижением и смертью.

В эпохе паразитизма, где царят исключительно распильщики и охранники, ему места не было.

В этом смысле и плане Березовский был типичный шизофреник. Путин же (второй и четвертый президент независимой РФ) — доподлинный параноик. В этом и была главная, фундаментальная причина их конфликта. А не в политике и тем более не в деньгах.

Ну не мог Путин поверить, что в сентябре 2000 года БАБ устроил скандал вокруг катастрофы АПЛ «Курск» не от ненависти или тайных планов свержения недавнего протеже, а просто, как говорится, не подумавши. Как и Березовский долго так и не понимал, чего уж такого плохого тогда совершил. Предательство? Это слово не из шизофренического запаса. Увольте.

Долгие годы подряд я говорил Березовскому:

— Боря, ты понимаешь, что это семья Ельцина тебя слила, потому что ты перестал быть ей нужен? А Путин — только орудие, но не источник твоей проблемы.

— Старик, ты ничего не понимаешь, — с фирменным раздражением отвечал опальный олигарх.

Согласился он со мной, кажется, году только в 2006-м. Тогда и созрело предварительное решение судиться с Романом Абрамовичем как символом и казначеем пресловутой Семьи. Но и здесь не ненависть, но обида двигала нашим шизофреником. Если бы Абрамович заплатил БАБу какой-нибудь жалкий миллиард долларов, то и процесса бы не было, и мы бы еще увидели их всех вместе в изысканной компании В.В. (Познера, а не Путина) на Сан-Бартелеми.

А процесс таки доконал Бориса. И дело не в пяти с половиной миллиардах, шанс получить которые был буквально ничтожен — это признавали все знакомые мне эксперты по англосаксонскому праву. Проблема в том, что судья Высокого суда г. Лондона баронесса Элизабет Глостер разоблачила БАБа так, как еще никто его не разоблачал. Она выявила в нем шизофреника и объявила об этом со всей силой своего прецедентного правосудия. В вердикте баронессы присутствует кошмарное слово self-delusion — суд, равного которому не знает новейшая история, признал, что Б.А. обманывает не только (и, кстати, не столько) других, сколько себя. А это уже трагедия. Опять же, она не в том, что никто не стал бы иметь дело с жертвой такого вердикта. А в том, что после разоблачения экс-магнату было уже трудно иметь дело с самим собой. Как же жить с главным обманщиком, сидящим прямо внутри тебя, как инфернальный голливудский Чужой?!

Поверхностно принято считать, что Березовский был великий комбинатор, готовый и способный кинуть любого, встреченного на пути. В действительности — не совсем. Или даже, скорее, наоборот. Немало знаю я людей, которые профессионально кидали Бориса, да так, что он отнюдь не сразу понимал, что же взаправду произошло. Про семью Бориса Ельцина я выше уже сказал. Других обманувших «беглого олигарха» было тоже предостаточно.

От персон относительно мелких — например, владельца газеты «Завтра» Александра Проханова. Который в 2002 году получил от БАБа $300 000 «на развитие издания», соблазняя шизофреника туманными обещаниями стать оппозиционным кандидатом в президенты. (О, как я мутновато жалею, что не получил с тех средств заслуженный откат. Не такие уж маленькие деньги были по тем обывательским временам.) Никакого «развития издания» не случилось, вместо коммунизма объявили Олимпиаду: развивать А.А. Проханов решил собственную дачу. Сотрудники «Завтра» тогда подваливали ко мне с прозрачными намеками: а чего Березовский жмотится-то? Мы тут его интервью публикуем во всю ивановскую, а он — ни копья. Связанный обязательством молчания, я не мог предложить им со своей стороны ничего, кроме полувнятного мычания. Теперь, как любят утверждать ветераны разведок боем, «об этом можно рассказать».

Но главной ошибкой БАБа оказался, на мой взгляд, его ключевой партнер Бадри (по паспорту Аркадий Шалвович) Патаркацишвили. С какого перепою Б.А. посчитал его финансовым гением, так до сих пор и неясно. Гений, кажется, специально делал так, чтобы собственность Березовского последнему не принадлежала. Самой эффектной сделкой, которую А.Ш. насоветовал Б.А., было вложение $500 млн в акции холдинга «Металлоинвест» имени А.Б. Усманова. Причем, чтобы только получить право потратить полмиллиарда долларов, Березовский должен был (по идее и инициативе г-на Патаркацишвили) подарить передаточному звену — младшему совладельцу «Металлоинвеста» Василию Анисимову — самолет. Гениально, не правда ли?

К началу 2008 года эта БАБская инвестиция подорожала в пять раз — до $2,5 млрд. И тут как раз А.Ш. скончался в Лондоне, будучи джентльменом сравнительно молодым (52 года) и не то чтобы сильно больным. Заинтересованность определенных людей в этой смерти была столь очевидной, что я не понимаю логику Скотланд-Ярда: ведь именно тогда выяснилось, что доказать свои права на акции металлического холдинга БАБ не может (и никогда не сможет). Почему никто ничего не расследует, фиг его знает. В конце концов, у Бадри Шалвовича были сложные психоделические отношения с разными спецслужбами, и отнюдь не только российскими.

И вот в феврале 2008-го, сразу после странной бадрисмерти, выяснилось, что Березовскому вообще ничего не причитается. Все его дорогие покупки — от сказочного острова Fisher's Island близ Майами до дворца в Марракеше (Марокко) — вдруг стали собственностью родных и близких А.Ш., типа нажитой непосильным трудом. Особенно Б.А. жалел о своих грузинских активах — заводах «Боржоми» и телекоммуникационном операторе Magticom. Ведь Грузия была почти последней страной, дарившей ему надежду на вечное возвращение и право поговорить по-русски и за пределами собственного дома.

Примерно год назад (начало 2012-го) один наш общий с Б.А. знакомый мне сказал:

— Захожу я как-то раз в рейсовый самолет Тель-Авив—Лондон и думаю, что начинаю сходить с ума: в салоне сидит Березовский! Пригляделся: действительно он. М-да…

Для человека, который с 1993 года летал только чартерами, потеря статуса была чересчур болезненной. Его шизофренический мир из цветного стал подозрительно черно-белым. Словно отключили что-то очень важное в глубине завидущих глаз.

А украинская революция 2004 г., на которую БАБ выкинул $38 млн? Не говоря уже о вложенных в грудь майдана всякоразных больших мозгах. Бенефициары майдана обещали ему целый «Укртелеком», а потом побоялись даже пригласить в Киев.

А смерть Александра Литвиненко? Да-да, все мы слышали миллион раз про полоний со свежим гамлетом и кровавых РФ-отравителей. А почему никто не думает, что г-н Литвиненко тесно работал с испанскими силовиками и собирался давать в суде показания против некоторых паракриминальных партнеров Патаркацишвили? А? Ведь именно А.Ш. с пеной у рта убеждал Б.А., что экс-майора грохнула русская охранка. И убедил ведь, черт побери. Сомневаться Березовский стал только в последний год своей жизни, когда истинная роль Бадри в его судьбе прояснилась внезапным апрельским небом.

«Час ученичества, но зрим и ведом другой нам час — еще заря зажглась. Благословен за ним грядущий следом ты — одиночества верховный час» (с).

Один из творцов и символов ушедшей эпохи, Б.А. прошел подлинное ученичество в последние 13 лет. За ним неизбежно пришло одиночество. Выход из которого один — шарф.

Историко-гуманитарный закон гласит, что человек умирает не от старости и/или болезней. А тогда, когда исчерпано его жизненное задание. Зафиксированное в картотеке у ГБ (не путать со службами безопасности).

Бывают эпохи созидательные и паразитические. Как говорил Бердяев, времена «про что-то» и «ни про что». В первом случае — «посмею быть Даниилом, посмею один против всех». Во втором — то же самое, только с огромной частицей НЕ.

БАБ, как бы к нему ни относиться, был человеком первого типа времен. Как и положено шизофренику. В эпохе паразитизма, где царят исключительно распильщики и охранники, ему места не было. Объективно. Но люди такого склада ума (чтобы не повторять навязшее «шизофреник») ведь объективными не бывают. Его погубил не злодейский заговор, а паранойя здешних/нынешних времен.

Я его оплакиваю, потому что с ним было очень интересно. Всю ночь — не побоюсь этого темного слова — мы могли с ним обсуждать «Великого инквизитора». А с кем еще из людей его формата/круга такое возможно? Не знаю.

Бывай. Я тебя целую.

Увидимся.