Надежда Толоконникова в суде: в УДО отказано

Мы ведем прямую трансляцию из Зубовой Поляны. В зале суда – Маша Гессен

Сегодня в Мордовии, в суде небольшого поселка Зубова Поляна рассматривали ходатайство Надежды Толоконниковой об УДО. В УДО предсказуемо отказали, но что самое удивительное – не дали произнести последнее слово.
Мы вели прямую трансляцию из зала суда. Непроизнесенное последнее слово Толоконниковой можно прочитать здесь.


19.52 В зале кричат позор. Последнее слово Надежда Толоконникова так и не произнесла.

19.44 Во всех трансляциях из Мордовии пропал звук.

19.37 Иногда они возвращаются! Судья оглашает постановление.

19.13 В зале видно спящих людей, Хрунова продолжает возмущаться, правда довольно спокойно уже. Прокурор скучает. Журналисты болтают. Судья совещается. Наверное.


18.54

18.47
Хрунова говорит Динзе: "Я преподаватель уголовного процесса в университете! Это самое важное, что у меня есть. Все остальное заберите, но процесс! Процесс!"
Адвокаты не могут поверить, что судья ушла выносить решение, не выслушав даже последнего слова заключенной.

18.34 Судья совещается. Хотя, как она это делает, не очень понятно. Суд по сути не закончен. Все прервалось после речи прокурора.
Пока можно посмотреть фотографии с суда:

В суде поселка Зубова Поляна рассматривается ходатайство Надежды Толоконниковой. Она в тюрьме уже больше года, а значит, может рассчитывать на УДО.

18.02 Судья удалилась для вынесения решения. Хрунова и Динзе в шоке: у них еще есть неопрошенный свидетель, ходатайства, заявления. То есть она натурально сбежала с заседания в совещательную комнату.



17.55
Прокурор: имеет два неснятых, непогашенных взыскания, норму выработки не вырабатывала, психологическая характеристика, все дела. Одним словом, говорить об УДО не имеет смысла.


17.51

17.45 Продолжаем. Пошел восьмой час.
Хрунова продолжает про психологическую характеристику: позиция администрации несостоятельная и противоречит определению Конституционного суда.
Для тех, кто недавно присоединился или просто потерял нить, поясню, что делает Хрунова. В заключении из колонии сказано, что на УДО Толоконникова не может рассчитывать по двум причинам: не исправилась и не раскаивается. Эти два пункта Хрунова и разносит: раскаяние к УДО не имеет отношения, а про исправление нет никаких доказательств, что оно не состоялось.

17.38 Пока в суде перерыв, Маша Гессен берет интервью у Верзилова. Он рассказывает, что Толоконникову сейчас содержат в специальном отделении соседней мужской колонии. Такова процедура для заключенных, которых этапируют в суд.
Вчера в ИК-14 на этом основании у Верзилова не приняли еду для Толоконниковой. Верзилов говорит, что, если сегодня не примут решение по УДО, Толоконникова может остаться вообще без еды на выходные.

17.33 Перерыв 5 минут.
17.29 Судья: Работа психолога не имеет отношения к УДО! Давайте по существу.
Хрунова: Это не мы принесли в суд психологическую характеристику. И мы должны ее опровергать. Мы считаем, что она не соответствует действительности.

17.24 Хрунова: Сотрудник вашей колонии Топольник какое имеет образование и стаж?
Судья: Снимаю вопрос.
Хрунова: Вы психологическую характеристику поддерживаете?
Представитель ИК: Да.
Хрунова: В связи с тем, что представитель характеристику поддерживает, а на вопросы отказывается отвечать, ходатайствую. Мы опросили бывших заключенных ИК. Вот что нам рассказала Кузнецова Мария: работу психолог не проводит. Я никогда не видела и не слышала, чтобы психолог помогал решать психологические проблемы.
Аналогичные ответы дает и другая осужденная.

17.19 Хрунова Наде: Как к вам поступают книги?
Толоконникова говорит: Они сначала поступают к цензору. Цензор жалуется, что их много. Сейчас у меня их 10.
Я их могу назвать, список моих книг есть: Славой Жижек, Библия, Махатма Ганди, Гегель, Кант, Ричард Флорида "Креативный класс".
Периодика: журнал New Times, "Афиша", "Большой Город", "Эсквайр", GQ. В православном храме я беру журнал "Фома".

17.16 Тюремный психолог и общественный защитник опять о том, что в колонии нет никакой программы психологической коррекции. А значит, держать ее в колонии на основании, что она еще не прошла психологическую коррекцию, как минимум нелогично.

17.12 Назидательная схема в колонии. Фотография Маши Гессен.

17.09 Хрунова рвет представителей ИК.
– Книги у Толоконниковой имеются?
– Нет.
– Как?
– У нее есть другие печатные издания.
– Какие?
– Затрудняюсь ответить.
– Это не ответ на вопрос!!!

17.05 Хрунова: Правильно я понимаю, что у нее сейчас 60 книг?
Представительница ИК: Нет, она не может больше 10 одновременно иметь.
Хрунова: Сколько книг получает Толоконникова в месяц?
Представительница колонии: Какое это имеет отношение к делу?

17.01 Представительница ИК: Не буду обсуждать работу психолога. Есть справка психолога. Озвучивать нет необходимости.
Хрунова: Вы представили справку. У вас серьезное противоречие: вы говорите, что к психологу Толоконникова не обращалась, а справку представили.
Хрунова: Какие книги, документы, журналы получает Толоконникова?
Судья: Поясните, какое отношение это имеет к делу?
Хрунова поясняет и повторяет вопрос.
Представитель: Получает не более 10 экземпляров.
Хрунова: КАКИЕ?
Представитель: Затрудняюсь ответить.

16.57 Рубашкин опять: Обращаться к психологу – это ее право или обязанность?
Представительница ИК: Право.
Хрунова: Скажите, вы только что произнесли фразу, что это право – обращаться за помощью. Толоконникова сделала этот раз, так?
Представительница: Нет, она не обращалась. Она проходила обследование в карантинном отделении.
Рубашкин: Нельзя принудительно проводить диагностику. Ее результаты не будут верны.

16.54 Хрунова: Скажите, мнения людей, которые не подписали характеристику, отражены в характеристике?
Правильно ли я понимаю, что члены ОНК рекомендовали не допускать Толоконникову к УДО?
Представительница ИК: Да, все проголосовали единогласно.
Хрунова: Почему же их не включили в протокол? Где их подписи?

16.50 Хрунова: вы утверждаете, что представители общественной комиссии присутствовали на заседании по психологической экспертизе? Почему нет их подписей?
Кем не подписана характеристика?
Представитель ИК: У нас есть методические указания, кто ее должен подписывать.
Хрунова: Правильно ли я понимаю, что характеристика дана по результатам заседания комиссии, а подписана не всеми заседавшими?
Представитель: Большинство ее подписало.
Хрунова: А кто меньшинство? Кто не подписал? Назовите фамилии.


16.48 Рубашкин продолжает разбирать психологическую экспертизу.
Разбирает пункты, которые должны быть выполнены, чтобы осужденный мог считаться исправившимся.
Рубашкин: Тут написано, что осужденный должен порвать отношения с криминальным сообществом. Толоконникова порвала?
Представитель ИК: Да она и не имела с ним контактов.
Рубашкин: Прекрасно, где документ, подтверждающий это?

16.46
16.25 Перерыв пять минут. Толоконникова знакомится с ходатайством.
16.16 Хрунова: Не участвовала в конкурсах, потому что ее не допускали. В документах не указано, по каким причинам она не участвовала.
И последнее: тот факт, что Толоконникова не ходит в библиотеку, не говорит о том, что она не читает.
Толоконникова говорит про нормы выработки: я расписывалась за нормы выработки – они были другие. Мне кажется, они изменены. Я принимаю участие в академических часах. Я готовлюсь и делаю доклады. Доклады готовлю по книгам, которые я в том числе беру в библиотеке колонии. Я не знаю, почему я не записана в библиотеке. Я там беру книги.

16.15 Хрунова: а я не против, чтобы норму выработки приобщили. Заметьте, что Толоконникова только в ноябре присоединилась к производству. Так что я считаю, что норма в 50% для первого месяца очень хорошая.
В следующем месяце у нее уже 113%! В январе 32% – это тоже хороший результат, учитывая, что в январе есть праздничные дни.

16.09 Мнение защиты о ходатайстве колонии. Динзе: эти документы нигде не указаны, подготовлены за день до суда. Нормы выработки вообще к УДО отношения не имеют. Что касается конкурсов и библиотеки – какая норма обязывает заключенных к конкурсам и чтению? Эти документы не имеют отношения к делу.

16.07 Теперь представитель ИК зачитывает список литературы, которая есть в тюремной библиотеке. Ей Толоконникова тоже не интересуется.

16.04 Представитель ИК зачитывает список конкурсов, которые проводились в колонии. В том числе конкурс "Мисс очарование". Толоконникова ни в одном мероприятии не участвовала.

16.01
Представитель ИК: Надежда Андреевна ни разу не изъявила желание принять участие в каком-нибудь конкурсе, а их много проводилось.
Все понято в общих чертах: петь не хочет, не раскаивается, какое уж тут УДО.

15.58 Слово берет общественный защитник Надежды Толоконниковой, тюремный психолог Владимир Рубашкин: Программа психофизической коррекции – что в нее входит?
Какими документами вы подтверждаете, что она не выполнила какие-то из пунктов психофизической коррекции?
Представитель ИК: На этот вопрос не могу ответить.
Хрунова: Если сотрудник не подготовлен, тогда давайте решим вопрос о допросе того человека, который сможет ответить на эти вопросы.

15.55 Динзе: Какое на настоящий момент у нее состояние здоровья?
Представитель ИК: Я не обладаю медицинскими познаниями.
Динзе: Сколько врачей работает в колонии?
Судья: Какое это имеет отношение! Снимаю вопрос.
Динзе: Какая характеристика у Толоконниковой на производстве?
Представитель ИК: Она стремится к норме выработки. Но не выполняет.
Динзе: Больше вопросов нет.

15.49 Динзе берет слово: Можете подкорректировать справку и в своем выступлении сказать, что выговор погашен?
Представитель: Нет, не могу.


15.47 Представитель долго виляет, потом наконец говорит, что не может предоставить доказательств, что беседа была проведена.

15.41
Хрунова: Вы представили все документы, которые есть в личном деле Толоконниковой?
Представитель ИК: Мне кажется, да.
Хрунова: Скажите, в психологической характеристике сказано, что с Толоконниковой неоднократно проводились беседы. Нет ни одного документа, которые бы подтверждали эти беседы.
Представитель ИК долго и муторно рассуждает про то, что характеристика не обязательный документ.
Хрунова: Представитель, отвечайте по существу. Каким документом подтверждается, что с Толоконниковой проводилась беседа?

15.33 Судья: Адвокат, сколько можно повторять, задавайте вопросы по существу!
Хрунова: Я по существу. Я пытаюсь понять, какую нормативную базу использует администрация колонии при составлении характеристики.
В настоящее время имеется определение КС, в котором сказано, что каждый заключенный имеет право на обжалование приговора, даже когда осужденный не признает вину.
Дальше там вот что сказано: принуждая признавать вину, администрация колонии ставит человека перед выбором: или обжаловать или признавать вину.
То есть вы, принуждая признать вину, фактически лишаете ее права обжаловать приговор.
Судья: Еще раз повторяю: если вы считаете, что администрация что-то нарушает, обращайтесь в соответствующие органы. Вопросы задавайте по существу!
Но Хрунову не сломить. Она начинает заново. Спокойна как танк.

15.30 Хрунова: На основании какого нормативного акта вы неоднократно просили Толоконникову признать свою вину?
Представитель ИК: В рамках воспитательной работы.
Хрунова: То есть вы считаете, что воспитание возможно только после признания вины?

15.27 Хрунова: Дело в том, что, согласно вашему заключению, вы не просто перечисляете факты из жизни, а именно ставите УДО в зависимость от раскаяния.
Хрунова и представитель колонии препираются. Хрунова очень вежливо, представитель колонии немного раздраженно, но тоже вежливо.

15.24 Хрунова: Могу ли я считать, что сотрудники колонии думают, что на них не распространяются решения КС?
Представитель колонии: Решать, что влияет на УДО, будет суд, мы просто поставили суд в известность, что она вину не признает.

15.20 Хрунова: Есть решения Конституционного суда РФ, в которых рассматриваются дела людей, которые не признают свою вину. Вам о них известно?
Вопрос снимают – не по существу.
Хрунова не согласна, но продолжает: Есть решения КС, которые говорят, что закон запрещает ставить вопросы об УДО в зависимость от раскаяния.
Вам известно о таких решениях?
Представитель колонии: Да, мне известно.
Хрунова: Почему в заключении колонии вы ставите вопрос об УДО в зависимость от раскаяния?

15.17 Представитель колонии: Толоконникова выполняет норму выработки на 55%, на 32% – это говорит о том, что норму не выполняет.
Хрунова: В заключении есть фраза о том, что Толоконникова стремится к выполнению нормы выработки.
Представитель колонии: Стремится, но не выполняет.


15.13 Хрунова задает вопросы представителям колонии.
Скажите, пожалуйста, в заключении начальника колонии указаны два основания, по которым вы считаете, что Толоконникова не заслуживает УДО, – правильно?
Представитель колонии: Да, нарушение режима и непризнание вины и отсутствие раскаяния.


15.07 Суд просит всех встать. Слушание продолжается.
Судья говорит, что это к существу дела не относится.
Говорит представитель колонии, представительница, точнее: психофизическую коррекцию личности Толоконникова прошла еще не в полном объеме.
С ней проводились воспитательные беседы – вину не признает, в содеянном не раскаивается. УДО не заслуживает.

14.37


14.29 Все обедают, в трансляции – пустой зал суда.


13.56 Судья: суд обозревает данный документ. Защита поддерживает приобщение к делу. А все остальные не поддерживают. Но судья все равно приобщает.
Защита: объявите перерыв, чтобы Толоконникова могла пообедать. Еда с собой – паек выдали в колонии.
Никто не возражает. Перерыв один час.

13.51 Хрунова: записка описывала условия нахождения Толоконниковой после ареста. Записку обнаружили, когда она шла к адвокату. Прошу суд приобщить ответ ЕСПЧ. Из этого ответа следует, что адвокат Виолетта Волкова обратилась в ЕСПЧ с жалобой на условия содержания под стражей.
Это нужно, чтобы объяснить суду, что взыскание, которое было наложено 11.04.2012, – неправомерно. Потому что Толоконникова шла к адвокату, чтобы сообщить об условиях содержания под стражей. Это ее право!

13.43 Перерыв окончен. Суд переходит к оглашению материалов дела, о которых ходатайствовала Хрунова. Судья пытается прочесть записку, которую нашли в носке у Толоконниковой 11.04.2012. Судья говорит, что прочесть это невозможно – неразборчиво. Передают Толоконниковой, чтобы она прочла сама.
Толоконникова с большим трудом читает отрывки: "перечисление имен, они ломятся в тормоза – то есть стучатся в металлическую дверь камеры... долго ждут дежурного... берем чай у зэчки, разводящей обеды... его сливают в бутылки и ставят на батарею... встретила Женю, она была опухшая и заплаканная... она в ломке от метадона... в состоянии плачевном... просила, чтобы ей стукнули по позвоночнику, чтобы боль от ломки перебила другая боль... каждый раз, когда я произношу "Путин", меня одергивают..."
Судья: давайте по делу.

13.25 Толоконникова знакомится с материалами личного дела. Маша Гессен пока пересела поближе. Пишет: Подобралась поближе. Платок точно в прошлом был постельным бельем.

Петр Верзилов сфотографировал и выложил ту самую характеристику.

12.59 Перерыв. Толоконникова знакомится с материалами дела.
12.53 Хрунова берет слово. Говорит, что администрация колонии и защита находятся не в равных позициях. Администрация хорошо знакома с делом, а Толоконникова – нет. Просят перерыв на полчаса, чтобы Толоконникова и защита могли ознакомиться с делом. Другие защитники поддерживают.
Толоконникова поддерживает и хочет познакомиться со списком людей, которые наложили взыскание, пока она была в СИЗО.
Тем временем появились новости о другой участнице группы Pussy Riot:


12.49 Видимо, это было сделано ради строчки из приговора, что "наличие малолетнего ребенка суд признает смягчающим обстоятельством".

12.45 Судья зачитывает заявление адвоката об отмене взыскания за то, что Толоконникова не поздоровалась с сотрудником колонии. В этом заявлении защита требует признать незаконным решение о взыскании.
Судья говорит, что исследованы все материалы дела. Хрунова возражает, что не все, хочет уточнить некоторые моменты. Судья пытается возражать, но сдается.
Хрунова просит огласить лист дела из приговора. Никто не возражает. Суд посовещался и оглашает. Точнее – пока не оглашает, потому что найти не может. На помощь приходит Хрунова – дает необходимый лист.

12.42 Лист рукописного текста с дневниковыми записями. Объяснила, что спрятала потому, что не хотела, чтобы трогали сокамерницы. Не знала, что нарушает. Это 11.04.2012 – чуть больше месяца после ареста.
Один из находящихся в зале делает рисунки – http://www.facebook.com/photo.php?fbid=542139519162073&l=7410bbe8ca

12.36 Гессен: Пришли два пристава в бронежилетах, заставили одеться.
В зале, как пишет мне в смс Гессен, невыносимая духота, все разделись до маек.
Судья опять зачитывает рапорты и объяснительные, почему и как Толоконникова не поздоровалась с сотрудником в тюремной больнице.
Теперь лист дела 95.
Приказ о наложении взыскания о нарушении режима. Судья, видимо, устала – запинается очень часто.
Рапорт о том, что в носке были спрятаны записи – нарушение правил распорядка.

12.32 Суд вернулся с перерыва. Материалы личного дела нашли. Судья читает. Рапорт о том, что Толоконникова не вышла на прогулку 05.08.2012. Объяснительная: отказалась, потому что готовилась к процессу.
По поводу отказа от прогулки проведена воспитательная беседа. Гессен: Между тем, Самуцевиц, которая тоже содержалась в СИЗО, рассказывала мне, что отказываться от прогулок было обычным делом – ее сокамерницы не гуляли вообще.
А 09.08.2012 отказалась от прогулки из-за головной боли.

12.13 Судья не может найти материала личного дела. Объявила перерыв на 5 минут. Все выходят покурить.

12.09 Лист 83. Психологическая характеристика. При ответе на вопросы осужденная намеренно искажала ответы, пытаясь создать положительный образ себя. Самооценка завышена, к критике не восприимчива. Рекомендации: воздействовать через честолюбие, начальнику отряда провести беседу, направленную на осознание вины.
Хрунова: в отличие от других документов, подписи Толоконниковой об ознакомлении нет. Судья это подтверждает.

12.02 Лист 73. Справка о том, что родительских прав не лишалась. Лист 77: справка о прибытии в медчасть. Трудоспособна, здорова. Справка о том, что осужденная со справкой ознакомлена.
Лист 79: За время наказания в ИК-14 характеризуется отрицательно.

11.59 Прогноз психолога: в отсутствие матери ребенок не имеет возможности полноценно развиваться и стать полноправным членом общества.
Марат Гельман тоже написал, что готов предоставить работу с окладом в 118 тысяч 30 рублей. Верзилов с места: 18! Толоконникова грустно улыбается.

11.54 Справка: соседи в Норильске, где она жила до 2006 года, на нее не жаловались.
Судья не может разобрать, что за документ ей попался в материалах, читает отрывочно: данное требование... Организация... Интересующими сведениями не располагает.
Листы 63-67: заключение психолога. Рекомендации: необходима организация беспрепятственного общения ребенка с матерью.
За последний год Гера общалась с матерью только два раза.
Рекомендации: необходимы ритуальные моменты? Например, каждый вечер перед сном стакан молока.

11.50 Листы 56-57: характеристика с места учебы. "Хорошая успеваемость. С 2008-2009 года в связи с Надеждой Толоконниковой поступали запросы из Органов внутренних дел. Остальные сведения о внеучебной деятельности факультет получил из СМИ.
Лист 59: справка из Красноярского краевого психоневрологического диспансера: на учете не состоит.
Надо представитель себе, сколько нужно сил и времени, чтобы собрать все эти бумажки.

11.46 Лист дела 54: копия свидетельства о рождении Верзиловой Геры Петровны, где в графе мать указана гражданка России Толоконникова Надежда Андреевна.


11.43 Судья зачитывает справки из дела: взыскание, приговор вступил в силу, кассационная жалоба не удовлетворена...
Гарантийное письмо от "Новой газеты": в случае освобождения трудоустроят, как выразилась судья, в "ихнюю организацию".

11.40 Начальник отряда тоже считает, что Толоконникова не заслуживает УДО, согласно зачитанному судьей документу.

11.34 Судья зачитывает, что режим содержания в СИЗО нарушала – неположенная переписка с лицами, находящимися на свободе. Взыскание не снято, не погашено. Толоконникова склонила голову набок, показывает демонстративную скуку. Камеры щелкают. Судья зачитывает: в колонии неоднократно проводились воспитательные беседы, а она вину не признает, в совершенном деянии не раскаивается. Колония считает, что УДО не заслуживает.


11.27 Судья оглашает заявление Толоконниковой о том, что она поддерживает ходатайство об УДО.

11.25 Переходят к изучению письменных материалов. Оглашается ходатайство об УДО. Толоконникова улыбается группе поддержки.
А в твиттере пока пишут про музыкального продюсера Александра Чепарухина:


11.22 Представитель администрации: вы сказали, что видели психолога на территории колонии, но это не тот психолог, который подписывал, а ту вы никогда не видели. Но если вы ее никогда не видели, то откуда вы знаете, что это не она? Толоконникова: подпись стоит другого психолога.
– А вы знаете подписи всех психологов?
Толоконникова: Я знаю имена.

11.20 Хрунова: в законодательстве сказано, что при каждой новой беседе надо давать новое согласие на работу с психологом. Толоконникова: никакого согласия, нам выдают тесты, мы должны их выполнять. Это никак не контролируется, администрация может и сама заполнить.
11.17 Хрунова: тут написано, что автор психологической экспертизы с вами беседовала, вас наблюдает. Толоконникова: эту женщину я не знаю.


11.10 Я очень благодарна тем, кто организовал поддержку. Последний раз я просила книги по христианству, Мартина Лютера и другие. Получила, читаю. Стараюсь не заражаться криминальной культурой в колонии, а наоборот.
Ко мне приезжают на все свидания, которые мне разрешены, мои родственники. Это мой отец, который находится здесь, мой муж, который находится здесь, и моя дочь, которая здесь не находится, потому что она очень маленькая. Мне пишут очень многие люди, в том числе те, кого я никогда не знала. Мы проводим такие электронные семинары по переписке.

11.07 Толоконникова: Врач мне сказала: ты ж понимаешь, ты находишься в колонии, это постоянный стресс, у тебя будет постоянно голова болеть.
Адвокат Хрунова: Получаете ли вы книги и журналы, кто к вам приезжает?

11.04 Динзе спрашивает Толоконникову: какие медикаменты принимаете? Толоконникова: Каждый день хожу в медчасть, получаю препараты от головной боли, без них существовать не могу. Пентагам не помогает, но альтернатив нет. Давно направлена на томографию, но предупредили, что вряд ли я ее дождусь – это должны вести в Саранск.

11.00 Толоконникова: взыскание в деле из СИЗО я не оспорила по незнанию, и то оно было нелепым: предъявлено за то, что я описывала пребывание в СИЗО – записи найдены при обыске. Взыскание, наложенное в больнице, оспаривается. Я находилась в плохом состоянии: тяжелые головные боли. Из-за этого и из-за новизны места не поздоровалась с сотрудником, не заметив его. За это и взыскание.


10.58 Динзе не выступает, только поддерживает Хрунова.
Надежда Толоконникова: я провела достаточно времени в колонии, чтобы понять, что такое колония. Я полагаю, этого достаточно.



10.54 Хрунова: ОВД по Ховрино выдал справку, что начальник установил, что Толоконникова будет зарегистрирована в квартире Верзилова. Я помню, каких усилий потребовало раздобывание справки о будущей регистрации!
В суд представлено психологическое освидетельствование о том, что дочь скучает без матери.

10.52 Хрунова: Толоконникова для своего исправления не нуждается в отбывании назначенного судом наказания. Особое внимание на то, что осуждена за ненасильственное преступление. Администрация колонии предоставила положительную характеристику о трудовой деятельности. По месту регистрации в Норильске и по месту жительства в Москве характеризуется исключительно положительно.

10.48 Суд приобщил документы. У других участников ходатайств нет. Переходят к рассмотрению ходатайства по существу.

10.44 Толоконникова поддерживает приобщение к делу документов, о которых говорил Динзе. Другие защитники тоже. А вот представители колонии против того, что у них некому лечить Толоконникову: у нас заключены договора абсолютно по всем медицинским направлением.
Смс от Гессен: Судья говорит мягко, почти нежно. Хрунова по сравнению с ней звучит чрезвычайно резко. Это такая новая культура поведения на процессах, выработанная в нашумевших на всю страну провинциальных судах за последние месяцы: судьи и все сотрудники суда предельно вежливы, даже вкрадчивы. К результату это не имеет отношения.

10.41 Динзе зачитывает свой собственный текст о том, как все происходило, когда Толоконниковой сделали выговор. Сидела в приемной у врача, люди входили-выходили, не заметила, что вошел начальник колонии, потому что людей было много, а у Толоконниковой болела голова.
Гессен в смс: В зале невыносимо душно, уже начинает пахнуть казармой. Это такая специальная черта заключения: душно в камерах, в бараках, чудовищно душно в "стаканах", в автозаках, в которых привозили летом на суд, где тоже было невыносимо душно. А в это время Динзе рассказывает о мучительных головных болях Толоконниковой. Еще бы. Такая простая пытка.

10.36 Динзе: я просил доверенность в ИК14 на то, чтобы представлять подзащитную в суде. Доверенность долго не давали, получили ее только недавно. Так что многие заявления придут в суд позже. Но я на них буду ссылаться, прошу их тоже приобщить. Копии прилагаю.
Судья: конечно, конечно.

10.32 Динзе: У Толоконниковой заболевания позвоночника, из-за этого сильные головные боли. Лечить ее в колонии некому – закатывают колесами, она уже как наркоман просто.

10.26 Динзе: Надежда Толоконникова перечисляет свой заработок в Фонд Гуманитарные действия в Санкт-Петербурге. Это фонд помощи вич-инфицированным людям.
Динзе зачитывает благодарственное письмо от руководителя фонда.
Гессен в смс: Меж тем, несколько дней назад Верзилов рассказывал мне, что в ИК14 начался производственный ад: многотысячные заказы на полицейское обмундирование, работа по 12 часов в сутки, смены отменили.


10.22 Динзе: есть обращения следующих граждан: Марии Разбежкиной, Михаила Шаца, Светланы Сорокиной, Дмитрия Быкова, Леонида Парфенова, Бориса Акунина. В обращении указано, что все эти люди, им известно, что вы будете рассматривать дело об УДО, считают, что Толоконниковой вредно находиться в тюрьме. И обществу это тоже вредно.
Все нижеподписавшиеся просят суд о гуманности.
Гессен в смс: Динзе скучно зачитывает обращение деятелей культуры. Журналисты отвлеклись, разговаривают между собой на разных языках мира. Ничего нового услышать никто не ожидает: ну да, просят "проявить гуманизм". Гуманизм приобщить к материалам дела.

10.20 У Динзе тоже есть ходатайство. Но он так издалека начинает, что пока не очень понятно какое.
Гессен в смс: Вообще одежда в колонии разрешена только черная. Это относится даже к белью. А постельное белье – только белое. Подозреваю, платок на шее у осужденной в прошлом был постельным бельем.

10.19 Судья: допустить Рубашинова Владимира Анатольевича к защите Надежды Толоконниковой.

10.18 Судья: осужденная, желаете, чтобы ваши интересы представлял Рубашинов? Да.
Обвинение: мы против.

10.12 Всем все понятно. Отводов к судье ни у кого нет. Заявляют ходатайства. Хрунова: колония представила психологическую характеристику. В законодательстве нет норм, по которым колония должна предоставлять такие характеристики. Характеристика составлена некорректно и некомпетентно. Просим допустить тюремного психолога Рубашинова.
Характеристика написана официальным языком, и чтобы ее оспаривать и обсуждать, нужен профессионал. Передает судье документы Рубашинова.

10.09 Судья разъясняет права Толоконниковой. Правила ей понятны. Устанавливают личность представителя администрации колонии – Устинов Владимир Львович.
Гессен: На самом деле Толоконникова выглядит плохо, гораздо старше, чем полгода назад. Кажется, располнела.

10.07 Судья спрашивает у Толоконниковой о семейном положении, сроке, статье. Гессен в смс: Установлена личность подсудимой, которая уже в клетке. И действительно в белом шарфе.

10.03 Всем встать, суд идет. Заседание началось. Гессен: Вошла судья. Рыжая крашеная, лет 45. Лидия Яковлева.

10.01 Вводят Надежду Толоконникову. Какая пунктуальность! Звук от фотовспышек такой, как будто ливень начался.

9.57 Гессен: Толоконникову, говорят, привезли. Но в зале суда ее пока нет. На пустую клетку направлены полтора десятка объективов.


9.43 Какие любезные люди в Зубово-Полянском суде – предлагают разложить микрофоны и аппаратуру. Адвокаты уже в зале. Дмитрий Динзе дает интервью, цитирует Марию Алехину. Среди прочего говорит, что отношения у Толоконниковой с администрацией колонии сейчас рабочие, все взыскания сняты.


9.40
Наша трансляция началась. Поддержать Надежду Толоконникову в Зубову Поляну приехали: Андрей Толоконников (отец), группа поддержки в обычном составе (друзья и примкнувшие), адвокаты Ирина Хрунова и Дмитрий Динзе, который входит в дело сегодня.

9.34 Твиттер из Зубовой Поляны пока не работает, так что Гессен пишет мне смс: "Говорят, Зубово-Полянский суд ремонтировали до утра. Черная железная клетка в зале, похоже, свежевыкрашена. Установили колонки: в кои-то веки будет слышно, что говорят участники процесса. Пресс-секретарь суда суетится, приносит стулья. Наладили трансляцию в вестибюль. Пристав тестирует звук: "Фойеееее! Фойе!"

8.51 У суда в Зубовой Поляне начинают собираться сочувствующие и журналисты. Маша Гессен написала мне в письме, что суд начнется в 10.