Doctor Limonoff: диагноз 33-й. Грязная музыка

Пэрис Майкл Кэтрин Джексон, 15 лет. Кожа как у светлой индианки, светлое глазное яблоко, угольно-черный зрачок, русые волосы. Иссиня-белая жвачка стиснута зубами, тянется вниз, за пределы фотографии. После фильма «Лолита» американских девочек фотографируют так. Попыталась покончить с собой, а скорее – напугать мать, некую Дебби Роу. Место происшествия – Лос-Анджелес. Заперлась в своей комнате, после того как мать не позволила ей пойти на концерт Мэрилина Мэнсона. Якобы нанесла себе порезы по кистям рук. Кого бы это происшествие колыхало, тысячи девочек скоблят лезвиями кисти рук ежегодно в том же Лос-Анджелесе, если бы Пэрис Майкл Кэтрин не была дочерью покойного Майкла Джексона. Рок-певец был звездой и большим чудаком, и потому дочь его – объект внимания общества. Человечеству, конечно же, свойственно быть подверженным умственным эпидемиям. Уже полсотни лет планета слушает гармоничные музыкальные шумы ливерпульской четверки, музыкального квартета «Битлз». Я еще помню их стародавний альбом, где на обложке они пересекают английскую улицу гуськом, друг за другом, сногсшибательно оригинальные, в немыслимых для советского человека одеждах. Это была середина 1960-х, город Харьков. Небожители. В конце 1970-х в Нью-Йорке, я помню, тихо умер король рок-н-ролла Элвис Пресли. Я тогда в Нью-Йорке жил, потому знаю, что тихо. СМИ особо не встревожились. И вслед за Элвисом, с дистанцией в год, кажется, всего год, погиб от овердозы героина там же в Нью-Йорке Сид Вишес. А в Париже в 1971-м от овердозы скончался лидер группы The Doors. Потом стали вымирать один за другим «Битлз». Немного поиграв нам, сочинив талантливые музыкальные куски, которыми мы тешимся, они ушли, оставив нас с необозримым количеством грязных ручейков и болот другой, неталантливой поп-музыки. Хрипы, скрипы, скрежет и свисты, щелканья, трамвайные звуки и автомобильные, слащавые голоски и депрессивные вот уже пять десятилетий атакуют наши барабанные перепонки. Талантливых звезд все меньше, бездарных – все больше. Иногда хочется заорать: «Хватит музыки! Стоп музыку!» Упраздним ее. Потому что талантливой музыки стало мало. По-видимому, как в шахте, где полсотни лет добывали золото, золота не осталось. Все выбрали. Пора человечеству заболеть другой эпидемией. Однако. В камере Саратовского централа в 2002-м моим соседом по камере некоторое время был молодой рыжий и веснушчатый парень, Антон. Я уже даже и не могу восстановить в памяти, за какое преступление он находился за решеткой, а вот его рассказы о дотюремной жизни помню по сей день. Из его рассказов выходило, что, воспитанный дедом и бабкой, любимый внук, он однажды получил от них в подарок сарайчик в глубине сада и оборудовал его во что-то вроде музыкального клуба, куда к нему ежедневно ходили товарищи. Музыку, по его рассказам, они слушали совсем дерьмовую, отечественную, плохо записанную чуть ли не местными музыкантами. Но были счастливы. Тогда в Саратовском централе я понял, что единственной формой культуры для провинциальных русских ребят постсоветских поколений была и осталась грязная, неряшливая, бесталанная музыка. Я принял к сведению это мое новое знание. В 2009-м журнал GQ попросил меня написать текст о погибшем тогда от передозировки снотворного поп-идоле Майкле Джексоне. Я имел намерение написать неприятную статью, но помимо моей воли написал целый гимн ему под названием «Великий американский негритенок». То есть материал меня одолел. Даже все его знаменитые странности я воспел как качества. И пришел к выводу, что умер затравленный ангел, а не демон. И вот его дочь, бедняжку, не пустили на концерт Мэрилина Мэнсона. Родственники ангелов обычно больше похожи на демонов. Видимо, я так ее представляю, грудастая злобная блондинка Дебби Роу, мамаша, живет, я предполагаю, исключительно на деньги покойного ангела. В отличном районе Лос-Анджелеса, рядом с соседями-звездами, в большом особняке, во многих комнатах которого она по году не бывает. Там есть прислуга и охранники, они стучат на девчонку Пэрис, влюбленную в разноглазого костлявого английского Мэнсона. Горе, конечно! На концерт не пустили. Возможно, мать кричала, что Мэрилин Мэнсон «fucking pervert!» Ей-богу, наверняка кричала «pervert», забыв о том, чья дочь Пэрис Майкл Кэтрин! Ха-ха... Короче, если занесет вас даже на бездарный и грязный концерт, не стреляйте в гитариста.