11 июня 2013, 01:29 / Политика

Эксперты переписывают историю России

Разработчики единого учебника истории насчитали 31 спорный эпизод, который надо растолковать преподавателям. В рабочей группе предлагают: отвечать на трудные вопросы надо исходя из геополитических интересов РоссииСветлана Бочарова

К неоднозначным темам отнесена роль Сталина в установлении партийной диктатуры/ S. ILNITSKY/ ИТАР ТАСС

Вчера президиум Российского исторического общества под руководством своего председателя и председателя Госдумы Сергея Нарышкина выслушал авторов концепции, на основе которой должен быть написан единый учебник истории России. Конкурс на эту работу Министерство образования планирует объявить в октябре. В концепции будет сформулирован стандарт, который определит способ преподавания истории в российских школах, а также перечень трудных вопросов истории, которые требуют дополнительной подготовки учителей, говорили участники совещания – представители Института российской истории РАН.

Примерный перечень трудных вопросов (есть у «Ведомостей») включает 31 пункт: это большая часть российской истории начиная с Древней Руси и заканчивая 1990-ми и 2000-ми гг. – периодом президентства Бориса Ельцина и Владимира Путина. Подходы к оценке этих неоднозначных эпизодов истории уже заданы в самих формулировках трудных вопросов. Так, роли личности Сталина посвящен один вопрос. В нем, как и в других пунктах, отсутствует упоминание о сталинских репрессиях, а роль Сталина предложено интерпретировать в связи с «установлением однопартийной диктатуры и единовластия». Без специальных разъяснений учителям будет трудно оценить причины и последствия сталинской диктатуры, считают разработчики концепции.

Будут ли репрессии упомянуты в тексте концепции, а затем и в едином учебнике истории – не ясно: проект концепции вчера журналистам передан не был, но был отправлен на доработку из-за фактических ошибок. В частности, член рабочей группы по созданию единого учебника Сергей Шахрай, по его признанию, был удивлен, обнаружив в документе упоминание о существовании в СССР «сбалансированной системы разделения властей» и сменившей ее «президентской республике» в современной России.

В перечне трудных вопросов прямо упомянуты многие лидеры страны. Но не упомянут президент СССР Михаил Горбачев – учителям понадобится помощь лишь в оценке проведенной им перестройки, считают авторы документа. Сталина, Никиту Хрущева, Леонида Брежнева предлагается оценивать в связи с реформами, которые они провели. Единственный политический деятель, чью роль в истории школьникам придется оценивать персонально, вне связи с какими-либо событиями, – первый президент России Борис Ельцин. В периоде Ельцина авторы документа выделяют «шоковую терапию» начала 90-х гг. и просят рассмотреть этот трудный вопрос отдельно.

Последующие президенты, Владимир Путин и Дмитрий Медведев, в перечне не называются, однако годы их правления авторы концепции явно намерены оценить положительно: в перечне трудных вопросов они названы годами «стабилизации экономики и политической системы».

Авторы концепции исходили из того, что школьник должен «сформировать внутреннее убеждение, что именно такова была история, а для иных трактовок иметь барьер», сказал директор Института российской истории РАН Юрий Петров.

Члены рабочей группы имеют разные взгляды на то, как надо преподавать трудные вопросы в школе. Декан исторического факультета МГУ Сергей Карпов предлагает«не бояться» и преподавать ту точку зрения, которая соответствует геополитическим интересам России. Так надо поступать не только тогда, когда речь идет о межгосударственных вопросах, но и о внутрироссийских, сказал ученый «Ведомостям». Решение о геополитических интересах России, по его мнению, должно принять общество и государство. Последнее со своей позицией определится, не сомневается Карпов.

Шахрай предложил противоположный подход, который он называет мультидисциплинарным: по самым сложным периодам представлять школьникам мнения специалистов – историков, юристов, конфликтологов и т. д.

Геополитические интересы непостоянны: при таком подходе сейчас о взаимоотношениях России и США следует рассказывать с позиции времен холодной войны, но после того, как отношения вновь улучшатся, придется переписывать учебник, предупреждает политолог Алексей Макаркин. Кроме того, геополитический подход противоречит принципу преподавания российской истории как части общемировой, который провозглашен авторами концепции и поддержан министром культуры Владимиром Мединским.

Решение о подходе к преподаванию примет президиум Российского исторического общества, затем обсудит рабочая группа, а итог этой работы сформулируют в конкурсной документации.