«Дело «Кировлеса»: синдром торопливости

18 июня судья Сергей Блинов, рассматривающий «дело Кировлеса», отказал Алексею Навальному и Петру Офицерову в вызове всех свидетелей защиты

Алексей Навальный в Ленинском суде города Кирова 17 июня вновь пытался доказать прокурорам и судье Блинову, что лес он не крал и даже не собирался

Решение судьи Блинова — в чистом виде нарушение 6-й статьи Европейской конвенции по правам человека. Ведь в ней прямо говорится: свидетели защиты должны быть допрошены в тех же условиях, что и свидетели обвинения. Отказ в их допросе, по сути, закрывает доступ к справедливому судебному разбирательству. Зато открывает доступ к Европейскому суду по правам человека, куда обвиняемый теперь может жаловаться на нарушение своих прав.

Вспомним: то же самое было и на втором процессе по делу Ходорковского. Обвинение приносит судье список свидетелей, которых прокуроры хотят вызвать, и этот список прилагается к обвинительному заключению и, соответственно, принимается судом без купюр, без каких-либо уточнений и изменений. Когда же свои список приносит «презренная защита» и по каждому человеку объясняет судье, кого и в связи с чем она желает допросить, судья отказывает: «Мы это ходатайство сейчас удовлятворять не будем».

По большому счету это ведь не только нарушение Европейской конвенции по правам человека, это и нарушение российского закона: судья не имеет права отказать в удовлетворении такого ходатайства. Само по себе такое отношение к ходатайствам защиты и есть самый большой перекос, указывающий на отсутствие состязательности в процессе. Это — клиническая демонстрация неравенства сторон в процессе: список свидетелей обвинения принимается полностью, оптом. Список свидетелей защиты отвергается без объяснений.(!)

Почему же так поступает судья Блинов? Ответ прост: чтобы показать, кто в доме хозяин. Судья и прокурор заодно, а вот защите доверять нельзя, содействовать ей — тоже, хотя статья 244 УПК РФ и говорит о том, что стороны обвинения и защиты пользуются равными правами на заявление отводов и ходатайств в судебном заседании.

Чего боится судья, отказывая в вызове всех свидетелей защиты? А боится он, что процесс затянется.

Допустим. Но ведь подсудимые — Навальный, Офицеров — не под стражей. Чего тогда бояться затяжки процесса?

Такое поведение судьи Блинова свидетельствует о его несамостоятельности, — по-видимому, ему диктуют какие-то сроки.

Судейская психология бесхитростна. В качестве иллюстрации возьмем процесс по делу об убийстве Анны Политковской. 20 июня там судья упорно повторял: «Будем рассматривать дело!» Коллегию присяжных собрать не удалось, судья отложил слушание на 17 июля. Мы ему говорим, что дело невозможно рассматривать — два адвоката в отпуске, а он: «Нет, мы все равно будем рассматривать!» С адвокатами, без адвокатов — будем! Похоже, ему надо куда-то срочно отрапортовать о начале процесса.

То же самое в Кирове: судья Блинов куда-то очень торопится. Знать бы только — куда?

фотография: РИА Новости