Я не я, колыма не моя

Российские власти не хотят каяться ни за ГУЛАГ, ни за другие преступления сталинского режима

Сергей Нарышкин в храме Христа Спасителя. Каяться или не каяться?

Сергей Нарышкин, спикер «взбесившегося принтера», по совместительству председатель Российского исторического общества и выпускник минской школы КГБ, заявил о страшной «угрозе использования фальсификаций советского периода российской истории в политических целях для изменения международного баланса сил». И, дескать, эта угроза «имеет реальные очертания».

Чего же боится господин (или уже товарищ?) Нарышкин? Что все поймут: у нас рыльце тоже в пушку? Давно поняли. Президент много десятилетий кающейся Германии Йоахим Гаук предложил России присоединиться и «покаяться за свою советскую историю». Но оказалось, что нам не в чем каяться после победы во Второй мировой войне! Победа все спишет.

Маргарет Тэтчер покаялась за выдачу Сталину беженцев. США делают все, чтобы загладить вину перед афроамериканцами и индейцами. Цивилизованный мир кается, а мы злостно упорствуем в своей мнимой непогрешимости. Мы, мол, только освободители, а не оккупанты. А если спросить у освобожденных? Сегодня — освобождение, а назавтра — расстрелы и депортации. Таллинский Музей оккупации с паровозом, украшенным свастикой и красной звездой, никак немцев не оправдывает, но и СССР не обеляет.

А советско-финляндская война? Еще не успели убрать в спецхран песню: «Принимай нас, Суоми-красавица». А дальше идет описание «приятного свидания» с этой самой Суоми: «Ломят танки широкие просеки, самолеты кружат в облаках, невысокое солнышко осени зажигает огни на штыках».

„

Чего же боится господин Нарышкин? Что все поймут: у нас рыльце тоже в пушку?

”

Боюсь, что воспоминания коммуниста и майора Красной армии Льва Копелева, впоследствии друга Солженицына и диссидента, никогда не переиздадут. Он там описывает, что творили с немецким мирным населением негодяи, носившие одну с ним (Копелевым) форму. Негодяев оказалось так много, что пришлось командующему издавать приказ о расстреле на месте насильников и мародеров… Тоже клевета иностранных агентов?

Мы «не ставили вопрос об уничтожении целых народов»? Расскажите это чеченцам, крымским татарам и поволжским немцам.

Речь уже зашла о «недостоверности и ляпах» в исторических фильмах. А как изымешь из интернета «Катынь», где показано, как уничтожали польскую элиту, и «Чекиста», где предшественники Путина и Нарышкина расстреливают людей только за то, что те дворяне или чиновники?

Знает ли Сергей Нарышкин, что Брестскую крепость брали дважды: немцы — у Красной армии, а Красная армия — у поляков, только фильма об этом нет…

А как насчет совместного парада советско-германских войск в Бресте в 1939 году и пакта Молотова—Риббентропа? Ныне здравствующий внук Молотова, Вячеслав Никонов, в отличие от потомков Геринга, и не думает каяться… А внук Сталина иски на всех подает.

Путин потребовал уважения «ко всем страницам нашего прошлого». Так и напишут в новых единых учебниках с тяжелой руки тех, кто вернулся добить страну. Наследники Берии и Ежова, для которых, как и для Путина, Сталин всегда будет лучше Гитлера, потому что отец родной и звуки его гимна греют их холодные змеиные души. Они поменяли кожу, но не свою природу. Они не желают каяться ни за уничтоженные миллионы, ни за выкорчеванное ими русское крестьянство, после чего оказалось, что мы, в отличие от американцев, «коллективисты».

Куда же они денут введенного в школьную программу Солженицына, Евгению Гинзбург, Варлама Шаламова?

Эти живые чекистские трупы вернулись с погоста, чтобы дать нам неволю. Они раскулачивают ЮКОС и ищут «безродных космополитов». Они хотят, чтобы мы все забыли. Черта с два мы им забудем.

«Позже, друзья, позже кончим навек с болью, пой же, труба, пой же, пой и зови к бою! Медной своей плотью пой про мою Потьму, пой о моей маме, там, в ледяной яме» (Александр Галич).

фотография: Александр Миридонов/Коммерсант