Original Material
60-летие операции "Аякс"
В результате военного переворота, устроенного с 15 по 19 августа 1953 года офицерами иранской армии, пало правительство, которое возглавлял чрезвычайно популярный в те годы в Иране политик-националист Мохаммед Моссадык.
В уличных беспорядках погибли, по разным данным, от 300 до 800 человек. Именно тогда, из-за активной роли в перевороте британской и американской разведок, в иранском обществе начала стремительно расти ненависть к западным странам и их политико-культурному влиянию, 26 лет спустя вылившаяся в Исламскую революцию 1979 года, в результате которой в стране к власти пришел режим радикальных аятолл.
В начале 50-х годов в Иране, до этого бывшем не более чем одной из многочисленных площадок для военно-политического соревнования ведущих мировых держав, особенно во время второй мировой войны, когда страну фактически оккупировали войска СССР и Британской империи, произошел всплеск национального самосознания. Глава Национального фронта Ирана Мохаммед Моссадык, ставший премьером весной 1951 года, подписал закон о национализации нефтяных месторождений, которые принадлежали Англо-Иранской нефтяной компании, сегодня известной под названием BP. Он выслал из Ирана всех британских специалистов и советников, а в 1952 году вообще разорвал с Лондоном дипломатические отношения. В 1953 Моссадык изгнал из Тегерана молодого шаха Мохаммеда Резу Пехлеви, заявив, что монарх должен был царствовать в Иране, а не управлять им.
В ответ Великобритания добилась эмбарго на импорт иранской нефти почти всеми западными странами, и ее добыча в Иране почти прекратилась. Одновременно Лондон и Вашингтон, ранее соперничавшие за влияние на Среднем Востоке, начали планировать совместное свержение Моссадыка. Будущая смена власти в Иране в США, где президентом стал Дуайт Эйзенхауэр, получила название "Проект "Аякс", а в Великобритании, где правительство с конца 1951 года вновь возглавил Уинстон Черчилль – "Операция "Сапог". Ведущая роль в перевороте отводилась иранским военным-монархистам во главе с генералом Фазлоллой Захеди, бывшим главой МВД и министром иностранных дел. ЦРУ и МИ-6 установили контакты с главарями тегеранской организованной преступности, которые занялись антиправительственной пропагандой на улицах.
19 августа путчисты, сначала почти оказавшиеся на грани провала (16 августа офицер, явившийся взять премьера под стражу, сам был арестован), все-таки свергли Моссадыка, который, впрочем, пострадал намного меньше, чем можно было бы представить – его продержали три года в тюрьме, после чего сослали под домашний арест в имение под Тегераном. Он умер в 1967-м. Нефтяные поля Ирана вновь перешли во владение британских и американских компаний, а шах вернулся в Тегеран, с этого момента получив фактически всю полноту власти в стране, несмотря на то что формально Иран оставался конституционной монархией. Мохаммед Реза Пехлеви начал политику вестернизации государства, вызвавшую отторжение большей части общества. Уже в 1957 году с его ведома в Иране была основана тайная полиция САВАК, которую называли "иранским гестапо".
Переворот 60-летней давности выплеснулся далеко за границы Ирана, изменив расстановку сил и геополитический ландшафт на всем Среднем и Ближнем Востоке, считает американский политолог Марк Гасиоровски, автор книги "Мохаммед Моссадык и переворот 1953 года в Иране":
"Этот переворот устранил с политической сцены умеренную, светскую часть иранских политиков, место которых в 60-е и 70-е годы прошлого века, в качестве главных элементов оппозиционного движения, заняли радикальные исламисты и радикальные левые, из Моджахедин-э Хальк, "Организации моджахедов иранского народа". После переворота любые по-настоящему демократические силы исчезли с политической сцены, что, конечно повлияло на внутреннюю политику страны самым кардинальным образом в последующие годы".
С Марком Гасиоровски согласен и американский журналист Стивен Кинзер, написавший книгу "Вся шахская рать: американский переворот и корни ближневосточного терроризма":
"Если смотреть с точки зрения истории, этот переворот вовсе не принес пользы Соединенным Штатам. Исламская революция в 1979 году стала прямым следствием постоянного роста репрессивного характера шахского режима – а шах пришел к власти именно в результате этого переворота. Страной начали править фанатики, крайне агрессивно настроенные по отношению к США, которые больше 30 лет потратили на то, чтобы подорвать американское влияние во всех уголках мира".
Марк Гасиоровски обращает внимание на два разных мотива, которыми Вашингтон и Лондон руководствовались, занявшись подготовкой переворота в Иране: британское желание вернуть под контроль иранские нефтяные богатства и американский страх перед экспансией СССР в регионе. Однако в долгосрочной перспективе, по его мнению, Вашингтон и в этом допустил стратегическую ошибку – хотя бы потому, что США потеряли в Иране и соседних странах репутацию защитника демократических ценностей и принципов:
"В результате переворота весь регион поляризовался и оказался одним из главных полей сражений "холодной войны". А изначально ведь именно поэтому США и пытались его организовать – потому что опасались коммунистического влияния в Иране и надеялись превратить эту страну, вместе с Турцией и Пакистаном, в единый бастион, противостоящий угрозе со стороны Советского Союза".
Ответ СССР на события в Иране был вполне предсказуем: после 1953 года на Ближний и Средний Восток поток советских советников, оружия и денег хлынул еще сильнее. Одновременно Советский Союз надолго получил в руки прекрасные козыри в идеологической войне против стран Запада. Как считает Стивен Кинзер, переворот в Иране был первой серьезной, и успешной, пробой сил для ЦРУ, созданного в 1947 году:
"Если бы иранский план сорвался, то вся концепция тайных операций, которая стала неотъемлемой частью внешней политики Америки, начиная с 50-х годов, возможно, могла бы так и не превратиться в реальность".
Как напоминает Стивен Кинзер, после свержения правительства Мохаммеда Моссадыка в 1953 году при участии ЦРУ в 1954 году был организован военный переворот в Гватемале, совершена попытка отстранения от власти в 1957 году президента Сирии Шукри аль-Куатли, а в 1961 году – неудачная интервенция на Кубе, в районе Плая-Хирон. Страх США перед "покраснением третьего мира", которое действительно происходило стремительными темпами, затмил все иные соображения. В Вашингтоне, где вовсю царил дух маккартизма, военно-политические решения начали принимать неприкрытые "ястребы".
Потом Белый дом и Госдепартамент в течение десятилетий отрицали свое участие в упомянутых событиях – пока в 2009 году президент США Барак Обама не признал активную роль ЦРУ в подготовке переворота 1953 года в Иране. В Великобритании же в 2011 году документы о ведении пропагандистской войны против правительства Моссадыка своей Персидской службой обнародовала государственная корпорация ВВС.
В уличных беспорядках погибли, по разным данным, от 300 до 800 человек. Именно тогда, из-за активной роли в перевороте британской и американской разведок, в иранском обществе начала стремительно расти ненависть к западным странам и их политико-культурному влиянию, 26 лет спустя вылившаяся в Исламскую революцию 1979 года, в результате которой в стране к власти пришел режим радикальных аятолл.
В начале 50-х годов в Иране, до этого бывшем не более чем одной из многочисленных площадок для военно-политического соревнования ведущих мировых держав, особенно во время второй мировой войны, когда страну фактически оккупировали войска СССР и Британской империи, произошел всплеск национального самосознания. Глава Национального фронта Ирана Мохаммед Моссадык, ставший премьером весной 1951 года, подписал закон о национализации нефтяных месторождений, которые принадлежали Англо-Иранской нефтяной компании, сегодня известной под названием BP. Он выслал из Ирана всех британских специалистов и советников, а в 1952 году вообще разорвал с Лондоном дипломатические отношения. В 1953 Моссадык изгнал из Тегерана молодого шаха Мохаммеда Резу Пехлеви, заявив, что монарх должен был царствовать в Иране, а не управлять им.
Министры иранского правительства во главе в премьером Мохаммедом Моссадыком. Фото 1952 года
В ответ Великобритания добилась эмбарго на импорт иранской нефти почти всеми западными странами, и ее добыча в Иране почти прекратилась. Одновременно Лондон и Вашингтон, ранее соперничавшие за влияние на Среднем Востоке, начали планировать совместное свержение Моссадыка. Будущая смена власти в Иране в США, где президентом стал Дуайт Эйзенхауэр, получила название "Проект "Аякс", а в Великобритании, где правительство с конца 1951 года вновь возглавил Уинстон Черчилль – "Операция "Сапог". Ведущая роль в перевороте отводилась иранским военным-монархистам во главе с генералом Фазлоллой Захеди, бывшим главой МВД и министром иностранных дел. ЦРУ и МИ-6 установили контакты с главарями тегеранской организованной преступности, которые занялись антиправительственной пропагандой на улицах.
"Уличный лидер" Шабан Джафари, по кличке "Шабан Безбашенный" - один из лидеров переворота 1953 года
19 августа путчисты, сначала почти оказавшиеся на грани провала (16 августа офицер, явившийся взять премьера под стражу, сам был арестован), все-таки свергли Моссадыка, который, впрочем, пострадал намного меньше, чем можно было бы представить – его продержали три года в тюрьме, после чего сослали под домашний арест в имение под Тегераном. Он умер в 1967-м. Нефтяные поля Ирана вновь перешли во владение британских и американских компаний, а шах вернулся в Тегеран, с этого момента получив фактически всю полноту власти в стране, несмотря на то что формально Иран оставался конституционной монархией. Мохаммед Реза Пехлеви начал политику вестернизации государства, вызвавшую отторжение большей части общества. Уже в 1957 году с его ведома в Иране была основана тайная полиция САВАК, которую называли "иранским гестапо".
Переворот 1953 года в Иране
Переворот 60-летней давности выплеснулся далеко за границы Ирана, изменив расстановку сил и геополитический ландшафт на всем Среднем и Ближнем Востоке, считает американский политолог Марк Гасиоровски, автор книги "Мохаммед Моссадык и переворот 1953 года в Иране":
"Этот переворот устранил с политической сцены умеренную, светскую часть иранских политиков, место которых в 60-е и 70-е годы прошлого века, в качестве главных элементов оппозиционного движения, заняли радикальные исламисты и радикальные левые, из Моджахедин-э Хальк, "Организации моджахедов иранского народа". После переворота любые по-настоящему демократические силы исчезли с политической сцены, что, конечно повлияло на внутреннюю политику страны самым кардинальным образом в последующие годы".
Мохаммед Моссадык - "Человек года" по версии журнала Time, 1953
С Марком Гасиоровски согласен и американский журналист Стивен Кинзер, написавший книгу "Вся шахская рать: американский переворот и корни ближневосточного терроризма":
"Если смотреть с точки зрения истории, этот переворот вовсе не принес пользы Соединенным Штатам. Исламская революция в 1979 году стала прямым следствием постоянного роста репрессивного характера шахского режима – а шах пришел к власти именно в результате этого переворота. Страной начали править фанатики, крайне агрессивно настроенные по отношению к США, которые больше 30 лет потратили на то, чтобы подорвать американское влияние во всех уголках мира".
Марк Гасиоровски обращает внимание на два разных мотива, которыми Вашингтон и Лондон руководствовались, занявшись подготовкой переворота в Иране: британское желание вернуть под контроль иранские нефтяные богатства и американский страх перед экспансией СССР в регионе. Однако в долгосрочной перспективе, по его мнению, Вашингтон и в этом допустил стратегическую ошибку – хотя бы потому, что США потеряли в Иране и соседних странах репутацию защитника демократических ценностей и принципов:
"В результате переворота весь регион поляризовался и оказался одним из главных полей сражений "холодной войны". А изначально ведь именно поэтому США и пытались его организовать – потому что опасались коммунистического влияния в Иране и надеялись превратить эту страну, вместе с Турцией и Пакистаном, в единый бастион, противостоящий угрозе со стороны Советского Союза".
Шах Мохаммед Реза Пехлеви возвращается в Тегеран после переворота
Ответ СССР на события в Иране был вполне предсказуем: после 1953 года на Ближний и Средний Восток поток советских советников, оружия и денег хлынул еще сильнее. Одновременно Советский Союз надолго получил в руки прекрасные козыри в идеологической войне против стран Запада. Как считает Стивен Кинзер, переворот в Иране был первой серьезной, и успешной, пробой сил для ЦРУ, созданного в 1947 году:
"Если бы иранский план сорвался, то вся концепция тайных операций, которая стала неотъемлемой частью внешней политики Америки, начиная с 50-х годов, возможно, могла бы так и не превратиться в реальность".
Кермит Рузвельт, внук президента США Теодора Рузвельта, в 1953 году возглавлявший отдел ЦРУ, отвечавший за операции на Ближнем и Среднем Востоке и в Африке
Как напоминает Стивен Кинзер, после свержения правительства Мохаммеда Моссадыка в 1953 году при участии ЦРУ в 1954 году был организован военный переворот в Гватемале, совершена попытка отстранения от власти в 1957 году президента Сирии Шукри аль-Куатли, а в 1961 году – неудачная интервенция на Кубе, в районе Плая-Хирон. Страх США перед "покраснением третьего мира", которое действительно происходило стремительными темпами, затмил все иные соображения. В Вашингтоне, где вовсю царил дух маккартизма, военно-политические решения начали принимать неприкрытые "ястребы".
Потом Белый дом и Госдепартамент в течение десятилетий отрицали свое участие в упомянутых событиях – пока в 2009 году президент США Барак Обама не признал активную роль ЦРУ в подготовке переворота 1953 года в Иране. В Великобритании же в 2011 году документы о ведении пропагандистской войны против правительства Моссадыка своей Персидской службой обнародовала государственная корпорация ВВС.