Расследование дорожно-транспортного происшествия в Новосибирске показало, что местные жители не желают жить по закону подлости.

Восьмой месяц Следственное управление СКР по Новосибирской области и прокуратура выясняют, кто «причинил по неосторожности смерть» 19-летней девушке: инспектор ДПС Алексей Мозго или его жена.

Восьмой месяц Следственное управление СКР по Новосибирской области и прокуратура выясняют, кто «причинил по неосторожности смерть» 19-летней девушке: инспектор ДПС Алексей Мозго или его жена.

Пересадочный материал

Фамилия Мозго в Новосибирске – одна из самых известных. Известность пришла к ней 7 с лишним месяцев назад после дорожно-транспортного происшествия: автомобиль Хонда Цивик, в котором кто-то из супругов Мозго сидел за рулем, на скорости, более 80 км в час сбил стоявших на остановке 19-летнюю Нину Шестакову и ее жениха 20-летнего Александра Черепанова. Девушка скончалась на месте ЧП до прибытия скорой. Александр отлетел метра на три, и, как он пишет «В контакте», тут же вскочил, увидев, что Нина лежит без движения напротив машины. Подбежав к ней, посмотрел на водителя. «За рулем был мужчина 30-35 лет, рядом с ним в пассажирском кресле сидела женщина… Я закричал о помощи. Из машины даже никто не вышел. Позже я увидел на заднем сиденье еще двух человек – мужчину и женщину».

Водитель вышел из Хонды, пишет Александр, когда прибыл автомобиль патрульно-постовой службы. Парень увидел, что этот мужчина пьян и понял из его общения с пэпээсниками, что он тоже — сотрудник полиции.

«Затем подъехало еще очень много полицейских машин. Осмотрев место трагедии, полицейские начали меня допрашивать… Они почему-то постоянно спрашивали, кто именно сидел за рулем: женщина или мужчина? Я сказал, что мужчина, но они как будто меня не слышали», — рассказывает молодой человек.

Экспертиза подтвердила, что инспектор ДПС Алексей Мозго в момент совершения преступления находился в состоянии алкогольного опьянения. А то, что совершил его именно он, следовало из показаний жениха погибшей и двух свидетелей, едва увернувшихся от столкновения с Хондой за минуту до ДТП, когда проезжала она мимо их автомобиля на красный свет. Они утверждают, что вел машину мужчина.

Тем не менее, Следственное управление СКР по Новосибирской области предъявило обвинение не Алексею Мозго, а его жене, которая сама «призналась в содеянном». Показания очевидцев следствие не восприняло всерьез, а ответ на вопрос, почему потерпевший видел за рулем мужчину, был прост: пока Александр Черепанов встал и подошел к машине, супруги успели поменяться местами – водительским и пассажирским. 15-го февраля на специально созванном брифинге руководитель СУ СКР Иван Шеенко продемонстрировал журналистам видео следственного эксперимента, в котором Татьяна и Александр Мозго взаимозаменились за 5 секунд.

Видео пошло по Сети и вызвало множество откликов. Новосибирцы «цирковому номеру» не поверили: «Видно, что долго тренировались», «Почему он трезв, если был пьяным во время аварии?». «За эти несколько секунд надо было отойти от шока, очухаться от хмеля, договориться о маневре, отстегнуть ремни безопасности: они что – ехали не пристегнутыми? Показуха! Почему не воспроизведена ситуация полностью?», «Кресла отодвинуты в край, а пассажиры сзади, наверно, ноги на сиденье сложили? У жены при такой посадке не доставали руки до руля. В общем, фарс», «Кресло отрегулировано под мужика однозначно», «Сбить человек, и ни секунды не мешкая, делать кульбиты – они что, роботы?».

Согласно следственному эксперименту, в нетрезвом Алексее Мозго, к тому же, по заключению медиков получившем в момент ДТП травму головы, мгновенно сработал инстинкт благородного рыцаря, и он за секунды поменялся местами с женой, чтоб взять на себя ответственность за случившееся. Когда же старший лейтенант протрезвел, мужчина в нем выдохся и вот уже восьмой месяц он прячется за спину жены. В отношении же погибшей и ее матери с момента аварии и до сего дня ни разу не пробудилось в инспекторе ни мужское начало (как все это время молчало и женское в его супруге), ни вообще человеческое. Что можно сказать и о пассажирах Хонды, сидевших на задних ее местах – сестре Алексея Мозго и ее супруге. Никто из четырех человек, находившихся в ней, не вышел из машины до приезда полиции, не поинтересовался, что с девушкой, лежащей на ледяной земле перед их глазами, можно ли ей помочь?

Как сказала журналистам Елена Шиповалова – адвокат ее матери, из прямых очевидцев трагедии только пассажиры Хонды, и то не все, свидетельствуют, что за рулем сидела Татьяна, а не Алексей. Вся версия обвинения, по словам адвоката, построена на его показаниях и показаниях его сестры, а муж ее, по Семейному кодексу не связанный родственными узами с ним, старается уходить от ответов: «не знаю», «плохо помню» (тоже был выпивший).

По настоянию адвоката эксперимент с пересаживаниями был повторен при сиденьях в нормальном положении, причем трижды, и все три раза супруги Мозго не успевали пересесть до того, как Александр Черепанов поднимался с земли.

Общество требует правды

После предъявление Следственным управлением СКР обвинения Татьяне Мозго (по статье «нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть») дело это стало, пожалуй, самым публичным в Новосибирске. Всякое движение по нему освещается городскими и областными СМИ, не скрывающими настроений местного населения. Сюжеты о митингах, пикетах, автопробегах (их было 3) с требованиями взять под стражу Алексея Мозго идут по главным в регионе телеканалам. Высказал свое мнение о нем губернатор Василий Юрченко: «Был Мозго за рулем или не был, он недостоин звания офицера. Тем более он не должен служить в органах ДПС. Если он был за рулем, перед законом все равны, и пьяным садиться за руль непозволительно ни губернатору, ни инспектору, ни прокурору А если Мозго сидел на пассажирском месте – он, сотрудник ГИБДД, не имел права допустить, чтобы за рулем оказалось лицо, не имеющее водительского удостоверения».

Его у Татьяны Мозго действительно нет. В порядке следственного эксперимента инструктор автошколы проверил ее навыки вождения – они соответствуют ученическому стажу (не более 20 часов). Как мог ее муж - дорожный патруль доверить ей сесть за руль, и как могла она, мать двоих детей, рискуя оставить их сиротами, повести машину, не умея ее водить, да еще и разогнаться до такой скорости (по словам адвоката Шиповаловой она составляла до 100 км в час)?

Московский координатор движения «Синие ведерки» Петр Шкуматов в интервью порталу Сибкрай назвал «акробатические кульбиты внутри машины», имевшие место по версии следствия, «исключительным маразмом». Так быстро поменяться местами, по его мнению, «можно только в том случае, если вы всю жизнь тренировались после ДТП». Шкуматов попросил министра внутренних дел РФ Владимира Колокольцева взять расследование этого происшествия под личный контроль. Направил ему запрос с просьбой «провести проверку и приять необходимые меры» и депутат Госдумы Илья Пономарев.

Он – пока единственный из новосибирских госдумцев, кто откликнулся на обращение Новосибирского отделения Союза журналистов помочь в проведении объективного расследования этого дела. К поиску истины в нем подключилась по просьбе НСЖ и городская коллегия адвокатов, единогласно приняв решение представлять интересы родственников погибшей бесплатно, продиктованное, как пояснил журналистам председатель НГКА Александр Балян «особой важностью данного дела и резонансом, который оно вызвало в обществе».

Указание против доказательств

Что касается Следственного управления — его не волнует общественное мнение. Оно продолжает настаивать на обвинении в гибели Нины Шестаковой Татьяны Мозго — даже после того, как стали известны результаты биологических экспертиз, которые все расставили, по словам адвокатов, и рассадили супругов Мозго по своим местам.

В частности, на руле эксперты обнаружили волос, и не осыпавшийся, а живой – «из правой височной области головы» Алексея Мозго, которая и была травмирована в момент аварии. И этот волос почти полностью вдавлен в руль. Биологического материала Татьяны в районе водительского сиденья найдено не было, фрагменты ее эпителия оказались у пассажирского – на защитной шторке стекла, осколки которого ссыпались ей в карман. Как говорит Александр Балян, человеческое воображение не в состоянии совместить версию Следственного управления с данными экспертиз.

На собранной по окончании следствия пресс-конференции адвокаты их обнародовали, представив новосибирским СМИ практически весь расклад доказательств: 32 прямых объективных и 10 косвенных указывают на вину Алексея Мозго, и лишь 7 (и все они – субъективные) – на то, что виновата его супруга.

Еще предъявили журналистам члены коллегии (подписку о неразглашении тайны следствия никто из них не давал, хотя руководство следственного органа пыталось ее с них взять) многое объясняющий документ – прямое указание следователю от заместителя начальника СУ СКР г-на Зарипова – немедленно завершить расследование и предъявить обвинение Татьяне Мозго. За то, что оказался этот документ в материалах дела, заметил Александр Балян, ответит, возможно, и увольнением, не тот, кто его подписал, а женщина - следователь, которой сия бумага была адресована. «До ее получения расследование велось безупречно: эта женщина - профессионал…Похоже, в правоохранительных органах у господ офицеров становится нормой уходить от ответственности, прячась за спинами дам».

Они, кстати, в этой истории ведут себя куда более достойно. Ольга Брилевская, адвокат Татьяны Мозго, ознакомившись с данными экспертиз, подала ходатайство в СУ СКР о прекращении в отношении ее подзащитной уголовного дела. «Адвокат вправе пойти против воли его доверителя в единственном случае – когда точно знает, что он оговаривает себя. И это – тот самый случай» – поясняет председатель коллегии.

Некскончаемый сериал

Похоже, на глазах огромного города, да и всего региона, и не его одного, судя по откликам в интернете, разыгрывается по мотивам реальной трагедии какая-то плоская мыльная опера. «Они нам показывают: вы – быдло, а мы – вершители судеб». Согласны с этой мыслью многие комментаторы. Другие вспоминают фильм Эльдара Рязанова «Вокзал для двоих», сюжет которого кажется более жизненным, чем обсуждаемый уже восьмой месяц на местных форумах и в новостях. Там происходит равно наоборот: герой, правда, музыкант, а не полицейский, уходит отбывать наказание, взяв на себя вину жены, которая за рулем сбила по неосторожности человека

Сюжет с Мозго в то время, наверное, Рязанову бы в голову не пришел. Слова комментаторов «гнусно», «мерзко», «противно», «как жить в такой стране?» — это о нашем времени.

Кому понадобился данный сюжет? По соцсетям ходят разные версии. Самые популярная: «сушники отмазывают» областное гаишное руководство, которое, если бы осудили Алексея Мозго, по новым веяниям понесло бы дисциплинарную ответственность.

«Я не могу без фактов строить предположения – говорит председатель коллегии – Мне очевидно одно: руководство Следственного управления пошло изначально неверным путем, а после не нашло в себе мужества признать ошибку – стало защищать «честь мундира». Понятны адвокату и мотивы супругов Мозго: если на скамью подсудимых сядет Татьяна, то она вряд ли получит реальный срок – много смягчающих обстоятельств: чистосердечное признание, двое несовершеннолетних детей. .. Алексею на послабления надеяться не приходится: «Человек в погонах – это сейчас отягчающее обстоятельство, сел нетрезвым за руль. По совокупности тянет на 7 лет колонии. Выйдет в лучшем случае по УДО через 3, 5 – 4 года. Дети без отца, семья без кормильца, а так – все дома, все вроде бы хорошо. Ясно, какой они выбрали вариант».

Мозго, наверное, все правильно просчитали. За скобками их расчетов осталась только погибшая по их неосторожности Нина Шестакова и ее мама Светлана, которая не забудет и не простит. И тысячи, много тысяч жителей города и села. Мозго предстоит еще долго жить если не на виду, то на слуху у сотен тысяч людей, и этой славе не позавидуешь. Супруги стали в Новосибирской области как бы олицетворением «закона подлости». В последние 7 месяцев стало ясно, что жить по нему сибиряки не хотят.

В начале июля СУ СКР передало в прокуратуру Ленинского района Новосибирска для утверждения обвинительное заключение в отношении Татьяны Мозго. 19-го июля зам. прокурора постановил вернуть дело в Следственное управление на дополнительное расследование. 26-го июля оно подало в прокуратуру ходатайство «об отмене постановления о возврате». 5-го августа и.о. прокурора района Дмитрий Сигаев сообщил СМИ, что в удовлетворение ходатайства отказано, и дело снова направлено в следственный орган.

В пресс-службе СУ СКР «Новой» сказали, что «следователи работают над устранением недостатков», сколько продлится эта работа, трудно сказать. В пресс-службе облпрокуратуры ответили, что на доследование дело может быть возвращено столько раз, сколько сочтет нужным прокурор – никаких ограничений в законе на сей счет не предусмотрено.

Комментаторы в Сети прогнозируют, что «будут его перекидывать туда-сюда, пока вокруг этой темы не уляжется шум». Мама Нины Шестаковой, ее жених, родственники их остынуть ей не дадут: они намерены «проводить акции протеста до тех пор, пока не будет вынесен справедливый приговор».