Original Material
Tinavie. «Bullets / Coldest Summer»
Отличная московская группа Tinavie собралась вокруг певицы и сочинительницы песен Валентины Манышевой, которая расцветает с каждым выступлением. В группе играют востребованные музыканты, занятые в других коллективах, — гитарист Дмитрий Зильперт (Zorge), барабанщик Дмитрий Фролов («Мельница»), клавишник Дмитрий Лосев (Safety Magic) и саксофонист Олег Маряхин (группа Инны Желанной). Недавно к Tinavie присоединился заслуженный московский басист Сергей «Гребстель» Калачев (группа Инны Желанной), и в этом еще более усиленном составе группа готовит к выпуску третий альбом «Комета», на который собирает деньги в краудфандинговой сети «Планета» и две песни с которого первыми услышат читатели COLTA.RU.
«Bullets»
«Coldest Summer»
Комментируют участники Tinavie.
— Сингл — это предвестник нового альбома, к которому вы, как пишете на своей странице «ВКонтакте», «проделали огромную подготовительную работу». Расскажите, что это за работа такая? Что вы еще можете сообщить о новом альбоме — каким он будет?
Дима Лосев: Это десятки сыгранных концертов, сотни студийных часов, тысячи километров в самолетах, поездах и автомобилях. Новые люди, новые звуки, новые места. Мы накопили внутри себя что-то, что сами пока не до конца понимаем, новый альбом и есть способ понять это.
Тина: Могу сказать со своей стороны, что в последнее время меня очень вдохновляют размышления о космосе, фантазии человека на тему того, что мы живем на одной из множества планет, которая по сути лишь частичка чего-то очень большого и непостижимого. Новый альбом Tinavie «Комета» будет наполнен фантастическими космическими состояниями. Еще, мне кажется, альбом будет более цельным по звучанию, стилистике и настроению, чем наша предыдущая работа «Hidden Places». Хотя мы по-прежнему «балуемся» со звуком и формой, и какой-то конкретной музыкальной концепции у нас не появилось.
Дима Зильперт: «Правил нет», как сказал Дима Лосев как-то. Новый альбом — это такая история про Маленького принца, который стал героем «Меланхолии» фон Триера, и где-то рядом под музыку Cocteau Twins пролетел челябинский метеорит.
— Как изменились ваши представления о группе и ее музыке со временем — от первого альбома к третьему? Может быть, вы хотели делать один проект, а получился совсем другой?
Дима Лосев: Для меня никак не изменились. Эксперимент продолжается. Но ведь прошло всего-навсего четыре года, посмотрим, что будет дальше.
А изменения в звуке закономерны и неизбежны: мы все стали играть чуть-чуть по-другому, это не могло не отразиться на общем саунде.
Дима Зильперт: Когда мы только начинали, Тина пела и все время играла на пианино, а группа очень аккуратно и лаконично ей подыгрывала. Мы, видимо, как-то появились в такой момент, когда «девушки с пианино» были довольно распространенным и популярным явлением на международной и местной, прости господи, инди-сцене. Наверное, поэтому у многих неоправданно надолго за Tinavie закрепился этот неоднозначный собирательный образ «поющая девушка с пианино». Сегодня все совершенно иначе. Тина уже несколько лет на сцене в основном только поет, что позволило еще больше раскрыть ее огромный талант как вокалистки. У группы сейчас совершенно другой подход к созданию музыки, аранжировкам. Тина по-прежнему автор всех песен группы, но музыка Tinavie — это огромная совместная работа, в которой каждый музыкант группы незаменим. Мне кажется, Tinavie стали менее камерными, сегодня это группа с большим концертным звуком, которая не теряется на большой сцене. Хотя при этом мы по-прежнему умеем сыграть очень аккуратно и вкрадчиво.
Тина: Ну и, конечно, важно еще то, что в группе новый фантастический музыкант — бас-гитарист Сергей «Гребстель» Калачев из группы Инны Желанной. С ним мы стали звучать глубже и необычнее.
— Вы поете на английском — появилась ли у вас англоязычная аудитория? Были ли гастроли за рубежом и (или) выступления на фестивалях? Получали ли вы предложения от иностранных лейблов? Делаете ли вы что-нибудь в этом направлении?
Дима Зильперт: Насколько мне известно, американские и английские слушатели в массе не сильно интересуются чем-то, кроме локальной сцены. Поэтому я бы сказал, что скорее публика не англоязычная, а международная — и да, она появилась. Это, конечно, пока еще не битломания, но начало положено.
Тина: Благодаря интернету нашу музыку уже давно слушают и любят в самых разных странах мира. Нам пишут люди совершенно отовсюду, из Германии, Франции, Чехии, других европейских стран. На странице на Facebook нам самые экстравагантные по географии приходят сообщения, были, например, из Мексики, Бразилии, Боливии.
Дима Зильперт: Интерес и контакты есть, другой вопрос, что все это пока, к сожалению, довольно сложно превратить в реальные поездки и концерты. Мне кажется, это то же самое, как если ты живешь в российской глубинке: ты можешь выезжать иногда сыграть на фестивале в Москве, но чтобы серьезно развивать свое музыкальное дело, все равно ты должен уехать в какой-то момент в Москву или Питер. Есть исключения, но их единицы. Также и с международными планами. Нужно больше и чаще бывать там, знакомиться с людьми, которые могут чем-то помочь. Сейчас такие движения есть. С каждым годом открываются новые возможности, вот в конце сентября собираемся в совместную поездку в Штаты с группой Zorge, будем открывать концерты Zorge в Нью-Йорке и Сан-Франциско. Скоро должны случиться первые сольные концерты Тины в Париже. Вообще, я думаю, у нас все должно развиваться, как было в свое время в Москве: сначала Тина выступала одна или Tinavie играли камерным составом, а потом постепенно Tinavie стали большой группой. Так же постепенно будем действовать в международном направлении.
© Мария Шкода — Большинство участников Tinavie играют в других проектах — как оценивают вашу музыку ваши коллеги по этим группам? Любопытны, конечно, самые полярные мнения.
Дима Лосев: С интересом, симпатией, поддержкой. Часто помогают словом и делом.
Тина: Мне кажется, в этом вопросе один большой плюс. К нам хорошо относятся группы-друзья-коллеги! Во всяком случае, насколько я знаю.
Дима Зильперт: Мы и правда дружим и много сотрудничаем, записываемся друг у друга на пластинках, вместе выступаем. Если бы еще не эти порой жуткие пересечения в гастрольных графиках, то вообще было бы все супер.
— Что хорошего и что плохого произошло в российской поп-музыке за последний год? Альбом, артист, медиаканал, событие, которые вы обсуждали внутри группы?
Тина: Скажу честно, я не в сильном восторге от того, что происходит в плане музыки в России. Особенно в медийных сферах, у нас нет интересной музыки, которую бы слушали люди по всей стране. Она есть, но о ней почти никто не знает, как мне кажется. Когда послушаешь хит-парады страны, становится неловко, страшно и не по себе!
Дима Зильперт: Мне кажется, ничего глобального не произошло. Приятно, что этим летом стало больше фестивалей в Москве, такого изобилия интересных концертов я не припомню. Вообще стараюсь ходить на все фестивали, слушать новые группы, следить за новыми релизами наших российских коллег. Но мне иногда кажется, что драйва, эпатажа, напора, модного звука и «лука» много, а музыка при этом какая-то не очень интересная. За последний год мне очень понравились выступления и записи On-The-Go, Glintshake показались весьма убедительными вживую, очень понравилась песня Наади — «Пираты», Синекдоха Монток буквально поразил некоторыми стихами, а еще Яна Блиндер здорово поет. А вообще не так много впечатлений, к сожалению, но, видимо, я просто пытаюсь найти что-то там, где это не нужно искать.
— Как будет выглядеть концерт Tinavie через пять лет?
Тина: Я мечтаю делать большие концерты. С хорошим большим звуком. На большой красивой сцене. Возможно, с сидячим залом. С красивым светом и видеоинсталляциями. С грамотной организацией, вижу все «по-взрослому».
Дима Зильперт: Мне сегодня в поезде по дороге в Питер приснился сон, что Тина пела с Трики — они такие выходят на сцену, и он говорит: «Ladies and gentlemen, please welcome Tina». Вот я хочу, чтобы через пять лет мы радовались таким выступлениям, но чтобы они уже нас не удивляли.
Презентация сингла Tinavie состоится 6 сентября в Санкт-Петербурге в клубе «Море» и 7 сентября в Москве в клубе Gogol'.