Арабист Елена Супонина – об Асаде и контроле

Предложение России об организации системы международного контроля над запасами химического оружия в Сирии дало возможность вернуть кризисную ситуацию в дипломатическое русло. Тем не менее – война в Сирии не оканчивается, непонятно, как именно, что именно и с каким результатом способны контролировать эксперты ООН. Этот комплекс вопросов РC обсуждает с московским экспертом по арабскому Востоку Еленой Супониной.

– Информация о химическом оружии в Сирии строго засекречена, подробностей в открытом доступе нет ни у кого. Еще до крушения Советского Союза в Сирии началось производство химического оружия. За этим следили специальные подразделения сирийской армии, причем другие, даже высокопоставленные офицеры армии Сирии не имели доступа к этой секретной информации. В западной прессе появлялись сообщения о том, что некие советские специалисты приложили руку к созданию химического оружия в Сирии, но это маловероятно, поскольку Москва всегда опасалась малоконтролируемого распространения химического оружия. Можно допустить, что сирийские специалисты наладили производство этого оружия самостоятельно. Это неудивительно – ведь в соседнем Израиле тоже есть собственное производство химического оружия. Другое дело, что некоторые химики, другие специалисты, сирийцы по происхождению, могли получить соответствующее образование в Советском Союзе.

– Как вы считаете, Башар Асад способен на честное сотрудничество с экспертами, которые приедут проверять ситуацию с химическим оружием?

– Президент Сирии сейчас находится в очень тяжелой ситуации. Несмотря на отдельные победы правительственной армии, президент Асад готов идти на уступки, в том числе и из-за огромного международного давления. Скажу честно, меня вообще удивило согласие Сирии поставить свое химическое оружие под контроль ООН. Дело в том, что это, как ни крути, затрагивает суверенитет Сирии. В других странах, когда идет речь об уничтожении химического оружия, этим занимаются национальные власти. В Ливии, например, есть химическое оружие, и новые власти этой страны сейчас самостоятельно заключают договоренности с рядом западных государств о процедуре уничтожения химического оружия, но никак не передают свои склады под контроль международного сообщества.

Если химическое оружие применили все-таки власти Сирии (Россия, как вы знаете, в этом сомневается), то с большой долей уверенности можно говорить о том, что в любом случае не президент Башар Асад давал преступный приказ. В Сирии сейчас ситуация, близкая к хаосу. Нет единого руководства у оппозиции, но и на стороне правительства воюют группировки, которые не всегда подчиняются центральному командованию. Среди высших офицеров Сирии есть люди, которые не всегда подчиняются президенту. Например, брат Асада Махер, который отличается жестокостью и волюнтаризмом в принятии решений, зачастую действует, невзирая на позицию президента. Речь же не только о том, чтобы передать склады химического оружия в Сирии под международный контроль, но и о том, чтобы наказать виновных в применении химического оружия. Такие случаи имели место предположительно весной этого года, ну, и самый серьезный и самый известный – 21 августа. Все – и США, и Россия, и многие другие страны – считают, что надо провести расследование и наказать виновных. Вопрос, будет ли Башар Асад готов к тому, чтобы передать виновных международному суду, если удастся доказать, что кто-то из окружения президента отдал такой преступный приказ?

– Возможна ли в такой ситуации организация эффективного контроля за складами с химическим оружием со стороны международных экспертов?

– Несмотря на глубокую нестабильность в Сирии, это возможно. Более того – это необходимо. Все-таки пока международное сообщество может установить контроль над запасами химического оружия в Сирии, и сделать это еще не поздно. Это будет чрезвычайно трудно, потому что, как вы видите, уже не исключается, что такое оружие может попасть "не в те руки". Для этого нужна специальная информация, но она наверняка есть и у западных государств, и у России. К тому же, если правительство Сирии пойдет на сотрудничество, то наладить контроль вполне возможно. Но надо помнить: в Сирии идет гражданская война, и международные инспекторы, которые уже пытались заниматься расследованием случаев применения химического оружия, неоднократно попадали под обстрелы. В такой обстановке работать будет чрезвычайно сложно.

– Россия отказывается признать достоверность информации, в которую верят правительства США и Франции (о том, что химическое оружие применили сторонники Башара Асада). США, Франция и другие страны западного мира отказываются верить доказательствам российской стороны, которая утверждает, что оружие химическое мог применить кто угодно. Узнаем ли мы вообще в конце концов, кто применил это оружие, и поверим ли мы в ту информацию, которую получим?

– Химическое оружие в Сирии – тайна за семью печатями. Так было даже в более спокойные времена. Я общалась со многими высокопоставленными руководителями Сирии, в том числе с теми, кто уже перешел на сторону оппозиции, а потому могу говорить более откровенно. Ну, например, это уровень людей, как бывший вице-президент Сирии, сын министра обороны Сирии. Обоим я задавала вопрос о химическом оружии, и они, не лукавя, отвечали: даже при их влиянии им не было известно о том, где находится такое оружие. Тем не менее, есть узкий круг лиц в Сирии, которым эта информация доступна. Международное сообщество, если объединит свои усилия, может добиться правды.

Фрагмент итогового выпуска программы "Время Свободы"

Андрей Шарый

И.О. Регионального директора Радио Свободная Европа/Радио Свобода по русскоязычному контенту

Андрей Шарый в FaceBook
sharya@rferl.org