Original Material
Свобода слова. Дорого
Свободные люди поддерживают свободную прессу
Друзья!
Если вы читаете эту колонку, значит, для вас, как и для нас, тех, кто делает этот журнал, свобода слова — ценность, с которой ни вы, ни мы не готовы расстаться.
На протяжении шести лет журнал выходил благодаря Ирене Стефановне и Дмитрию Анатольевичу Лесневским. У нас не было цензуры: ни внешней, ни внутренней, у нас не было ни одной заказной статьи, у нас заметки никогда не снимались из номера по политическим соображениям — даже когда интуиция мудрой Лесневской подсказывала, что будут большие проблемы, как было с «Черной кассой Кремля». Ирене Стефановне нельзя было позвонить и потребовать уволить журналиста: звонивший тут же отправлялся по известному адресу.
Но все когда-то кончается.
С 2014 года наш с вами журнал входит в новый этап своей истории. А именно: у журнала больше не будет владельцев, его нельзя будет продать или передать по наследству. Единственными владельцами журнала будете вы, его подписчики и читатели (подробнее - ЧаВо). И в этом — уникальность The New Times: он станет первым общественным журналом в стране.
Все очень просто: вы читаете — мы пишем. Вас нет — нет и нас.
А миссией журнала будет — собственно, как это было и в предыдущие годы, — информировать вас о том, что происходит в стране, в мире, в обществе, во властных структурах, давать качественный анализ, рассказывать о проблемах, о которых другие предпочитают молчать. Культурный дискурс, болевые точки истории, наука как альтернатива мракобесию, книги, которые помогают понять себя и мир, — все это останется в поле нашего внимания и вашего, надеюсь, интереса. И так же, как и раньше, базовыми принципами The New Times будут честность, независимость, неподкупность.
Мы — работаем для вас. Вы — финансируете наши расследования, репортажи, командировки в горячие точки страны и мира.
Поэтому для нас так важно, чтобы вы подписались на The New Times.
Здесь — — варианты подписок, выберите, что вам подходит больше.
Искренне —
Евгения Альбац,
главный редактор The New Times
«Я стал одним из владельцев журнала The New Times»
Свободные люди поддерживают свободную прессу*
| *Цитаты из постов в Живом журнале, Facebook, echo.msk.ru |
Татьяна Лазарева, телеведущая
Френд ты мне или не френд? Брат ты мне или не брат? А вот сейчас и проверим /…/
Есть такой журнал — The New Times. Честно скажу — это давно мой свет в окошке. Как начала его читать, так и удивилась: ни фига себе, а говорят, нет у нас свободы слова! Но с тех пор прошли годы, а журнал так и остался в одиночестве. И я его покупала всегда и читала от корки до корки, там много всего разного — и спорного, но ведь оно для того и нужно! Теперь у меня есть подписка, и я счастлива — его не так-то просто в Москве было найти.
Но в этом году от него наконец-то (я все думала — когда?) отказались инвесторы. И это есть наш последний и решительный шанс сказать, что нам свобода слова а) нужна, б) мы ее не боимся и в) мы за нее тоже ответственны.
Никита Белых, губернатор Кировской области
Сейчас оформляю подписку на следующий год/…/ The New Times: здесь можно встретить самые разные материалы — от интервью с пресс-секретарем президента до острой критики действующей власти. Конечно, я соглашаюсь далеко не со всеми материалами и часто спорю с главным редактором журнала. Но мне крайне интересно их стремление обеспечить выход издания за счет подписчиков. И таким образом сделать независимое общественно-политическое СМИ, успех которого зависел бы только от популярности у аудитории.
Григорий Чхартишвили (Борис Акунин), писатель
Никогда не был подписчиком этого журнала, а теперь подпишусь. Такие сейчас времена: все хорошие и необходимые для нормальной жизни вещи (например, независимые СМИ), кроме нас с вами, спонсировать некому. Давайте скинемся.
Алексей Навальный, политик
/…/ Нужна модель нового сосуществования изданий, которые готовы делать качественную журналистику (в том числе расследовательскую) и аудитории, которая заинтересована в такой журналистике. Видимо, секрет такого сосуществования выражается в утверждении, шокирующем своей новизной: за информацию надо платить. В России уже было сделано много достаточно любопытных, полезных и правильных экспериментов по переходу на обязательную или добровольную подписку. Но самый потрясающий эксперимент делает The New Times.
Они не просто отвечают нам на вопрос: как вы будете финансировать расследовательскую журналистику?
Они решили ответить на очень актуальный для России вопрос: а как вы нам гарантируете независимость в будущем? Вдруг мы просто финансируем чей-то бизнес, а завтра придет новый хозяин?
Штука в том, что нет сейчас человека, который может сказать: мне принадлежит The New Times.
Я сам видел документы и могу удостоверить: торговая марка The New Times, архив издания и все остальное, что составляет главную ценность СМИ, передается сейчас специально созданному некоммерческому фонду.
Политика некоммерческого фонда определяется попечительским советом. Туда сейчас входят Борис Зимин, Екатерина Журавская, Тимоти Колтон (профессор Гарвардского университета), Ирена Лесневская и, наверное, войдут другие такие же люди, которые, лично для меня, полностью снимают вопросы о том, не попросит ли главреда издания кто-то что-то написать (или не написать).
Это важная штука. Таким образом, The New Times превращается в каком-то смысле в общественное достояние — журнал, который принадлежит всем и не принадлежит никому.
На сайте The New Times читают 360 тыс. уникальных пользователей в месяц. Если (с учетом непересекающейся онлайн- и офлайн-аудитории) 10% от этого числа оформят подписку, то журнал будет жить и писать то, что ему хочется, нам на радость.
Мне кажется, это реалистичная цель и имеет смысл помочь журналу ее достичь.
Константин Ривкин, адвокат
Дорогие коллеги адвокаты! Журналу The New Times, одному из редких изданий, где в каждом номере вы можете найти статьи о судебной системе, о том, с чем мы с вами каждый день сталкиваемся в судебных заседаниях, где нарушается состязательность процесса, о российском ГУЛАГе, куда отправляют наших подзащитных, сегодня очень нужна ваша помощь. Для того чтобы выжить, журналу нужны подписчики.
Ольга Романова, «Русь сидящая»
Я подписалась на журнал The New Times, потому что это важно. Это просто, это недорого, это полезно. А еще я насильно подписываю на этот журнал разных фсиновских начальников. Они могут его выбросить — но вряд ли. Жаба задушит. А потом, может, и с мозгами что-то произойдет.
Борис Немцов, политик
The New Times занялся крайне рискованным делом. Он хочет стать первым в России общественным журналом. Журналом, судьба которого всецело зависит от читателей, а не хозяев. Надо найти тысячи неравнодушных людей, готовых поверить и вложиться в дело. Это ой как не просто.
Рустем Адагамов (drugoi), блогер
Наберет журнал 20 тыс. подписчиков — будет жить, не наберет — мы лишимся еще одного бойца на фронте борьбы за свободу слова.
В борьбе за свободу слова издателям и журналистам в России приходится расплачиваться собственным карманом, платить своими поломанными жизнями, репутациями, здоровьем. И у них есть только одна защита и опора — их читатели.
Андрей Мальгин, литературный критик
/…/ Мы обсуждали (с читателями Живого журнала. — The New Times) случай, когда М.С. Горбачев рекламировал Louis Vuitton. Это было в сентябре 2007 года: на сумочке у Горбачева лежит журнальчик, на обложке которого написано про убийство Литвиненко. Это был The New Times (№ 16 от 28 мая 2007 г.). /…/ У них сейчас подписная кампания, от которой зависит, выживут они или нет. Хотелось бы, чтобы выжили.
Филипп Дзядко, журналист
Я стал одним из владельцев журнала The New Times.
И одновременно его 849-м подписчиком.
Это заняло 3 минуты 24 секунды (минута ушла на поиск нашего индекса).
Я всегда себе представлял такую картину: встаешь утром, спускаешься в тапочках к почтовому ящику, вынимаешь пару писем из Австралии и Намибии, две-три открытки из Тбилиси, Барселоны и Нью-Йорка, газету La Vanguardia примерно 1931 года и журнал.
Открытки мне отправляет только Перушев, с письмами из Намибии последнее время совсем беда, но журнал теперь будет приходить каждую неделю. И раз у нас есть только один интересный еженедельный общественно-политический журнал, в каждом номере которого я читаю как минимум 80–85% материалов, я стану его владельцем. Вернее, 849-м подписчиком.
Смущает меня только одно: чтобы такой журнал существовал долго, на свете должно жить еще 19 тыс. человек, готовых заплатить за возможность спускаться к почтовому ящику за крутым чтением о текущих событиях каждую неделю.
Впрочем, сознание того, что кроме меня на этот журнал подписались Маша Алехина и Михаил Ходорковский — то есть у нас с ними теперь 1) общая собственность, 2) еженедельное общее чтение, — убеждает меня в том, что где-то рядом и 19 тыс. других союзников.
Я заплатил пока за полгода — это около девяти бутылок водки или одна десятая билета до Намибии. Впрочем, на сайте журнала ответ на вопрос, что это за деньги, еще более лаконичен.
До встречи у почтового ящика.
Я знаю, что бумага уходит, убегает, исчезает, как человек-невидимка, и процесс этот необратим. Онлайн издания вытесняют печатные журналы. Для поколения наших детей ридер – удобнее, дружелюбнее книги. Так же я не сомневаюсь в вашей щедрости и в способности поддержать хороший проект исключительно из чувства солидарности с его авторами. И я должен сказать вот что: не глупите, господа, позвольте своему воображению забежать на десять-пятнадцать лет вперед. Мы опять будем жить в другой стране. Это неизбежно. И журнал «The New Times» будет библиографической редкостью, мечтой коллекционера. Его изобретательные обложки или даже целые номера будут сиять под стеклом в лучших домах Москвы и Петербурга. Их будут дарить, как раритет, на дни рождения и на свадьбы. Ваши внуки будут восхищаться вашей прозорливостью.
Потому что в наше мутное время, время поджатых хвостов и дрожащих колен – это единственный политический популярный журнал с честной позицией. «The New Times» - это журнал-рыцарь. Он может ошибаться, но предательство идеалов, проституирование для него немыслимо. Это гордое одиночество, стояние в чистом поле - совершенно уникально, ведь журнал выходит не в уютной и безопасной эмиграции, а прямо здесь, в Москве, в центре циклона. И он - не подпольное диссидентское издание. Редакция и авторы ведут себя как свободные люди в несвободной стране. Таких эпизодов очень мало в истории.
ЧаВО*
*Часто задаваемые Вопросы и Ответы
Чем подписка выгоднее покупки журнала в киоске?
Во-первых, киосков становится все меньше, они берут за распространение все больше и попасть в них журналу все труднее. Цена журнала в киосках Москвы — от 100 до 115 руб., на колонках БиПи — 147 руб., в аэропортах — 169 и выше. При этом наша отпускная цена — 50 рублей. Таким образом, покупая подписку, вы экономите: за 44 номера в год — 4200 руб., или 95,4 руб. за номер, плюс доступ к статьям на сайте в день выхода номера.
Из чего складывается подписная цена одного номера?
Ответ: 50% — «Почта России», 28% — налоги, 21% — типография и бумага, 1% остается на аренду и оплату труда сотрудников журнала. В штате редакции, включая технических сотрудников, — 23 человека.
Почему не отказаться от бумажного носителя и не сделать интернет-журнал?
Во-первых, экономика журнала не позволяет: мы зарабатываем на продажах. Во-вторых, аудитории сайта www.newtimes.ru (360 тыс. индивидуальных пользователей в месяц) и бумажного журнала, как показывают исследования, мало пересекаются. В-третьих, все качественные газеты и журналы, развивая электронные версии, продолжают выходить и на бумаге: это позволяет складывать аудитории и увеличивать охват.
Почему журнал The New Times не может быть прибыльным?
Две наши главные проблемы — это монополия средств доставки и распространения прессы и политическое давление на потенциальных рекламодателей. Крупный бизнес зависит от власти и боится давать рекламу в наш журнал. Впрочем, качественные издания, специализирующиеся на политической журналистике и журналистике расследования, убыточны практически везде в мире.
Как это: принадлежать журнал будет гражданскому обществу?
Капитал журнала — его товарный знак и архив — будут переданы в некоммерческую организацию: сейчас идет оформление документов. Таким образом, журнал нельзя будет продать, или передать по наследству, или выгнать журналистов и нанять тех, кто будет писать не о политике, а о цветочках и ягодках. С формальной точки зрения журнал будет работать по принципу публичной кампании, только в данном случае роль акций будет играть подписка.
Как подписчики смогут контролировать редакцию журнала?
Согласно Закону о СМИ, владельцы не имеют права вмешиваться в редакционную политику: это исключительная прерогатива главного редактора и журналистов. Если подписчиков не будет устраивать журнал, они перестанут за него платить.
Что значит, что у журнала не будет владельца?
Это значит, что не будет конкретного человека или группы людей, которые будут ждать от журнала коммерческой прибыли, а в случае если прибыли не будет, смогут продать журнал или изменить его миссию.
Кто будет следить за тем, чтобы The New Times исполнял свою миссию — быть журналом гражданского общества, честно и непредвзято писать о событиях в стране и мире?
Сейчас создается Наблюдательный совет, в который уже согласились войти глава попечительского совет Фонда некоммерческих программ «Династия» Борис Зимин, основатель журнала Ирена Лесневская, профессор Гарвардского университета Тимоти Колтон, профессор РЭШ и Парижской экономической школы Екатерина Журавская. Ведутся переговоры еще с целым рядом не менее достойных людей.
Почему тогда честно не сказать, что The New Times проводит краудфандинг?
Мы и не скрываем, честно говорим: «Нет вас — нет и нас. Чтобы выжить, журналу надо собрать 20 тыс. подписок». Но есть и отличие: краудфандинг — это пожертвование на доверии, подписка — это контракт (мы обязуемся доставлять вам журнал в течение года).
А что будет, если The New Times не сумеет собрать такие деньги?
Мы абсолютно убеждены, что сумеем. Материалы журнала на сайте ежемесячно читают 360 тыс. уникальных пользователей. Если 10% купят подписку — мы живем. А кроме того, многие друзья журнала не только покупают подписки для себя, своих родственников и друзей, но и переводят пожертвования в Фонд поддержки свободы прессы, который помогает журналу.
Можно ли помочь журналу, не покупая подписки?
Можно. Вот здесь www.newtimes.ru/foundation. Спасибо.
Будет ли закрыт доступ к сайту www.newtimes.ru?
Доступ к сайту будет открыт, сайт, как и сейчас, будет регулярно обновляться материалами о главных событиях дня.
Смогут ли читать статьи журнала те, кто не оформил подписку?
Материалы журнала для подписчиков будут открыты в понедельник, а срочные — уже в воскресенье вечером. Те, кто не подписался, смогут читать материалы в конце недели — в пятницу и выходные.
Как быть пенсионерам, которые привыкли читать журнал, но не могут позволить себе подписку?
Для пенсионеров, студентов и школьных библиотек скидка 50% от цены журнала. Новый номер также можно купить по отпускной цене (50 руб.) каждый понедельник и вторник с 11.00 до 15.00 в киоске по адресу: Москва, Тверской бульвар, 14/1. Спасибо спонсорам: заключенных в зонах и тюрьмах, а также тех, у кого совсем плохо с деньгами, мы подписываем на деньги жертвователей.
Получат ли доступ к материалам журнала на сайте те, кто подписался на PDF-версию?
Да, получат.
Что это за «Клуб The New Times» вы придумали?
Во-первых, всем хочется иметь друзей: мы и так живем в очень разорванном мире. Во-вторых, нам нужна обратная связь и критика, которую мы надеемся еженедельно получать в закрытой ветке в твиттере. В-третьих, у нас в журнале часто бывают интересные дискуссии, специальные события и мероприятия, на которые мы будем рады пригласить наших друзей. В-четвертых, вы сами нам присылаете много новых идей о том, что можно делать вместе, — мы будем рады их обсудить.