Молчание Ходорковского

Михаил Ходорковский появился на публике — накануне состоялась первая пресс-конференция опального бизнесмена после его внезапного освобождения после десятилетнего заключения. До этого он еще успел дать большое интервью главному редактору журнала The New Times Евгении Альбац.

Если кто-то ждал ошеломительных разоблачений от бывшего главы ЮКОСа, бывшего владельца «заводов, газет, пароходов», одного из богатейших людей страны, то его ждало разочарование. Ибо публике предстал довольно аккуратный, взвешивающий каждое слово человек. Никаких обвинений в адрес действующей власти, Владимира Путина, Игоря Сечина и прочих путинских людей. А буквально пять лет назад он говорил совсем по-другому. «Сечин организовал первое дело против меня из алчности, а второе — из трусости. Как именно ему удалось убедить своего босса, я не знаю. Может быть, Путин на самом деле думал, что я замышляю какой-то политический переворот, что смешно, поскольку в то время я открыто поддерживал две оппозиционные партии, которые в лучшем случае могли получить 15% на парламентских выборах. Что более вероятно, им не нужна был какая-то причина — просто предлог для атаки на ЮКОС, самую успешную нефтяную компанию России», - заявлял он в интервью Sunday Times.

«Путин вышибает авторитеты своей части спектра», - это едва ли не самое жесткое заявление Михаила Ходорковского в интервью Альбац. А на прямой вопрос о том, сколько Путин будет у власти, он лишь ответил, что закон позволяет Путину находиться у власти еще 10 лет. «Уважаемые господа, у меня нет достоверного ответа на этот вопрос. Я не знаю всех фактов. Тот факт, с которым любой из вас может ознакомиться (он публичный факт), – это то, что 19 февраля 2003 года состоялось совещание у президента Путина, где произошел достаточно жесткий разговор (оно записывалось телекомпаниями и до сих пор доступно в интернете), через две недели после этого совещания в отношении сотрудников компании ЮКОС было возбуждено первое уголовное дело. Вот тот факт, который я знаю. Все остальное – для меня это домыслы», - вот так он прокомментировал свою посадку.

«Я отдавал себе отчет, занимаясь крупным бизнесом, что занимаюсь жесткими играми. По отношению ко мне жестокость была расширена. Но в то же время должен отметить, что мою семью эта ситуация не коснулась. И это позволило мне не воспринимать это противостояние слишком эмоционально. Я отставил эти взаимоотношения в рамках прагматики», - вот и все, что он сказал про отношение к Путину. И даже болезнь и смерть его не смущает, отметив лишь, что знает виновных, но не будет их называть публично, не имея достаточных доказательств.

Ну и заявление, что «войны не заканчиваются пока хоть один солдат не вернулся домой» - это Ходорковский о Пичугине, экс-главе безопасников ЮКОСа. «Для меня было бы самонадеянным говорить опытным западным политикам, как вести себя со столь непростым человеком, которым является президент моей страны. Я надеюсь, политики западных стран, общаясь с Путиным будут помнить, что я не последний политзаключенный в России», - это Ходорковский на пресс-конференции.

А еще он выступил за территориальную целостность России и против отделения Северного Кавказа, поскольку «через два шага» это приведет к «миллионам жертв». И он готов лично идти на кавказскую войну. «Это наша земля, мы ее завоевали», - отметил Ходорковский, де-факто поддержав путинскую кавказскую политику.

Заявил он и о том, что политикой и бизнесом заниматься не намерен. «Я запрещал себе думать о том, чем буду заниматься на свободе. Мне было нужно сохранить психологическую стабильность. Вопрос бизнеса для меня закрыт, мне не хочется тратить на это время. Вопрос политики тоже не стоит — мне не хочется занимать совсем откровенную позицию по многим вопросам. Я добился права не говорить то, что я не думаю. Это дорогого стоит», - заявил Ходорковский. Зато он пообещал прилагать усилия, чтобы в России не осталось политических заключенных. «Борьба за власть — это не мое, а уж дальше решать не мне».

Именно на этом - не планирует заниматься политикой - и сделали акцент российские телепропагандисты. Проигнорировать пресс-конференцию Ходорковского не смогли даже они, но описали все по-своему. «Перед началом пресс-конференции в Checkpoint Charlie журналисты почему-то чуть не передрались, а потом увидели не изможденного узника, а находящегося в прекрасной форме и одетого с иголочки Михаила Ходорковского, который поведал, что семье за все это время угроз не поступало, денег на жизнь хватает, что ни бизнесом, ни политикой он заниматься не планирует», - витийствовал в эфире «Вестей недели» Дмитрий Киселев.

Понятно, почему он почти что промолчал — он и сам это объяснял на пресс-конференции. Просто сидящие или потенциальные сидельцы по делам, связанным с ЮКОСом, заставляют его молчать об очень многом. Он даже не сказал, вернется ли он в Россию — ограничился фразами о том, что не уверен, что в случае возвращения сможет вновь выехать из страны.

Тюрьма меняет человеке — он может выйти надломленным и испуганным. С Михаилом Ходорковским так не случилось, но ведет он себя очень осторожно. Также примерно вел себя Эдуард Лимонов после выхода из тюрьмы: вроде бы все тот же несгибаемый человек, но явно не желающий возвращаться в узилище.

Так что пока не будет громких разоблачений от Ходорковского, по крайне мере пока. Не будет мести, по меньшей мере не теперь. Не будет политической деятельности, точно не будет в ближайшее время. Он пока еще думает. Как надумает, надо полагать, мы узнаем.