Приговор ученым — штраф

22 ноября 2013 года в Тверском суде состоялись слушания по делам докт. геол.-минер. наук Бронислава Гонгальского и канд. биолог. наук Александра Осипова, задержанных 25 сентября во время «прогулки ученых» у Совета Федерации. Напомним, что в тот день у здания верхней палаты парламента ученые протестовали против принятия законопроекта о реформе Академии наук. После задержания Б. Гонгальского и А. Осипова обвинили в нарушении статьи 20.2 КоАП РФ («Организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления») [1].

Показания — сначала на Бронислава Гонгальского, затем на Александра Осипова — давал полицейский Андрей Кухначев, который их и задерживал. Где происходила акция, свидетель помнил не очень твердо, так что обвиняемые ему подсказывали — к неудовольствию судьи Татьяны Неверовой. В остальном смысл его показаний сводился к следующему. Была акция протеста, довольно большая: несколько сот человек. Люди вели себя неагрессивно, давали интервью и угрозы собою не представляли. «Данные граждане» (имелись в виду обвиняемые) пришли на акцию с плакатами и встали так, что расстояние между ними было меньше 50 метров. Разрешения на проведение пикета у них не было, так что их пришлось задержать.

Показания свидетелей защиты довольно мало отличались от обвинительских — разве что память у них была получше. Это, впрочем, довольно традиционно для российских судов. Однако дьявол, как и всегда, в деталях: Гонгальский и Осипов стояли спиной друг к другу и никак не могли друг друга видеть.

Плакат Гонгальского представлял собою папку с файлами и висел у него на груди, тогда как оси-повский крепился к деревянному шесту и возвышался у него над головой. Различались и тексты на плакатах. У Гонгальского: «Представители регионов, как вы будете выходить из кризиса без науки? Голодовка 9-й день. 9,2 кг жертвую во благо Российской науки» (в знак протеста против нового закона о РАН Бронислав Гонгальский объявлял бессрочную голодовку, которую прекратил после подписания закона Путиным).

А у Осипова текст был таким: «Нефтяные глисты, воры в законе, гробят Академию, пока мы бездействуем». Различались и адресаты: послание Гонгальского предназначалось представителям власти, тогда как Осипов подчеркнул, что обращается к обществу, призывая его не оставаться пассивным и равнодушным; с государством же, по его мнению, разговаривать бесполезно.

Аргументация защиты строилась на том, что ученые действовали независимо друг от друга и проводили не несанкционированную акцию, а два одиночных пикета, которые не требуют согласований и уведомлений. Судья Неверова предпочла счесть эти обстоятельства «противоречащими материалам дела», то есть показаниям полицейского, а также протоколам задержаний. Однако она переквалифицировала обвинение, «понизив» ученых с организаторов несогласованной акции до обыкновенных участников, и наказание назначила минимальное, а именно штраф в 10 тыс. руб. Гонгальский и Осипов с приговором не согласны, оба собираются обжаловать его в Мосгорсуде.

Анна Родионова

1. Отмечу, что дело получило довольно большой резонанс благодаря публичной поддержке обвиняемых ученых их коллегами, научными журналистами и просто неравнодушными людьми (назову, например, П. Аркадьева, С. Бурлак, М. Гельфанда, Н. Демину, К. Еськова, Т. Краснову, Н. Мавлевич, А. Макарова, А. Маркова, И. Щурова).