Один за всех!

Криками «Позор!» встретили приговор петербургскому студенту Денису Левкину его сторонники. 21-летний парень оказался единственным, кого суд наказал за участие в массовом захвате здания старинного пакгауза в Петербурге

Криками «Позор!» встретили приговор петербургскому студенту Денису Левкину его сторонники. 21-летний парень оказался единственным, кого суд наказал за участие в массовом захвате здания старинного пакгауза на бывшем Варшавском вокзале в Петербурге в феврале 2013 года

Криками «Позор!» встретили приговор петербургскому студенту Денису Левкину его сторонники. 21-летний парень оказался единственным, кого суд наказал за участие в массовом захвате здания старинного пакгауза на бывшем Варшавском вокзале в Петербурге в феврале 2013 года.

Судья Ленинского районного суда Петербурга Ирина Эйжвертина приговорила Дениса Левкина к 4 годам колонии по ч. 2 ст. 318 УК РФ «Применение насилия в отношении представителя власти». Защита студента настаивала на том, что молодого человека осудили на основании ложных показаний полицейских, указавших не на того человека, который реально мог на них напасть. Обвинение указывало, что Левкин умышленно причинил полицейским телесные повреждения. Адвокат осужденного и его мать, выступая на суде, называли имя человека, который, скорее всего, и ударил стражей порядка металлическим прутом. Результаты независимой экспертизы тоже подтвердили, что на фото и видео отчетливо виден человек с прутом в руках, одетый совершенно иначе, чем Левкин. Но суд ничего не учел, однозначно приняв сторону обвинения.

Дело о захвате группой радикально настроенной молодежи пустовавшего исторического здания пакгауза №2 на бывшем Варшавском вокзале родилось в Петербурге почти год назад. В конце декабря 2012 года, накануне новогодних праздников, группа левых активистов и анархистов организовала в пакгаузе «сквот». Однако захватить здание радикальные градозащитники решили после того, как стало известно, что владелец здания — ООО «Адамант» — собирается его снести. Тогда молодежь самовольно вселилась в пустой пакгауз, новость об этом быстро распространилась через соцсети и там стали собираться сторонники неформальной культуры. Они устроили в пустом пакгаузе что-то вроде культурного центра — с градозищитными выставками, концертами, дискуссиями. Те проходили, как правило, с употреблением спиртного. Здание не отапливалось, но это не смущало «сквоттеров» — они протянули к нему электрический кабель от соседних помещений и включали обогреватели. Периодически из-за ворованного электричества и шумных посиделок у анархистов возникали стычки с чоповцами, хотя, в принципе, почти полтора месяца «ребята жили дружно».

Но 4 февраля терпение собственников здания иссякло, они вызвали полицию. Анархисты забаррикадировали двери, отказались выходить, а примкнувшие к ним друзья и знакомые пытались защитить их снаружи — молодые люди, держась за руки, стоя или сидя на земле, создавали живой заслон на подступах к дверям и окнам. Полицейские растаскивали их, по ходу стычки двое из них получили удары по голове и в лицо железными прутьями — у одного полицейского зафиксирована черепно-мозговая травма, у другого выбиты зубы. Вызванные на место события омоновцы завершили операцию — почти два десятка защитников пакгауза были задержаны, и среди них Денис Левкин. Но вскоре всех освободили, кроме Дениса.

Как рассказал на суде сам Левкин, он случайно оказался втянутым в эти события: на вечер 4 февраля у него было назначено свидание с девушкой, а днем он встретил на улице своего приятеля Даниила, который рассказал, что происходит в пакгаузе. Денис пошел посмотреть — время до вечера у него было свободным. Пришел, посмотрел, сходил за шампанским — шампанское распивал с новыми знакомыми в помещении пакгауза. Подъехали полицейские машины: молодые люди решили не выходить и закрыли двери и окна. Полиция выломала решетки и двери и вытащила тех, кто оборонял здание изнутри.

По словам Левкина, когда задержанные уже сидели в полицейских машинах, его руки внимательно осматривал Григорий Клебанов, бывший тогда начальником полиции Адмиралтейского района (сейчас — заместитель начальника регионального ГУ МВД). После осмотра полковник сказал подчиненным: «Нет, это не он!» А через некоторое время Левкин узнал, что ему предъявляют обвинение в нападении на полицейских. Мама Дениса, Ольга Левкина, рассказала в суде: когда она приехала в 77-е отделение полиции забрать вещи сына, полицейский, передававший вещи, сказал, что ее сына подставили его знакомые.

Левкину предъявили обвинения по ч. 2 ст. 318 УК РФ и поместили под стражу, дело было передано в Ленинский районный суд.

Со стороны обвинения единственными доказательствами вины Левкина стали показания полицейских. Пятеро стражей порядка упорно называли Дениса виновным в нападении, хотя постоянно путались: то говорили, что узнали это имя уже во время следствия, то, что от своих коллег после разгона анархистов. Со стороны защиты главными аргументами были многочисленные видеозаписи и фотографии — вечером 4 февраля возле пакгауза собрались десятки сторонников «сквоттеров» и журналистов, которые зафиксировали все события буквально по секундам. По словам пострадавших полицейских, удары металлическим прутом они получили возле окна с крупной решеткой, сквозь которую один из осажденных и нанес эти удары.

— В тот вечер там были сделаны, наверное, сотни фотографий этого окна, — рассказывает адвокат осужденного Глеб Лаврентьев. — Но ни на одной из них в окне не видно Левкина! У «сквоттеров» были свои лидеры, которые вели переговоры с полицией, и это в принципе не мог быть Денис — он же туда в тот вечер пришел впервые.

На фотографиях, представленных суду, отчетливо виден другой человек: 42-летний Евгений Счетов, по кличке Флор, известный участник нескольких акций стрит-арта, радикальный художник, участвовавший в акциях арт-группы «Война». Счетов находился в захваченном анархистами пакгаузе почти месяц: он охотно давал интервью, фотографировался. На фото, сделанных во время атаки полиции, именно Счетов виден в окне — небритый молодой мужчина в меховой ушанке с металлическим прутом в руках.

Фотограф Максим Змеев (его фотографии в числе других фигурировали на суде как доказательства) запечатлел момент, когда один из пострадавших полицейских получил удар по голове. На фотографии виден страж порядка. Лица бьющего не видно, только рука с палкой — и отчетливо видно изображение крупной белой снежинки на варежке. Именно в таких варежках Евгений Счетов (Флор) запечатлен на других фотографиях и видео. К тому же куртка на человеке с железкой в руках однотонная и темная, с меховой опушкой — такую куртку носил Счетов. А Денис Левкин был в очень заметной яркой куртке в бело-сине-черную крупную клетку.

Защита представила суду результаты независимого исследования Экспертно-консультационного центра «СевЗапЭксперт». Специалисты сделали четкие выводы: «1. Имеется достаточно оснований утверждать, что лицо, наносящее удары полицейскому, на представленных фотодокументах — не Денис Михайлович Левкин. 2. Имеется достаточно оснований утверждать, что лицо, держащее продолговатый предмет, — не Левкин. 3. Имеются основания с большой степенью вероятности полагать, что лицом, наносящим удар полицейскому, держащему продолговатый предмет, является условно названный фигурант №2. Это лицо названо инициатором исследования Евгением Владимировичем Счетовым». Счетов давал показания в ходе следствия: он заявил, что никого не бил, а только брызгал в полицейских газом из баллончика. А когда Счетова дважды вызывали в суд как свидетеля, он туда не явился. В розыск его почему-то не объявили.

В появившемся в соцсетях заявлении «Организации либертарных коммунистов» говорится: «Мы не знаем, кто на самом деле нанес травмы полицейским, а если бы и знали, никогда не стали бы об этом говорить. Не в принципах анархистов сдавать людей ментам, и позор тем, кто это делает». Суд приобщил заявление к материалам дела, но на решении это не отразилось.

— Мой подзащитный оказался меж двух огней — между упорными показаниями полиции и лжетоварищами по акции, — считает адвокат Лаврентьев. — Все обвинение строится только на словах полицейских. На мой взгляд, вина Дениса не доказана — и выводы экспертов, и показания других свидетелей, и здравый смысл и логика оказались бессильны против полиции.

Защита Левкина подаст апелляцию в Городской суд Петербурга.