NAFTA как двигатель сближения

США, Канада и Мексика обсуждают конкурентоспособность своего единого торгового блока

Сегодня в мексиканском городе Толука – очередной саммит трех крупнейших стран Северной Америки. Его повестка включает вопросы торговли, энергетики, иммиграции и безопасности. Кроме того, президенты США и Мексики Барак Обама и Энрике Пенья Ньето, а также премьер-министр Канады Стивен Харпер, как ожидается, сформулируют свое видение будущей роли Северной Америки в мировой экономической системе.

Двадцать лет назад, в январе 1994 года, вступило в силу Соглашение о североамериканской зоне свободной торговли (NAFTA), подписанное США, Канадой и Мексикой в декабре 1992 года. Оно заменило действовавшей ранее подобный двусторонний американо-канадский договор. В середине 90-х понимание грядущих выгод свободной торговли по обе стороны границы между США и Мексикой было куда менее явным, чем сегодня. Тогда американцы опасались, что беспрепятственный торговый обмен будет выгоден лишь мексиканцам. И что, условно говоря, к торговым караванам из Мексики прицепят свои обозы преступные картели. С тех пор многое изменилось.

Пресса в США уделяет не много внимания предстоящему саммиту в Толуке, недооценивая, сколь большое значение имеют для нашей страны вопросы его повестки, – замечает в интервью Радио Свобода аналитик Heritage Foundation Брайан Райли. С одной стороны, по его словам, такое невнимание даже отрадно, так как оно отражает стабильность отношений США как с южным, так и с северным соседями. С другой – оно создает у американцев ложное впечатление, будто этой стабильности ничто не угрожает:

– В условиях глобализации экономики и свободы в выборе торговых партнеров никакие коммерческие связи не следует воспринимать как незыблемые. Неверно думать, что, как бы ни складывались наши отношения с Мексикой, скажем, в вопросах иммиграции, или с Канадой в сфере энергетики, эти страны и впредь останутся и важнейшими рынками сбыта американской продукции, и ключевыми поставщиками ресурсов и товаров, которые США импортируют.

Но являются ли Мексика, США и Канада целостным торгово-экономическим пространством или это союз, порожденный, скорее, банальной географической близостью? Знаете, ответ на этот вопрос фактически вынесен в заголовок нашей новой монографии “География как судьба”, заявил в интервью Радио Свобода руководитель отдела Мексики американского исследовательского Центра имени Вудро Вильсона Дункан Вуд. По его словам, не всегда, безусловно, сопредельные страны мира нуждаются в согласовании экономической политики. Но в Северной Америке все иначе. Ни Мексика, ни Канада не могут абстрагироваться от факта своего соседства с таким индустриальным гигантом, как Соединенные Штаты. И следует признать, что на сегодня в Северной Америке сложилась весьма глубокая экономическая интеграция, продолжает Дункан Вуд:

– Эта интеграция, делающая возможным оптимальное размещение производства и разделение труда, и есть, на мой взгляд, главное конкурентное преимущество нашего региона перед другими торговыми блоками. Например, в автопроме: различные узлы или комплектующие автомобиля, который вы покупаете в США, пересекали границы с Мексикой или Канадой раз 10-12, не меньше. Все большая координация наблюдается и в отраслях высоких технологий – в первую очередь, аэрокосмической.

В прениях, предшествовавших подписанию более 20 лет назад Соглашения о североамериканской зоне свободной торговли, скептики утверждали, что оно лишь ускорит перевод производства из США, где рабочая сила дорогая, в Мексику, где она была тогда сравнительно дешевой. Но в итоге оправдались доводы оптимистов: за два десятилетия действия NAFTA зарубежные инвестиции в США в 10 раз превысили объем таких инвестиций в Мексику. В то же время, как и прогнозировали экономисты, во всех трех странах выросли и занятость в экономике, и доходы населения, и экспорт.

Решения о том, где размещать производство, принимаются исходя не только из стоимости рабочей силы, но и из того, сколь эта рабочая сила производительна и насколько в рассматриваемой стране соблюдаются права собственности.

Соглашение NAFTA стало ответом на формировавшуюся в мире экономическую глобализацию и одновременно – стимулом дальнейшей либерализации, причем не только в сфере экономики. Так, разворот Мексики к свободной торговле, с одной стороны, вынудил ее рационализировать сами принципы регулирования национальной экономики, а с другой, сделал более конкурентной и политическую систему страны.

Кроме того, либерализация торговли смягчает остроту проблемы “незаконной” иммиграции, которая десятилетиями омрачает американо-мексиканские отношения. Канада заключила с Мексикой долгосрочное соглашение, допускающее на временные заработки в Канаду лишь по несколько десятков тысяч мексиканцев.

Соединенным Штатам, как и Канаде, нужны не просто трудовые мигранты, а прежде всего квалифицированные работники, продолжает Дункан Вуд из исследовательского Центра имени Вудро Вильсона:

– Поэтому в последнее годы мы наблюдаем, в контексте NAFTA, совершенно новаторскую координацию в сфере высшего образования – она осуществляется и на межгосударственном уровне, и на уровне университетов и колледжей трех наших стран. Судите сами: Мексика, с населением втрое меньшим, чем в США, выпускает ежегодно больше инженеров, чем Соединенные Штаты, – отчасти как следствие запросов северных соседей. Но это не стало бы возможным без солидных инвестиций в систему высшего образования в Мексике и ее основательного реформирования.

Худо-бедно, но проблема “незаконной” мексиканской эмиграции, как считается, остается под контролем. С одной стороны, администрация США депортировала сотни тысяч нелегалов. С другой, оздоровление экономического климата в самой Мексике, в немалой степени – благодаря свободной торговле, повышает и внутренний спрос на рынке труда. В частности, для модернизации коммунальной и транспортной инфраструктуры, а также для улучшения экологической ситуации в стране. Всего этого настоятельно потребовал сформировавшийся в Мексике и набравший политический вес обширный средний класс. Эмиграция из Мексики в США замедлилась, и это снижает ее приоритетность в качестве темы обсуждений на высшем уровне. Причем – как на открывающемся саммите в Толуке, так и в американском Конгрессе, который отложил на неопределенный срок обсуждение проектов комплексной иммиграционной реформы.

Другая важная для региона проблема – наркотрафик из Мексики в США и Канаду – будет обсуждаться на очередном северо-американском саммите, но каких-то прорывных договоренностей на сей раз не ожидается. В определенной степени остроту проблемы смягчает тот факт, что в нескольких регионах США декриминализован или даже узаконен коммерческий оборот марихуаны, что, по идее, должно несколько затормозить активность мексиканских наркокартелей.

Как показывают исследования, криминальная обстановка в ряде районов Мексики не сказывается ощутимо на притоке зарубежных инвестиций в масштабах всей страны. В целом, как считает Дункан Вуд, профессиональная работа арбитражных судов, четкость правил ведения бизнеса и их соблюдение беспокоит инвесторов больше, чем криминал – по крайней мере, до тех пор, пока этот криминал не пытается подмять под себя власть на местах:

– Конкурентоспособность Северной Америки как торгового блока – вот что стоит на первом месте в повестке дня нынешнего саммита. Отсюда и многие ее вопросы: сможет ли администрация США преодолеть сопротивление экологов строительству трубопровода, связывающего месторождения сланцевой нефти в Канаде с портовыми терминалами на побережье Мексиканского залива? Добьется ли президент-демократ мандата от однопартийцев в Конгрессе на то, чтобы заключать внешнеторговые соглашения, требующие простого согласия законодателей – без права внесения в них поправок? Как упростить и ускорить таможенные процедуры на наших общих границах? Как сделать все три страны – участницы NAFTA крупными энергетическими державами? Как будут регулироваться американские и канадские инвестиции в нефтяной сектор Мексики, который только сейчас, впервые с 1938 года, открывается для иностранного капитала?

Впрочем, Соединенные Штаты, как отмечает аналитик Heritage Foundation Брайан Райли, могут принять и отдельные меры, которые позволят увеличить объемы торговли в Северной Америке. Один лишь пример: поскольку бюджетный дефицит США финансируется отчасти покупателями американских гособлигаций в Канаде и Мексике, то, если Вашингтон добьется сокращения дефицита, инвесторы могли бы переориентировать средства на оплату услуг американских компаний или товаров с этикеткой Made in USA.