«Музыка сильнее порно» Интервью с лидером Aerosmith Стивеном Тайлером

24 мая 2014 года в «Олимпийском» в Москве состоится концерт группы Aerosmith. Группа посетит Россию в рамках мирового турне Global Warming Tour, одной из целей которого является продвижение альбома 2012 года «Music from Another Dimension!». В преддверии концерта «Лента.ру» поговорила с бессменным вокалистом группы Стивеном Тайлером.

Стивен рассказал, что обеспокоен вымиранием китов и глобальным потеплением, однако, по его собственным словам, он все равно верит в светлое будущее человечества. Кроме того, вокалист Aerosmith заявил, что с годами нашел ответы на все вопросы, и признал, что наркотики — неизбежное зло рок-музыканта. По крайней мере таковым они являлись в его время, когда единственным способом заявить о себе была гастрольная деятельность.

«Лента.ру»: Привет, Стивен, как дела?

Стивен Тайлер: Привет! Отлично просто. Сижу у себя дома, у меня тут 11 утра, светит солнце. Мне прямо из окна видно, как океанские волны набегают на пляж (Стивен Тайлер во время интервью находился в своем доме на Гавайях — прим. «Ленты.ру»). Настроение отличное. А у вас там, наверное, снег?

Нет, никакого снега. Мокро и слякоть.

О, даже так? Не зря мы назвали наш тур Global Warming Tour. Глобальное потепление-то наступает. Помню, когда я был маленьким, у нас в Бронксе выпадало по пять футов снега. Пять футов снега на лужайке перед домом, представляешь? Теперь вот годами снега не видим.

Вы верите в антропогенное глобальное потепление?

Конечно. У меня есть глаза, уши, я езжу по миру, вижу, что происходит. Я, знаешь ли, уже не молод и в последнее время держу руку на пульсе науки. Ну и наконец, я просто могу посчитать — миллионы машин выбрасывают миллионы тонн газов. Электростанции, заводы — все это выбрасывает огромное количество углекислого газа. Отсюда и изменение климата.

Стивен Тайлер в Нью-Йорке
Фото: Theo Wargo / AFP

Человек обращается с природой ужасно. В океане, прямо рядом с моим домом, недавно из-за «Фукусимы» повысился уровень радиации в воде. Говорят, что из-за этого может пострадать местная популяция китов. А киты, знаешь ли, играют очень важную роль в биосистеме океана. Да и просто они огромные и красивые. Очень жалко будет, если они начнут погибать.

Но хватит об экологии. Давай поговорим о рок-н-ролле.

Что такого рок-н-ролльного вы делаете прямо сейчас?

Пытаюсь придумать название для нашего нового тура. Пока мне пришло в голову только «Просто *********** [замечательный] тур». Думаю, мы имеем право на такое название — уже ведь сорок лет жжем на сцене. Каждое наше шоу — живое и полно энергии. Мы не придумываем отмаз, что мы стали слишком старыми, — нет. Мы знаем, что на нашем концерте зритель получит кучу эмоций независимо от того, проходит этот концерт в 1974-м или в 2014 году. Это вам кто угодно — хоть мой друг Джонни Депп — подтвердит.

Известно, что вы мультиинструменталист. А, скажем, на балалайке умеете?

Конечно! Во-первых, у меня папа — пианист, преподаватель музыки и сам музыкант. Я с детства сидел за фортепиано, у меня очень развит слух. Поэтому я, в принципе, на любом инструменте могу сыграть — на губной гармошке, дудке или балалайке. Немного, не как профессионал, но могу. Во-вторых, у меня по маминой линии родственники с Украины. И у них была балалайка. Так что я держал ее в руках, играл.

Вы уже больше сорока лет музыку сочиняете. Не надоело?

Нет, не надоело. Это кажется, что нот — семь и из них можно составить мало комбинаций. Ноты связаны с эмоциями, а эмоций и их оттенков у человека бесконечное множество. Поэтому, налепив на каждую ноту эмоцию, мы получаем бесконечное число нот.

Вот, скажем, проснулся ты с утра, у тебя отличное настроение, пошел за пиццей. Тут нота, например, «до» будет звучать весело, оптимистично. Или вот наступил вечер, ты устал или у тебя умер кто-то из близких — сразу по-другому все звучит.

То есть вы сочиняете музыку так: ждете хорошего настроения, а потом садитесь за гитару или фортепиано?

По-разному бывает. Сейчас, скорее, так, но начинал я очень академично. Я знал лады, гаммы, представлял, как строить мелодию, владел нотной грамотой. Поэтому сочинял на бумаге. Но когда я переехал в Бостон, я понял, что больше так не могу. Скажем, ушла от тебя девушка к лучшему другу, ты накатил по этому поводу пару стопок — и раз, вся ситуация представилась тебе в каком-то необычном свете. Вот тогда и надо писать музыку.

Когда Aerosmith только начиналась, мы с Джо Перри и Томом Хамильтоном снимали вместе квартиру. Мы просто садились вечерами и начинали импровизировать. Перри с Хамильтоном играли много и долго, а я из их импровизации выхватывал отличные рифы. Например, играют они, а я в какой-то момент запою (напевает): I'm back in the saddle again. У меня идеальный слух, даже если мы были пьяные или упоротые, я почти никогда не промазывал — всегда попадал в ноты. Так и получались песни. Мне кажется, это правильный способ писать музыку.

Тогда же я познакомился с блюзом. Блюз — это великая музыка, основа основ. Самое главное, что в ней есть вот этот нерв, о котором я говорю. Черные придумали эту музыку, когда их угнетали.

Стивен Тайлер выступает на конкурсе «Мисс Вселенная» в Москве
Фото: Павел Головкин / AP

Как вам кажется, наркотики — это неизбежное зло рок-музыки?

Думаю, да, как это ни грустно. В наше время не было интернета — это сейчас ты можешь записать песню прямо у себя в комнате, выложить ее на YouTube и стать знаменитым. В наше время, чтобы добиться славы, надо было гастролировать. С 1972-го по 1979-й мы почти постоянно были в разъездах. Грубо говоря, мы выступали на каждой концертной площадке в Соединенных, мать их, Штатах Америки по несколько раз.

Мы никогда не смогли бы провернуть такое без наркотиков. Наркотики дают тебе энергию, ощущение, что ты можешь свернуть горы, выплеснуть эту креативную энергию. На самом деле это все ***** [ерунда]. Под наркотиками ты — это не ты. Тебе кажется, что ты в порядке, но это не так. Потому в 1980-е у нас и были сплошные проблемы.

Из современного что-нибудь слушаете?

Мне нравится Pretty Reckless. Прямо настоящий рок-н-ролл, девчонка там отлично поет. Еще я слушаю C2C — они просто ****** [ужас] какие крутые. Их альбом «Tetr4» мне ужасно нравится.

Я в музыкальном плане консервативен, но современная музыка — это очень круто. Движущая сила прогресса. Зачем делают все новые и новые компьютеры? Для молодежи. А ей они зачем? Чтобы смотреть порно и слушать музыку...

В этом случае что сильнее — порно или музыка?

Музыка сильнее порно. Порно — это физиологическое, всегда одинаковое. Посмотрел, подрочил, вытерся салфетками — и все. До следующего раза. Музыка же заставляет тебя каждый раз переживать одну и ту же песню по-новому. Одна и та же песня может и развеселить, и заставить плакать.

Я не говорю уже про то, что музыка — это машина времени. У каждого из нас есть такая песня, слушая которую мы переносимся в прошлое, а быть может, и сразу в детство. Ничего подобного порно и не снилось, серьезно.

Музыка — это самое сильное переживание, какое бывает у человека. Даже если ты уже лежишь в больнице при смерти. Семья вокруг собралась. Уже, может, кто-то из родственников даже заплакал, кто-то произнес «Кажется, уже все». Даже тогда в тебе останется музыка, которую ты услышал когда-то.

Скажите, вам когда-нибудь в интервью задавали вопрос, на который вы не могли ответить?

(Пауза.) Нет, не припомню такого. То есть иногда бывает, что какой-нибудь трехэтажный вопрос задают по полчаса. Начинаешь отвечать — уже начало вопроса забыл. Ну или когда очень быстро говорят, тоже, бывает, пропускаешь смысл.

Но в остальном — могу. Мне кажется, это приходит с возрастом. У меня в жизни было много всякого дерьма — наркотики, алкоголь и прочее, и теперь в голове у меня в том или ином виде есть ответы на все вопросы.

Попробуем. Есть ли бог?

Конечно, есть. Ведь именно вера в бога заставляет человека преодолевать себя. Мы верим во что-то большее, чем мы, и это заставляет нас двигаться вперед. Да и если взглянуть на природную гармонию, просто на закатное солнце, нельзя не поверить в существование чего-то глобального, всеобъемлющего.

Может ли разумный человек, учитывая опыт прошедших веков, питать хоть малейшую надежду на светлое будущее для человечества?

Я думаю, да, может. Мы живем, конечно, в непростое время. Все кругом помешались на деньгах, век жадности. Люди рискуют не своими деньгами, а в результате страдают все. Но не верить в светлое будущее я не могу. Да и, как мне кажется, есть люди, которые прекрасно понимают, что происходит. Я вот преклоняюсь перед Жаком Фреско (американский футурист, по собственному заявлению, социоинженер — прим. «Ленты.ру»). Обязательно найди его лекции в интернете и послушай их. Они реально изменят твое представление о том, что происходит сейчас в мире. Мне кажется, если бы политики мира, те же Путин и Обама, просто послушали Фреско, мир сразу стал бы лучше. И мы были бы гораздо ближе к этому светлому будущему.

Андрей Коняев