Терапия памяти. Электрошоком

Вспоминать о сталинской депортации в Чечне стало опасно для жизни

25 февраля глава Чечни Рамзан Кадыров по местному государственному телеканалу «Вайнах» обрушился с критикой в адрес члена Совета по правам человека при президенте РФ правозащитника Игоря Каляпина. В очередной (по-моему, шестой) раз Кадыров обвинил Каляпина в том, что он «предатель народа» и «защищает бандитов и наркоманов», в том числе чеченского правозащитника Руслана Кутаева

23 февраля Россия должна была, по идее, почтить память жертв сталинской депортации. 70 лет прошло после этого страшного преступления: когда «врагом народа» признавали целые народы.

Однако на 23 февраля выпало гораздо более важное событие — закрытие сочинской Олимпиады. Заранее по Кавказу прошла команда «приглушить» памятные мероприятия, перенести на другой день (что и было сделано, к примеру, в Ингушетии) и категорически не проводить массовые митинги.

В Чечне команду выполнили и даже перевыполнили. Тема депортации для Рамзана Кадырова — проблемная. Уже через год после того, как был назначен президентом республики, он попытался перенести мемориал памяти жертвам депортации. Автор мемориала — каменная рука с кинжалом — заслуженный художник России Дарчи Хасанов, автор надписи на стене памятника — Джохар Дудаев.

«Духур дац! Дльлхур дац! Диц дийр дац!»

«Не сломимся! Не зарыдаем! Не забудем!»

В 2008 году общественность сильно возмущалась попытками переноса памятника, а 32-летний Кадыров в полную свою силу еще не вошел. Но в 2012 году он провозглашает 23 февраля Днем защитника Отечества, а памятные мероприятия, посвященные депортации, приказывает отмечать 10 мая (день похорон своего отца).

12 февраля 2014 года бульдозерами начали демонтировать дудаевский мемориал. Кадыров так объясняет свою логику: «23 февраля — трагическая дата в истории чеченского народа, однако до подрастающего поколения нужно донести проверенные факты. Многие до сих пор продолжают обвинять в депортации народа только сталинский режим, при этом не владея достоверной информацией. А ведь история говорит о том, что виноваты в той трагедии частично и некоторые представители нашего народа… Так и искажается история целых народов и даже государств».

За сносом памятника и переносом надмогильных стел (чуртов) на новое место молчаливо и скорбно наблюдали жители Грозного. Единственный протест, на который решился сегодня народ, — научно-практическая конференция, организованная грозненской интеллигенцией. Конференция прошла в Центральной библиотеке Грозного. Одним из самых острых было выступление президента «Ассамблеи кавказских народов» 57-летнего Руслана Кутаева. Его выступление по смыслу сводилось к тому, что сегодня если власть прикажет, то чеченцы кресты наденут и в церковь пойдут. И тогда о народе забудут, потому что они сами забыли, что они чеченцы. На конференции присутствовали сотрудники ФСБ, один депутат местного парламента и, наверное, тот, кто аккуратно донес чеченским властям о маленьком идеологическом бунте в центре Грозного.

В тот же вечер всем организаторам конференции позвонили из администрации главы Чечни и пригласили на беседу с Рамзаном Кадыровым 19 февраля. Руслану Кутаеву позвонил лично Магомед Даудов, руководитель администрации главы республики, влиятельный чеченский политик-силовик, входящий в ближайшее окружение Р. Кадырова. Руслан Кутаев отказался приехать на встречу 19 февраля. После этого разговора Руслан Кутаев уехал из своего дома в селе Ачхой-Мартан.

Утром 20 февраля Руслан Кутаев сделал много звонков, преимущественно своим московским знакомым. «Новая газета» опросила этих людей, некоторые из них — известные российские политики, депутаты Госдумы, правозащитники (Кутаев широко известен за пределами Чечни). Все опрошенные подтверждают, что Кутаев им рассказал о возникших после конференции проблемах с руководством республики, о поступивших угрозах и о своем решении уехать из Чечни на время, чтобы не подставлять родственников.

Каждому из своих собеседников Кутаев повторял, что в данный момент находится в Пятигорске. Хотя за пределы Чечни он так и не выехал и находился в селе Гехи у своих дальних родственников. Я полагаю, Руслан Кутаев специально упоминал каждый раз Пятигорск, так как боялся прослушки телефонов и таким образом пытался сбить со следа полицию. О том, что его искали (вплоть до того, что установили на въезде в село Ачхой-Мартан выдвижные посты), стало известно от жены, оставшейся с детьми дома, около которого постоянно дежурили машины с правительственными номерами (серия ЕЕЕ). На одной из таких машин 19 февраля увезли брата Руслана, однако вскоре отпустили (когда поняли, что он действительно не знает, где Кутаев).

…Последний звонок на телефон Руслана Кутаева поступил от его московского друга Вячеслава Измайлова (военного обозревателя «Новой газеты»). Это было 20 февраля в 13 часов 15 минут. Через 45 минут — в 14.00 — к дому родственников Кутаева в Гехах подъехало от 5 до 7 машин (все — черные «Тойоты Камри», с номерами серии ЕЕЕ). Из машин вышло до 30 человек, в основном они были в черной камуфляжной форме, которую в республике носят сотрудники полка имени Ахмата Кадырова (осуществляет охрану Рамзана Кадырова, именно сотрудников этого полка в просторечии зовут «кадыровцами»). Также были люди в штатском и обычные сотрудники полиции. Кутаева вывели из дома в чем был — в домашней одежде и в шлепанцах. Его подвели к машине, усадили на заднее сиденье, заставили нагнуть к коленям голову, накинули куртку. Во время задержания физическая сила к Кутаеву не применялась.

Через 30—40 минут Кутаева доставили в центр Грозного. В адвокатском опросе Кутаева фигурирует здание администрации главы ЧР, которое он узнал. Его вывели из машины и сразу стали бить. Вот точные цитаты из адвокатского опроса Руслана Кутаева. Это был молчаливый опрос. Адвокат писал вопросы, Кутаев — ответы. Боялись прослушки. Под каждым ответом Кутаева стоит дата и подпись.

«Завтра обязательно появятся будут бить!!!

Давление психологическое и физическое оказывают? Кто бьет? (адвокат — Е.М.)

Да! Там были Алаудинов и Даудов. Здесь начальник УГРО и еще кто-то. Меня пытали, бьют каждую минуту угрозы от нач. Урус-Март. РОВД и нач. УГРО и еще других с ним людей. Пытали током в Грозном… Помогите! Угрожают моей семье и моим родственникам».

В зафиксированных (неоднократно и не только адвокатами) показаниях Руслана Кутаева постоянно фигурируют две фамилии. «Я их хорошо знаю!» — говорит Руслан.

Руководитель администрации главы Чечни Магомед Даудов и заместитель министра МВД Чечни Апти Алаудинов, судя по показаниям Кутаева, активно участвовали в избиении Кутаева. Затем его поместили в подвал, где раздели догола. К нему пришел с тесаком и шокером человек и, прикладывая тесак к горлу, пытал электрическим током, тыкая шокером по всему туловищу. Кто этот человек — известно широкому кругу людей, вплоть до сотрудников администрации президента РФ. Эту информацию по нашей просьбе передал в управление внутренних дел АП один уважаемый политик, близкий друг Кутаева. Передал со словами: «Мы дожили до того, что теперь элетрошокером пытают прямо в администрации президента. Нет, ПОКА не в вашей администрации. Пока только в Чечне».

В процессе пыток Руслан Кутаев несколько раз терял сознание. В результате избиения у Кутаева сотрясение мозга, обширные гематомы, возможно, сломаны ребра, повреждена челюсть. Частично следы побоев зафиксированы документально при поступлении Кутаева в ИВС. Но полного медицинского обследования не проводилось.

В РОВД г. Урус-Мартан (к нему территориально относится село Гехи) Руслана Кутаева доставили в час ночи 21 февраля. К тому времени он уже подписал признательные показания о том, что у него был обнаружен пакет с тремя граммами героина. Что является полным абсурдом для всех, кто знает Руслана. Также в деле есть показания о том, что во время задержания Кутаева не обыскивали, следственные мероприятия с участием понятых на предмет обнаружения наркотиков не проводились.

22 февраля до избрания меры пресечения в суде Урус-Мартана Руслан Кутаев отказался от своих признательных показаний, но когда его завели в зал судебного заседания в окружении кадыровцев, снова признал, что нашел героин в такси (героин является не самым типичным наркотиком для Чечни, где в ходу дешевые наркотические средства) и механически сунул в задний карман брюк. Суд, допустив грубейшие процессуальные нарушения, санкционировал арест.

В ИВС Урус-Мартана к Кутаеву регулярно приходили и запугивали. Например, ему показывали совсем свежие фотографии его племянников (в том числе и тех, кто живет в Москве). По фотографиям было понятно, что за родственниками Кутаева организована слежка. Кутаеву пригрозили, что, если он откажется от своих признательных показаний и напишет заявление о пытках, на его родственников заведут уголовные дела по обвинению в терроризме и посадят на 15—20 лет.

Тем не менее правозащитникам из сводной мобильной группы, которую возглавляет известный российский правозащитник Игорь Каляпин, членам Общественной наблюдательной комиссии Чечни и адвокатам удалось получить показания Кутаева, в которых он подробно описывает похищение и пытки.

В пятницу, 28 февраля, адвокаты Кутаева должны были знакомиться с материалами уголовного дела, так как следствие по тяжкому преступлению о хранении наркотических средств в особо крупном размере (до 12 лет лишения свободы) было закончено молниеносно — за пять рабочих дней. Рекорд России! Однако в последний момент следователь отказался предоставлять материалы для ознакомления, мотивировав это тем, что следствие продлится еще одну неделю.

25 февраля глава Чечни Рамзан Кадыров по местному государственному телеканалу «Вайнах» обрушился с критикой в адрес члена Совета по правам человека при президенте РФ правозащитника Игоря Каляпина. В очередной (по-моему, шестой) раз Кадыров обвинил Каляпина в том, что он «предатель народа» и «защищает бандитов и наркоманов». Загибая пальцы, Кадыров перечислил целый ряд резонансных дел, которые ведет сводная мобильная группа Каляпина в Чечне, в том числе дело «шайтанов» Ислама Умарпашаева и Руслана Болтиева.

Кто бы объяснил главе Чечни, что «шайтанов» этих защищает даже не Каляпин, а Следственный комитет РФ? Умарпашаев и Болтиев официально признаны потерпевшими по уголовным делам против чеченских полицейских (ст. 286 УК РФ, превышение должностных полномочий, проще говоря — пытки). Было упомянуто и дело Руслана Кутаева. Кадыров не педалировал обвинение в хранении наркотиков и, по сути, дал понять, что причиной уголовного преследования Кутаева стала именно конференция по 70-летию депортации.

26 февраля Кадыров в том же режиме на телеканале «Вайнах» жестко отчитал председателя Верховного суда Чечни за оправдательный вердикт, вынесенный накануне коллегией присяжных. Глава Чечни потребовал, чтобы оправдательные приговоры «шайтанам» не повторялись. «Если в республике еще раз случится такое дело, — сказал представитель исполнительной власти представителю судебной власти, — мы с вами перестанет быть товарищами». Для русского уха данный оборот звучит почти ласково, но лицо председателя Верховного суда ЧР Каратаева стало отчетливо белым.

Зато лицо Апти Алаудинова, который сидел по левую руку от Рамзана Кадырова в обоих сюжетах, было довольным. Он даже кивал в такт грозным словам Кадырова. Складывалось впечатление, что режиссером данной сцены был вовсе не глава Чечни. И что его просто ввели в заблуждение и даже не объяснили, какой феерической чушью выглядит его обещание обратиться в Москву за запретом на суд присяжных в отдельно взятой Чечне.

Собственно, хорошо известна привычка чеченских силовиков прятаться за широкую спину Кадырова. Но, может, и Рамзану Ахматовичу пора подумать, почему Владимир Путин жестко самоустранился от конфликта главы СК РФ Александром Бастрыкиным с журналистом «Новой газеты»? Может, не царское это дело — подтирать за каждым своим силовиком?