«Моя популярность — это их глупость» Интервью с «народным губернатором» Донецкой области Павлом Губаревым

Павел Губарев. Фото: личная страница в Facebook

Донецкую область с 3 марта 2014 года возглавляют сразу два губернатора — олигарх Сергей Тарута, назначенный новой киевской властью, и владелец рекламного агентства Павел Губарев, захвативший вместе с горожанами администрацию региона. Пока Тарута находился за пределами Донецка, «народный губернатор» со своими сторонниками укрепился в здании администрации. Сейчас он пытается взять под контроль еще хоть что-то, но областные силовики переходить на его сторону отказываются. Корреспондент «Ленты.ру» отправился в Донецк и поговорил с Павлом Губаревым.

Павел Губарев — учредитель компании Patison, занимающейся наружной рекламой. На сайте агентства сообщается, что Губарев — «наследник эллинских традиций, постулирующих гармоничное развитие души, ума и тела», он «отличается высокой степенью ответственности и самомотивации». Главные хобби «народного губернатора» — чтение, стайерский бег, тайский бокс и уличный фитнес.

В интервью Павел Губарев пообещал организовать в Донецке «крымский сценарий». Он считает, что регион, который граничит с Ростовской областью, должен войти в состав Российской Федерации. В беседе с «Лентой.ру» Губарев подробно рассказал о том, как он сумел за три дня превратиться из рекламщика в «народного губернатора» и что намерен делать дальше.

«Лента.ру»: Как в Донецкой области появился «народный губернатор»?

Павел Губарев: У нас в результате Майдана в стране сложилась очень кризисная политическая ситуация. И де-факто в стране произошел государственный вооруженный переворот. Половина страны (центр и запад) признала его, а другая половина — нет. На юго-востоке возник политический вакуум при полной дискредитирующей роли Партии регионов. Пошли приказы [из Киева] о назначении губернаторов, и народ поднялся.

После 22 февраля (в этот день власть в Киеве окончательно перешла к оппозиции, а президент Виктор Янукович покинул столицу — прим. «Ленты.ру») редакционную политику на промайдановскую сменили все телеканалы, и [в Киеве] начались такие ужас и вакханалия, что посеяли [в людях] страх.

В социальных сетях во всех областях юго-востока [начало зарождаться] самоорганизующееся движение «Народное ополчение». В него записывались на тот случай, если к нам придут ребята с Западной Украины, которые не любят Ленина, а любят [Степана] Бандеру. [В результате] жесткая и прессовая атака со стороны СМИ, «ленинопад» (снос и уничтожение памятников Ленину по всей стране — прим. «Ленты.ру»), захват областных администраций, разгул банд в центре Киева и полный бардак отмобилизовали юго-восточные регионы на сто процентов.

Павел Губарев (в центре) во время захвата областной администрации
Фото: Reuters

А почему именно вы возглавили протест?

Еще 25 февраля я был директором собственного рекламного агентства. Последние три месяца я почти не занимался бизнесом, а мониторил общественно-политическую ситуацию и писал в фейсбук. Как, наверное, и большинство моих сограждан. Бизнес пошел вниз, но мы все были в напряжении.

Когда я начал мониторить ситуацию, то выяснилось, что в Донецке есть около 20 [политических] организаций, но политической силы, за которой могли бы пойти люди, среди них нет. Большая часть из них проплачена Партией регионов, чтобы специально гасить протест. Людям платили от восьми до 20 тысяч гривен (от тысячи до двух с половиной тысяч долларов) в сутки, чтобы они говорили, что в Донецк никто не придет и все здесь будет нормально.

Некоторым лидерам «Народного ополчения» стало понятно, что под весь этот бульон нужно свалить дискредитировавшую себя местную власть. Я, отсеяв проплаченных, выкристаллизировал группу людей, которые были так же непримиримо настроены [по отношению] к власти. Мы организовали «Народное ополчение Донбасса», и на совете меня избрали командиром.

Притом что вы были никому неизвестны.

Еще за три дня до этого я шесть лет как не занимался политикой, хотя когда-то был политтехнологом.

Командирам «Народного ополчения» понадобился какой-то действенный акт, чтобы нас заметили. 28 февраля я пришел на сессию городского совета и выдвинул [депутатам] ультиматум. Они должны признать Верховную Раду Украины и сформированный ей кабмин нелегитимными, признать таковым и назначенного из Киева губернатора, уволить и заменить других начальников властной киевской вертикали. Нужно заменить всех назначенных из Киева на своих, на местных.

Разве это соответствует конституции?

Действие [это] находится, конечно же, не в конституционном поле, но в рамках требований харьковского съезда [депутатов юго-восточных регионов Украины и Крыма] 22 февраля. Там вся полнота власти в итоге была передана местным советам, и было признано, что Рада и кабмин нелегитимны.

Так на том съезде еще и Янукович считался легитимным.

Януковича мы не трогали, потому что не знали, где он.

А вы его вообще поддерживаете?

Мы его не поддерживаем как политическую фигуру, но отрицать тот факт, что он легитимный президент, мы не можем.

И если он приедет обратно, то вы будете ему подчиняться?

Да видимо, да…

(Возвращается к подробной истории своего взлета.) Депутаты меня освистали, сказали, что я самозванец. Я объявил, что за мной семь тысяч ополченцев, и это было правдой. Меня обозвали клоуном, сказали, что я в субботу и тысячи человек на площади не соберу. На площадь пришло 50 тысяч, и ребята от власти захотели оседлать митинг, поставив свою сцену и ее охрану.

Какой именно власти?

Партии регионов. Охрана окружила сцену и, зная меня в лицо, выступить не давала. Пришлось прорываться, люди меня закинули на сцену, после чего я озвучил прежние требования. Меня жестко увели со сцены, сломав руку (правая рука Губарева в гипсе), правое ребро, придушив до потери сознания. Люди меня отбили, отобрали микрофон — и в итоге выступали полтора часа вместо моих восьми минут.

Моя популярность — это их глупость. Если бы они такое шоу не устроили, я в политическую фигуру не превратился бы. Да я и не собирался.

А теперь у вас какие планы? Будете становиться губернатором?

Пока не знаю, но вероятность не отрицаю.

(Вновь возвращается к своему рассказу.) После выступления мы пошли к областной администрации. Я не отдавал приказа ее штурмовать, я призывал к мирному протесту. Хотя мне как командиру ополчения пишут [разные добровольцы], что они вооружены и готовы [действовать].

То есть у вас в подчинении есть вооруженные бойцы?

Они не то чтобы мне подчиняются — они готовы выполнять команды нашего координационного штаба. Мы им не говорим вооружаться, но они пишут, что должны защищать свой край от всех [чужих]. У них есть пистолеты, автоматы, нарезные карабины, щиты, биты, шлемы.

Они же на Майдане насмотрелись этих нарний, викингов, телепузиков, шпунтиков. Насмотрелись и давай играться. На сегодняшний день моя позиция тверда: у нас вообще нет оружия, и мы не намерены его брать. Но нельзя доводить народ до эскалации, народ устал, и его очень просто довести до точки бифуркации и кипения.

Милиция около Донецкой областной администрации
Фото: Александр Худотеплый / AFP

Захват администрации — это не эскалация?

Это эскалация со стороны власти. Дискредитировавшего себя [бывшего] губернатора [Донецкой области] Андрея Шишацкого люди ненавидят. Во-первых, он ставленник олигарха Рината Ахметова и всегда в политике выражает [его интересы], а во-вторых, он признал киевскую власть легитимной, подчинился ей и даже перечислил им в бюджет несколько миллионов гривен. Он сложил с себя полномочия губернатора, выполняя решение нашего народного вече от 1 марта (на самом деле Шишацкого 2 марта отправил в отставку и.о. президента Александр Турчинов — прим. «Ленты.ру»).

Но тут приходит известие: 3 марта собирается облсовет, и в повестке дня — назначение Шишацкого спикером. Тыдыщ! Конечно, я пришел туда и объяснял депутатам, что этого нельзя делать, люди не поймут: «Я знаю, что на вас давят, но вы честные грамотные люди, а голосование тайное. Не допустите эскалации противостояния».

В итоге Шишацкий получил 117 голосов за, меня начали выводить из зала; люди, уже зная о решении, окружили весь совет, возмущались, пошло противостояние. Люди сломали ворота, вынесли их, двери были заварены, поэтому выбили два окна на втором этаже и вошли в обладминистрацию.

С милицией противостояние было?

С воротами! Милиция отошла в сторону.

А сейчас какие отношения с милицией?

Милиция находится здесь, она не трогает нас, мы не трогаем милицию, вот и все.

(В здании администрации дежурят милиционеры со щитами, охраняющие лифты и лестницы; они же блокируют некоторые помещения на первых двух этажах. Фактически сторонники «народного губернатора» имеют доступ только к сессионному залу, где и в десять вечера полно народу. В президиуме сидит Губарев, интервью он дает в подсобке за сценой сессионного зала. На первом этаже дежурит «народная» охрана, но по уровню оснащения это даже не крымская самооборона — скорее, обычные дружинники. Охранники пускают в здание только своих и прессу. Ближе к ночи возле администрации людей почти нет, хотя тут стоят туристические палатки.)

Вы вообще что-нибудь контролируете в Донецке, кроме пары этажей администрации?

(Говорит тише обычного.) Нет, пока нет.

А собираетесь?

Все будет происходить по крымскому сценарию [где власть взяли на себя пророссийски настроенные политики].

Просто там уже были организованные структуры, а в Донецке этим протестом некому управлять. Мой штаб в первые дни — это моя жена в социальных сетях, мой друг порученец-охранник и еще один друг — порученец по финансам.

А сейчас?

Штаб обрастает людьми, стараемся работать эффективнее, уже подорганизовались, наладили горизонтальные связи с разными организациями, все упорядочиваем.

Дело в том, что майдановские структуры готовили к этому 20 лет. Все эти тренинги, иностранные специалисты, консультанты, тех-кампы под руководством американского посла. Я сам иногда участвовал ради интереса в этих вещах. А мы первоклашки, мы только учимся, и при этом все на самоорганизации.

Пророссийский митинг в Донецке
Фото: Сергей Ваганов / AP

Вы сказали про крымский сценарий, но подчинить себе область без поддержки военных (как в Крыму) — непростая задача.

Непростая задача, да, непростая...

Пока обороняться не от кого. Привести сюда вооруженных людей — бандитов и бандеровцев — это совершенная глупость. Тогда на улицы выйдут люди, которые пишут мне, что у них есть оружие и они будут защищать Донбасс. Приводить сюда внутренние войска из другого региона Киев не будет. Это уже не сила, они сегодня деморализованы и бить людей не будут.

Милиция на вашу сторону не переходит?

Не переходит. Начальник областного ОВД выступил, сказал, что присягу дает народу, но мне он не подчиняется, и сегодня это первый объект моего давления, давления улицы, давления народной власти.

За счет чего вам вообще удастся взять власть?

А все люди за меня. Как я ее могу не взять?

(«За счет идей справедливости, прежде всего», — подсказывает «народному губернатору» стоящий рядом интеллигентный мужчина.)

Да, первая идея — это идея справедливости. Наши требования справедливы, власть себя дискредитировала, люди требуют новую власть, а киевскую не признают.

А какой политический выход из ситуации? Референдум о вступлении в Россию?

Референдум должен, по моему мнению, включать в себя варианты: сохранение унитарного государства; переход к федерации с выборностью губернаторов, своей монетарной политикой; переход к конфедерации с фактической независимостью, но какими-то отчислениями в центральный бюджет на армию; объявление независимости — как Косово; или, наконец, вхождение в состав Российской Федерации. В Госдуме уже проголосовали за закон, который позволяет включать в состав РФ новые территории по итогам плебисцитов.

Вы сами к какому варианту склоняетесь?

Я — за включение в состав Российской Федерации, и думаю, что большинство жителей Донецкой области со мной солидарны.

Есть ведь и те, кто против вас?

Тысяча — это их тотальная мобилизация. Больше им никогда не собрать, притом что там очень много приезжих и очень много студентов, которым дали немного денег. Это студенты филфака, истфака, которым внушали, что они живут в Украине.

На самом деле я историк — и знаю, что такое Новороссия, что такое Донецко-Криворожская Республика, которую Ленин в 1922 году прирезал к Украине. В общем-то, Ленин виноват в Майдане, ведь это он слепил две части в одну страну и обрек их на постоянное противостояние.

Говорят, что среди ваших сторонников много людей из Ростовской области. Это правда?

Нет. Из российских граждан кроме журналистов я не видел никого. Сегодня мы в сессионном зале даже флешмоб проводили, когда все доставали и показывали свои украинские паспорта, чтобы пресса сфотографировала их.

Вы не боитесь, что приехавший в Донецк Тарута заставит силовиков выбить вас отсюда?

Не боимся. Это совершенная глупость была бы с его стороны, и он на это не пойдет. Он очень умный человек, хоть и бандит, хоть и вор, хоть и олигарх, хоть и казнокрад. Как народ относится к Таруте? Они бы еще Ахметова назначили! Люди возмущены вообще назначениями [из Киева], ведь на Майдане люди стояли за профессиональную европейскую власть, а на юго-востоке установилось прямое олигархическое правление (в Днепропетровске губернатором также назначен олигарх — Игорь Коломойский — прим. «Ленты.ру»). Даже из головного офиса компании Ахметова, где зарплаты у всех со множеством нулей, пишут нам, что поддерживают нас.

Со стороны казалось, что на Донбассе рады Партии регионов и Януковичу.

На самом деле, все люди говорят, что Партия регионов — это предатели. Мэра Донецка Александра Лукьянченко, у которого рейтинг в Донецке как бы выше, чем у Лукашенко в Белоруссии, чуть не разорвали. Я его выходил и защищал, говоря: «Люди, не трогайте его, он же нормальный, ну в целом, такой же человек, как и мы».

А Янукович?

Он предатель и трус. И вор. Отрицать это некому, он шел с одними лозунгами, а оказалось, что он тупо пилил деньги. (Интеллигентный мужчина снова подсказывает: «Он превратил партию в финансовую пирамиду».) В пирамиду, да. По сути, Янукович — это политический труп.

Павел Губарев во время захвата областной администрации
Фото: Александр Худотеплый / AFP

Много писали о концентрации российских войск на границе.

Мы такую информацию не пускали, так как нужно четкое подтверждение — либо серьезное информагентство, либо друг, который видел своими глазами. Но слухи такие ходили.

Вы бы приветствовали ввод войск?

Другой силы, кроме российских миротворческих войск, способной обеспечить безопасность на юго-востоке Украины, на сегодняшний день нет.

Каковы ваши ближайшие действия?

5 марта мы вместо областного совета сформируем общественный совет, куда войдут авторитетные лидеры — политические, интеллектуальные и общественные, которые примут решение о легитимизации народной власти.

Этого будет достаточно?

Недостаточно, но в условиях безвластия это хотя бы что-то. Хотя бы что-то.

* * *

Накануне Служба безопасности Украины завела в отношении Павла Губарева дело о сепаратизме. Утром «народный губернатор» сообщил у себя в фейсбуке, что милиция Донецка выселяет его людей из помещений областной администрации — «под вероломным предлогом о якобы заложенной бомбе».

Беседовал Илья Азар (Донецк)