Не забудем и простимся

В кафе, магазинах и просто на улицах Киева люди спрашивают одно и то же: будет ли война. Поразительно, что никто не задается вопросом - будет ли война с Россией. И как вообще это может быть - война Украины с Россией. К этому простому факту уже привыкли, как примиряешься с потерей близкого человека - плачешь, мучаешься, а потом сживаешься и только на кладбище в твоем сердце появляется неизбывная тоска.

Так и с Россией. Ее для нас уже нет - даже те, у кого в этой стране близкие родственники, начинают воспринимать их как чужих, далеких людей - разумеется, когда эти близкие родственники поддерживают войну и оправдывают агрессию.

Конечно, больно, неприятно, досадно. Но никакой России для нас больше нет. Есть оккупант, коварный и безумный одновременно. И нам совершенно неважно, как он называется и есть ли шеврон на его форме. Для нас важно, что сегодня он издевается над нашими военными в Крыму, пугает нападением на другие регионы нашей страны, запускает в наши города провокаторов, чтобы сорвать с флагштока наш флаг и водрузить на его место флаг агрессии и мести. И нам неважно, как зовут этого врага, - нам важно, чтобы он не убивал нас. Вот и все, что спрашивают люди на улицах: будет ли он убивать, бомбить, прорвется ли танками с оккупированного Крыма на украинский материк. А Путин и русские, избравшие такого президента, нас больше не интересуют. Это как мертвецы на кладбище.

В еврейских семьях когда-то было принято читать поминальную молитву по родственникам, перешедшим в чужую веру. Вот и мы по вам уже прочитали - вы перешли в веру ненависти к тем, кого вчера называли братьями. Вы можете сколь угодно фотографироваться на улицах с потомками тех, кого вы же и завезли в Крым несколько десятилетий назад, чтобы с трудом замазать следы другого преступления вашей родины - выселения коренных народов полуострова. Но их мнимая любовь, их вера в ваши подачки, которые вам не из чего будет скоро платить, не заменит вам нашей былой привязанности. Вы приобрели Крым, а Украину потеряли. Потеряли навсегда. Прощайте и не убивайте нас.

Нас, потерявших вас, но приобретших взамен целый мир неравнодушных людей, поддерживавших нас в нашей борьбе за свободу - не только нашу, но и вашу свободу, потому что свобода вам тоже нужна, вы пока об этом не знаете, но скоро догадаетесь. Нас, убеждающихся в том, кто все это время был нам настоящими братьями и друзьями, а кто только притворялся в надежде рано или поздно вновь накинуть ярмо с двуглавым орлом на наши шеи.

Иногда мы будем скучать по вам и по тому времени, когда вы казались нам такими же. Иногда будем вспоминать, что многие из нас разговаривают на том же языке, что и вы. Иногда будем читать ваших писателей и теперь уже - как и весь остальной мир - удивляться: что ж это, писатели у них такие гуманисты, а они как с цепи сорвались. Но это будет происходить нечасто. Простите - у нас сейчас много работы. Нам нужно строить новую страну - взамен прежней, разрушенной не без вашей помощи. Нам нужно следить за нашей властью - чтобы она не стала прибежищем проходимцев, недавно еще правивших у нас и продолжающих повелевать вами. Нам нужно находить возможности для того, чтобы создать сильную армию, которая защитит нас от возможных агрессоров: теперь мы знаем, что окружены не только друзьями и что армия нам нужна. Словом, очень много работы. Не до России.

Когда вы восстанете и избавитесь от того кошмара, в котором живете, мы искренне порадуемся за вас - и за то, что теперь не надо бояться. Но тот страх, в котором живут наши женщины, и ту ненависть, в которой теперь растет наша молодежь, мы не забудем вам еще долго - и вам придется много и упорно трудиться, чтобы вновь завоевать наше доверие и доказать, что вы стали нормальными людьми и больше не думаете, что единственная полезная вещь, которой в этом мире можно гордиться, - автомат Калашникова. Но мы будем рады, если у вас это получится, - потому что быть свободным лучше, чем рабом, и жить в мире с соседями лучше, чем пребывать в страхе и ненависти. Но все это будет потом и, наверное, нескоро.

А сейчас просто не стреляйте.