Мародеры на острове "Изоляции"

Боевики ДНР под командованием Монгола захватили крупнейший донецкий культурный центр и обещают его заминировать Совсем недавно, в апреле, здесь проходил литературный фестиваль, выступал Михаил Ходорковский. Центр культурных инициатив "Изоляция" работал в Донецке, несмотря на то что жить в городе, где хозяйничали люди Бородая и Пушилина, становилось все опасней. Потом, когда возле аэропорта начались настоящие бои, а мародеры разграбили супермаркет "Метро", деятельность "Изоляции" была приостановлена. 9 июня боевики ДНР пришли в культурный центр и объявили, что собираются использовать его для своих нужд. Руководил захватом Роман Лягин, именующий себя "министром социальной политики ДНР". Крупнейшая в Донецке культурная институция оказалась под угрозой уничтожения, а арт-объекты и личные вещи сотрудников – в руках боевиков, которыми командует полевой командир по кличке Монгол. Тут же началось мародерство.

Платформа культурных инициатив "Изоляция" открылась в 2009 году на территории бывшего завода по производству изоляционных материалов. Здесь проходили дискуссии, конференции, выставки современного искусства. Киевский арт-критик Константин Дорошенко считает "Изоляцию" выдающимся художественным проектом:

Нам объявили, что никто не имеет права появляться на территории: там будет заминировано, будет оружие, снайперы

– Основала фонд "Изоляция" Любовь Михайлова, дочь последнего советского директора завода изоляционных материалов, который там находился и, как многие заводы после развала СССР, остановился, поскольку развалилась вся инфраструктура, в которую он был вписан. Любови Михайловой довелось получить неплохое экономическое образование в Советском Союзе, а потом в Европе. И так сложилось, что у нее возник интерес к современному искусству, она его коллекционирует. Путешествовала по миру, была в знаменитой арт-зоне в Пекине, которую Дэн Сяопин подарил художникам и дизайнерам, видела культурные центры в других регионах и создала подобное у себя в своем городе. Это один из редких, но очень здоровых примеров патриотизма: успешный человек старается окультурить свою малую родину. И то, что происходило в "Изоляции", для Украины было беспрецедентно. Потому что это территория 7,5 гектара – цеха, терриконы, очень интересное с точки зрения современного искусства пространство.

– Я видел на фотографиях губную помаду, которая венчает огромную заводскую трубу. Красиво!

Паскаль Мартин Таю. Проснись — преобразись. 2012. Инсталляция. Фото: Константин Стрелец

– На мой взгляд, несколько попсовый артефакт по сравнению с теми, которые существуют на этой территории. Это камеруно-бельгийский художник Паскаль Мартин Таю, он исследует тему гендера, тему любви. Он был вдохновлен ролью женщины в восстановлении послевоенного хозяйства в Донецке, с одной стороны, но при этом говорил, что женщина не могла продемонстрировать свою женственность, поэтому он увенчал одну из заводских труб гигантским изображением помады. Нужно сказать, что кроме такого достаточно ироничного произведения искусства, там есть очень серьезные. Например, работы Даниэля Бюрена – французского классика современного искусства, автора техники-практики in situ, модернистских интервенций в публичное пространство. Он разрисовал своим фирменным образом 21 дверь на территории "Изоляции". Потом там была потрясающая выставка Цая Гоцяна. Это мировая звезда современного искусства. Он был награжден "Золотым львом" на Венецианском биеннале, был арт-директором спецэффектов и художественного оформления Олимпиады в Пекине. И он в "Изоляции" по приглашению Любови Михайловой создал свои картины порохом. Он спустился в шахту, делал гигантские изображения шахтеров. Он делает сперва трафарет на большом куске бумаги, а потом этот трафарет прожигается на холсте. Очень много за четыре года сделано. Были музыкальные фестивали, резиденции молодых украинских художников – Давида Чичкана, Владимира Кузнецова. То есть эта территория в Донецке была островом современной жизни. Принято говорить, что Донецк ориентирован на имперскую ностальгию, ориентирован в прошлое, на Россию, а "Изоляция" – это был остров на территории Донецка. Попадая на него, вы попадали в современный мир.

Художник Даниэль Бюрен, соучредитель галереи Continua Лоренцо Фиаски и меценат Любовь Михайлова перед инсталляцией Даниэля Бюрена «Цвета в сетках».

– Удалось ли Любови Михайловой заманить на этот остров жителей Донецка? Как они откликались?

"Изоляция" – это был остров на территории Донецка. Попадая на него, вы попадали в современный мир

– Донецк – город-миллионник, там много разных людей живет, и большинство населения все еще подвержено ностальгии по Советскому Союзу. Но мне довелось быть два месяца назад на фестивале с очень интересной темой: язык насилия и насилие как язык. Там были философы, художники, писатели из разных частей Украины. И очень много университетской молодежи, в Донецке серьезные вузы. Молодежь в "Изоляцию" стремилась, ей было это интересно. Понятно, что такие программы должны существовать десятилетиями для того, чтобы изменить вокруг себя целый город. "Изоляцию" отмечали в украинской прессе, но оторванной от народа, в журнале "Форбс", например, в других деловых изданиях. Массовой популярности у этого центра не было, потому что территория современного искусства на постсоветском пространстве не может быть массово популярной. Я говорил в одной из своих программ о том, что это можно назвать гуманитарной катастрофой, потому что в зародыше убивается тот процесс, который мог бы дать новое поколение людей в Донбассе, благодаря тем инициативам, которые проходили в "Изоляции".

– Вы считаете ситуацию катастрофической? Можно ли спасти "Изоляцию"?

– Сейчас, когда речь идет о гуманитарных коридорах, о спасении жизни людей, когда там происходят чудовищные вещи, когда сепаратисты захватывают автобусы с детьми и не дают им выехать в другие области Украины, вряд ли кто-то займется спасением инсталляций. Тем более что это не просто живопись или графика, которую можно снять и увезти. Там сложные объекты, демонтаж которых может занимать от нескольких дней до нескольких недель. Люди, которые сейчас дислоцируются на территории "Изоляции", военные, далеки от искусства, тем более современного, и я боюсь, что все это будет в основном уничтожено. Только одну машину смогли сотрудники "Изоляции" вывезти из центра. Сейчас происходят какие-то торги, предлагают вести некие переговоры, но совершенно непонятно на каких условиях, и никто ничего не может гарантировать. В Донецкой народной республике уже появились некие люди, которые решили посмотреть и, может быть, что-то из этого искусства выбрать себе. Я не думаю, что они что-нибудь найдут по своим эстетическим вкусам, потому что Цай Гоцян – не совсем то, что любят так называемые элиты в Украине.

Вход на выставку «В поисках времени».

Основательница "Изоляции" Любовь Михайлова тоже считает, что арт-объектам грозит уничтожение. "Помаду" или "21 дверь" Бюрена вообще невозможно снять и вывезти, но и то, что можно эвакуировать, оккупанты трогать не разрешают. Любовь Михайлова рассказала Радио Свобода, как боевики захватывали "Изоляцию":

– Зачем сепаратистам понадобилось занимать ваш центр? Он представляет интерес с военной точки зрения или их интересуют ценные экспонаты?

Ах вы такие, вы говорите о мародерстве, теперь не получите и скрепки

– С одной стороны, на заводе сохранились прекрасные бомбоубежища, огромные склады для хранения чего угодно, в том числе большой боевой техники. Но на этой улице Светлого Пути, в индустриальной зоне, есть железобетонный и другие заводы, которые могут пригодиться для военных целей. Так что, помимо военного, есть и другой фактор – идеологический. Человек, который возглавил этот захват, – некто Роман Лягин, он проводил выборы в ДНР. Он много лет ходит к нам, участвует во всех мероприятиях "Изоляции". Это политтехнолог, который раньше участвовал в работе Партии регионов, потом транзитом получил новый заказ от России, как он нам, не скрывая, говорил: заказов мало, поэтому пользуемся теми, какие есть. У нас выступали разные люди, от Михаила Ходорковского до людей из ДНР: например, был некий Федор Березин, он написал книгу, которую сейчас издали в Москве, "Красные звезды над Майданом". Это не значит, что "Изоляция" поддерживает такую точку зрения, просто мы предоставляли площадку для разных мнений, свободы слова, свободы выражения и плюрализма. Но это не то, что в идеологии хотелось бы видеть местным князькам. Нам решили показать, что мы лишние на этом поле во всех отношениях.

– Ведете ли вы с ними какие-то переговоры и вообще можно ли с ними разговаривать?

– Люди, которые заходят туда с оружием, человека без оружия рассматривают как человека без аргументов. Когда они зашли туда, мы сказали, что мы арт-центр, у нас осталось огромное количество арт-объектов, они не представляют для вас ценности, дайте нам их эвакуировать. Нам было жестко обещано, что ничего не будет тронуто. Мы им отдали все ключи, потому что сопротивляться бесполезно, на следующее утро мы обнаружили элементарные факты мародерства: выбиты двери, несмотря на то что были ключи, взломаны сейфы, какая-то небольшая касса в кафе, алкоголь: мы видели, что люди в нетрезвом состоянии. Мы начали загружать наши арт-объекты, картины, это все было очень сложно. Одну машину выпустили. Потом приходит команда сверху: появились ценители искусства, они будут приезжать, смотреть, что мы грузим, может быть, кому-то что-то понадобится. И тут раздаются предложения со стороны мэра Донецка: вступить в диалог. И мы обратились с открытым письмом к премьер-министру Донецкой республики Александру Бородаю, которого мы просим дать культурной институции эвакуироваться из захваченного завода, не препятствовать. Описываем факты мародерства, которые нас волнуют. На следующее утро, когда мы появились там, нам сказали: ах вы такие, вы говорите о мародерстве, теперь вы не получите и скрепки. Договариваться о чем-то с этими людьми сложно.

– Когда в последний раз у ваших сотрудников была возможность зайти на территорию "Изоляции"?

– Во вторник, когда мы тщетно пытались вывезти последнюю партию. В четверг туда вошли вооруженные бойцы – это называется батальон "Восход". Им руководит некто Монгол, фамилий теперь нет. Нам объявили, что никто не имеет права появляться на территории: там будет заминировано, будет оружие, большое количество военных людей, снайперы и так далее. Люди с соседнего завода сообщили, что они ведут массовый вывоз металлолома оттуда. Что происходит, мы не знаем. Контакта нет, переговоров нет. Я всех людей перевезла в Киев, мы будем продолжать деятельность фонда как культурной институции в Киеве, в изгнании. Все говорят о голосе Донбасса, который надо услышать, но голос уже узурпировали олигархи, мэр или ДНР. Мы хотим вокруг себя объединить силы Донбасса, тех 120 тысяч человек, которые выехали оттуда: в основном, это интеллигенция, культурные люди. Мы хотим выступить таким центром голоса Донбасса в изгнании, чтобы нас услышали и в Донбассе, и в Киеве. Мы хотим изучать причины: в первую очередь, теневую экономику, которая питала и продолжает питать эти процессы. Потому что мы понимаем, что все, что там происходит, очень хорошо проплачено. Все эти политтехнологи ничего не делают без денег.

Новый сайт "Изоляции" в изгнании" теперь украшает работа Р. Минина "План побега из Донецкой области".
Но за побегом и изгнанием должно последовать возвращение. "Наша мечта – в конечном итоге, сделать проект Донецка будущего, смены элит, – говорит Любовь Михайлова. – Мы не хотим, чтобы был растерян потенциал, который этот регион имел". Киевская газета "День" заключает: "ДНР проживет гораздо меньше, чем Фонд "Изоляция", вне зависимости от того, сколько предметов искусства, которые находятся на территории завода, она уничтожит за это время".