В Севастополе Волгоград переименовали в Сталинград без всякого референдума

Пока в Волгограде раздумывают о возможности проведения референдума по переименованию города в Сталинград, это фактически уже сделали в Севастополе, ставшем недавно новым регионом России. Местные власти заменили название "Волгоград" на "Сталинград" на одной из стел на аллее городов-героев, сообщает ИА Севас-Информ.

"В Москве на аллее городов-героев указан Сталинград. Городом-героем был Сталинград. Сталинградское сражение внесло решающий перелом в ход Великой Отечественной войны", - пояснил ИТАР-ТАСС заместитель губернатора Севастополя Андрей Атаманцев решение властей.

До присоединения Крыма к России за смену названия города на этой стеле много лет ратовала общественная организация "Жители осажденного Севастополя", поддерживающая и переименование Волгограда в Сталинград. А в марте этого года севастопольское отделение Российского союза ветеранов обратилось к руководству города с просьбой "восстановить историческую справедливость", пишет "Комсомольская правда".

Возможно, в обозримом будущем на этой аллее в соответствии с пожеланиями ветеранов может появиться еще одна стела - с текстом приказа Иосифа Сталина N20 от 1 мая 1945 года, в котором Ленинград, Сталинград, Севастополь и Одесса впервые были названы городами-героями, предполагает местный портал ForPost.

Напомним, Волгоград и Севастополь стали городами-побратимами еще до присоединения Крыма к России: соответствующий документ был подписан 19 ноября 2013 года действующим главой Волгограда Ириной Гусевой и бывшим мэром Севастополя Владимиром Яцубой.

Многолетняя дискуссия о переименовании Волгограда в Сталинград возобновилась с новой силой после того, как президент Владимир Путин в ходе визита во Францию в начале июня по случаю 70-летия высадки войск союзников в Нормандии, сказал, что он не против, если за это выскажутся местные жители в ходе регионального референдума.

Между тем эта идея вызвала неравнозначную реакцию в обществе. Известные правозащитники, в частности руководители Московской Хельсинкской группы (МХГ) и правозащитного общества "Мемориал" выступили категорически против возвращения Волгограду имени Сталина. А эксперты назвали это "политическим маневром" Путина.

Уполномоченный при президенте РФ по правам человека Элла Памфилова назвала этот вопрос "очень сложным" и высказала мнение, что решать его следует на общероссийском референдуме.

Коммунисты, много лет ратующие за такое переименование, идею, естественно, поддержали, а бессменный лидер КПРФ Геннадий Зюганов тут же выступил и за проведение нового референдума по переименованию Санкт-Петербурга обратно в Ленинград.

РПЦ включилась в дискуссию о переименовании Волгограда

В то же время в поддержку возвращения Волгограду имени Сталина высказался глава Отдела Московского патриархата по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин - официальный представитель Русской православной церкви, в свое время изрядно настрадавшейся от "отца всех народов".

Напомним между тем, что в феврале 2013 года председатель Информационного отдела Московского патриархата Владимир Легойда, комментируя вопрос о переименовании города-героя на Волге, заявил, что Русская православная церковь не выражала своей позиции и не будет высказываться по поводу инициативы о переименовании Волгограда в Сталинград.

"Никаких официальных и неофициальных заявлений от лица Русской православной церкви сделано не было", - сказал тогда Легойда.

Он указал, что поддержал переименование Всемирный русский народный собор (ВРНС), выступивший ранее с соответствующим заявлением. "Независимо от оценки личности Сталина, Сталинград стал символом нашего военного искусства и символом высочайшего мужества, одновременно с Фермопилами и Саламином. Именно Сталинград, а не Волгоград, известен народам планеты как поворотный пункт в борьбе с фашизмом", - говорилось в документе ВРНС.

Как пояснил Легойда, ВРНС является "интеллектуальной площадкой, состоящей из разных общественных организаций, в том числе мусульманских и буддистских", и он не может выражать позицию РПЦ.

По словам главы синодального отдела РПЦ, официальная позиция Церкви выражается по ограниченному кругу вопросов совершенно определенным образом. "Я считаю, что пастырская позиция вообще - а позиция Церкви всегда пастырская - избегает обострения ситуаций, которые, скажем, уже разделяют людей, когда в случае выражения она (позиция РПЦ) может привести к еще большему обострению", - пояснил Легойда.

В РПЦ в ходе дискуссии по поводу переименования Волгограда в Сталинград призвали не смешивать победу в Сталинградской битве с необходимостью давать оценку личности Сталина. "Слово Сталинград - не синоним имени Сталин. Слово Сталинград связано с известной победой, с известным периодом нашей истории, битвой, 70-летие которой мы сегодня празднуем", - отмечал в те дни протоиерей Всеволод Чаплин.

Есть много людей, для которых слово Сталинград священно, отметил Чаплин. "Не случайно, даже в топонимике западных стран это слово присутствует. Я бы попробовал все-таки разделить слово Сталинград и все те нужные нашему обществу оценки личности Сталина, которые сегодня или в будущем будут даны", - предложил Чаплин.

По его мнению, слово Сталинград близко многим людям в нашей стране, и это слово не является поводом для подробной оценки деятельности Сталина. "Лично я считаю, что Сталин - человек, в котором было хорошее и было плохое. Это человек, который виновен в безвинной смерти значительного количества людей, которые были убиты только потому, что принадлежали к определенным сословиям", - заявил представитель Церкви. В то же время, по его словам, Сталин сделал и определенное количество полезных для страны дел.

Между тем 5 мая 2012 в российских СМИ вспоминали трагический "юбилей" - 80-летие с момента издания декрета советского правительства о "безбожной пятилетке".

Сталин поставил цель: к 1 мая 1937 г. на всей территории страны должны забыть имя Бога. Об этом говорилось в те дни в статье, опубликованной в журнале "Фома", главным редактором которого является председатель Информационного отдела РПЦ Владимир Легойда.

К 1937 году в стране насчитывалось свыше 5 млн воинствующих безбожников, объединенных в более чем 60 тыс. ячеек. Началось создание антирелигиозных рабочих университетов - специальных учебных заведений для подготовки кадров для решающего наступления на религию.

План ликвидации религии к 1937 г. составили в Антирелигиозной комиссии. По этому плану к 1932-1933 гг. должны были закрыться все церкви и молитвенные дома, к 1933-1934 гг. - исчезнуть все религиозные традиции, привитые литературой и семьей, к 1934-1935-му страну, и прежде всего молодежь, планировалось охватить тотальной антирелигиозной пропагандой, к 1935-1936 гг. собирались уничтожить последних священнослужителей, а к 1937 г. должна была исчезнуть из жизни сама память о Боге.

Однако перепись населения 1937 г., в опросные листы которой по распоряжению Сталина был включен пункт о религии, сбила большевиков с толку: из 30 млн неграмотных граждан СССР старше 16 лет 84% признали себя верующими, а из 68,5 млн грамотных - 45%.

Итоги переписи засекретили и решили перейти к более привычной тактике: на 1937-1938 гг. пришелся пик уничтожения духовенства, в том числе и лояльного, которое выполнило свою раскольническую роль в 1920-е гг. и теперь оказалось ненужным.

В 1937 г. возобновилось массовое закрытие церквей. За 1935-1936 гг. было закрыто около 10 тыс. храмов, в 1937 г. - 8 тыс., в 1938 г. - более 6 тыс.

По современным уточненным данным, из дореволюционных российских церквей в начале войны действовало примерно 350-400, т.е. в 1939-1941 гг. ежегодно закрывалось 300-400 храмов.

Союз воинствующих безбожников подключил к своей "воспитательной" работе комсомол и профсоюзы. В 1938 г. по инициативе Ярославского отделения истории и философии Академии наук СССР началась подготовка двухтомника по истории религии и атеизма. В 1940 г. в системе Академии наук организовали постоянную аспирантуру по истории религии и атеизма.

Если в 1934 г. было арестовано шесть епископов, то в 1935 г. - 14, в 1936 г. - 20. В результате 10 мая 1935 г. митрополит Сергий (Страгородский) был вынужден распустить временный Синод и управлять всеми епархиями при помощи своего викарного епископа Сергия (Воскресенского) и канцелярии, состоявшей из секретаря и машинистки.

В 1937 г. было арестовано 136,9 тыс. православных священно- и церковнослужителей, расстреляно 85,3 тыс., в 1938 г. - арестовано 28,3 тыс. человек, расстреляно 21,5 тыс., в 1939 г. - 1,5 тыс. и 900 соответственно, в 1940 г. - 5,1 тыс. и 1,1 тыс., в 1941 г. - 4 тыс. и 1,9 тыс.

К началу войны на территории СССР оставалось 5665 официально зарегистрированных священнослужителей, причем больше половины из них проживали на присоединенных в 1939-1940 гг. землях.

Политика советского государства по отношению к Церкви изменилась в годы Великой Отечественной войны, когда момент веры стал играть определенную роль в патриотическом настрое народа.

По словам священнослужителя Российской православной автономной церкви протоиерея Михаила Ардова, известного как последовательного критика РПЦ, Православную церковь Сталин в 1943 году решил использовать для своих целей. В Кремль вызвали трех митрополитов, которым разрешили открыть семинарии и издавать журнал под надзором Министерства госбезопасности.

В 2009 году председатель Отдела внешних церковных связей Московского патриархата (ОВЦС МП) митрополит (тогда архиепископ) Волоколамский Иларион в интервью германскому журналу "Der Spiegel" призвал "смотреть в глаза исторической правде" при оценке исторической роли Сталина.

"Существуют неопровержимые доказательства того, что при Сталине происходили массовые репрессии. Мы, наверное, никогда не узнаем точное число репрессированных, но речь идет о миллионах расстрелянных, лишенных имущества, изгнанных с родной земли", - заявил архиепископ Иларион. Подобные преступления, по его словам, "нельзя оправдать ни этими заслугами, ни победой во Второй мировой войне". "Победу в войне одержал не Сталин, а народ", - подчеркнул представитель РПЦ.