Нужен рост – ослабляйте рубль

Последние полгода в российской экономике мы наблюдаем определенный положительный сдвиг. Вместо спада, которым всех долго пугали, рост в первом квартале составил 0,9%, а в апреле – мае, по данным Минэкономразвития, есть даже ускорение. Стабилизировались инвестиции: мы начинали год с глубокого спада -7%, а в мае он сократился до -2-3%. У нас впервые за несколько лет стал сокращаться импорт: последние четыре года он рос быстрее экспорта, а сейчас чистый экспорт выходит в плюс. Растут промышленное производство и ВВП. Мы думаем, что всем этим мы обязаны слабости рубля – резкой девальвации в начале этого года.

В промышленном производстве активизировались именно импортозамещающие отрасли – выпуск стали, труб и так далее. Отчасти это можно объяснить теми событиями, которые происходили на Украине, и соответственно нашим ответом на эти события. Но важную роль в этих позитивных изменениях, по нашему мнению, сыграл слабый рубль.

Поэтому, если рубль останется на отметке 34 рубля за доллар или продолжит укрепляться с нынешних уровней, – это может нивелировать тот позитив, который ожидается от России, и существенно затормозить экономический рост во втором полугодии.

Наш прогноз на конец года – 35,5 рубля за доллар. Другие международные эксперты сулят российской валюте еще большее ослабление: согласно консенсус-прогнозу Bloomberg, доллар будет стоит 36,5 рубля. Но мы считаем, что 35,5 рубля за доллар – достаточно, чтобы тот позитив, который мы наблюдаем сейчас, сохранился и во втором полугодии. Если наши ожидания подтвердятся, возникнет повод для повышения прогноза по росту ВВП России.

Какие есть предпосылки для роста?

По нашему действующему прогнозу в 2014 году российская экономика вырастет на 0,9%. Какие позитивные факторы будут способствовать росту во втором полугодии?

1. В России низкая безработица. Она продолжает снижаться, при этом зарплаты продолжают расти, и эта ситуация сохранится. Основное объяснение – демографический фактор: население в трудоспособном возрасте сокращается почти на миллион человек в год. В таких условиях предпосылок для безработицы просто нет, даже если экономика не растет. Да, в долгосрочной перспективе это плохо для роста. Для отдельных развитых стран, как Германия или Япония, это уже ограничение для роста. Но у развивающихся экономик есть огромный потенциал «догоняющего» развития, так что недостаток рабочей силы препятствием не является. В нашем случае можно сказать, что сокращение предложения на рынке труда заставляет экономику платить все более высокие зарплаты даже в отсутствие роста. Это должно поддержать потребление, несмотря на весь тот негатив, который мы слышим и видим.

2. Вклад чистого экспорта будет позитивным, причем впервые более чем за три года. Собственно экспорт в этом году может вырасти в пределах 1%, благодаря тому, что наш основной покупатель – Европа – по сравнению с прошлым годом чувствует себя лучше. В целом за год мы ожидаем, что экономика еврозоны будет расти. Даже Испания, Португалия, Греция выходят из рецессии, не говоря уже о Германии и Франции. Низшая точка кризиса там, судя по всему, уже пройдена. Основное ограничение тут – Украина, она потребляет значительную часть российского экспорта. Из-за ухудшения торговых отношений с этой страной, а также глубокого экономического спада там масштаб российского экспорта на Украину резко упадет.

При этом импорт в Россию уже довольно ощутимо падает. Тут много причин: отсутствие роста инвестиций, торможение потребления и слабый рубль. Надо отметить, что такой спад импорта при росте экспорта происходит впервые с 2010 года. Так что, даже если потребление и инвестиции в этом году будут слабее, чем в прошлом, темпы роста ВВП упадут не так сильно.

3. Начиная с июля инфляция должна начать замедляться. Она будет существенно ниже, чем сейчас, процента на 1–1,5. В конце этого года мы ожидаем, что она снизится до 6,3% с нынешних 7,6%. Почему? Ограниченная июльская индексация тарифов снизит инфляцию на 70–80 базисных пунктов. Это уже само по себе опустит ее к 7%. Помимо этого, мы уже видим по еженедельным данным, что в июне инфляция существенно тормозит. Возможно, мы видим эффект разворота девальвации рубля с марта. Так, почти что единственная причина, почему сейчас инфляция выше 7%, – это девальвация рубля в начале года. Учитывая, что такой девальвационный эффект действует около трех месяцев, уже начиная с июня он должен начать снижаться.

Если не рассматривать политические катаклизмы, способные вызвать резкий рост цен на импорт, то главное, от чего зависит инфляция в России, – монетарные факторы, то есть объем денежной массы. Денежная база у нас растет, но темпы ее роста резко снизились – сейчас они самые низкие за всю историю России в «некризисное» время. Это должно ограничить инфляционные риски в средне- и долгосрочной перспективе.

4. Мы ожидаем, что на фоне замедления инфляции ЦБ будет снижать ключевую ставку. Скорее всего, во втором полугодии он снизит ее на 0,5 процентных пункта. Может, это и не ускорит рост само по себе, но должно снизить ограничения для него и таким образом его поддержать.

5. Российские банки и компании вновь получат доступ к внешним рынкам капитала благодаря стабилизации внешнеполитических отношений. Если посмотреть статистику размещения российских компаний и банков на внешнем рынке, то очевидно, что весной здесь возникли довольно существенные проблемы. Так что некие implied sanctions, то есть негласные санкции, конечно же, имели место. Но в последние несколько недель мы можем говорить о возвращении к предкризисной ситуации.

6. Росту в третьем квартале будет способствовать эффект базы. В третьем квартале прошлого года в сельском хозяйстве, несмотря на хороший урожай, был существенный спад из-за погодных условий. Надеюсь, в этом году погодных сюрпризов не будет.
Минэкономразвития в своих сценариях на 2015–2017 годы настроено очень пессимистично. В 2014 году они ожидают 0,5% роста, но по другим сценариям министерства он может оказаться существенно выше. Нужно учитывать, что это лишь сценарный анализ двух полярных вариантов: как может быть и как должно быть с точки зрения Минэкономразвития. Мы знаем, что сейчас ведется довольно активная борьба за отмену бюджетного правила и наращивание бюджетных расходов. Я думаю, что прогнозные расклады играют в этой борьбе очень важную роль. На этой неделе министр Алексей Улюкаев высказался уже не так пессимистично: он лично уверен, что рост будет выше 0,5%. Так что истина где-то посередине, и, по нашим мнению, она близка к нашим прогнозам.

Почему дальше рост ускорится?

В мае мы улучшили прогноз на 2015 год с 1,5% роста до 2,1% после подписания контракта «Газпрома» с Китаем. Мы думаем, что сделка и начало инвестиций по ней прибавит к росту ВВП 0,5 п.п. и стабилизирует самую слабую часть нашей экономики – инвестиции. По этому контракту ожидается примерно 200–250 млрд рублей чистых инвестиций. При этом другие компании, чтобы поучаствовать в проекте, тоже будут инвестировать. К этому добавляется и Крым, где нужно много чего строить. Все это выливается в инфраструктурные расходы, которые, по нашим оценкам, должны добавить $10 млрд инвестиций в год начиная с 2015 года. Это и есть дополнительные 0,5% роста ВВП по сравнению с более ранними прогнозами.

В отсутствие безработицы и экономического спада и при сокращении населения экономика будет продолжать платить высокие зарплаты. Реальные зарплаты (то есть с учетом инфляции) и сейчас у нас растут на 4–5%, даже несмотря на то, что экономический рост оставляет желать лучшего. Такая ситуация сохранится и в ближайшем будущем, что должно продолжать поддерживать потребительский спрос. Возможно, рост будет слабым, но он должен быть положительным.

Что это было: кризис или временный спад?

Какие темпы роста российской экономики можно считать нормальными? Казалось бы, еще недавно Россия росла по 6–7% в год, а правительство ставило задачи темпа роста не менее 4–5%. По нашим оценкам, нормальные темпы роста для России в нынешних условиях – в пределах 2–2,5%. Причина – структурные ограничения, плохой инвестиционный климат и связанные с этим проблемы. С учетом этих ограничений 3% роста уже могут означать перегрев экономики.

Однако помимо этого структурного замедления, в настоящее время есть еще и циклическая компонента. В случае России это то, что цены на нефть не растут, а при расчете среднего значения за год они даже падают. Доходы от продажи нефти это значительная часть корпоративных прибылей, а они – ключевой источник инвестиций. При сокращении прибылей от продажи нефти о росте инвестиций в основной капитал говорить не приходится. Совокупность этих двух факторов и ведет к тому, что темпы роста у нас не 2%–2,5%, а ниже 1%.

Рост на 2–2,5% – много или мало? Сколько это может продолжаться? Где край?

Мы думаем, что качество роста – это исключительно субъективный вопрос. В 2008–2009 годах у нас был полный провал в экономике: спад ВВП на 8%, притом что власти потратили огромные средства на антикризисные меры. Казалось бы, вот он – край. Но с другой стороны, согласно общественному мнению, страна успешно прошла испытания.

В целом мы думаем, что даже без каких-то реформ, ничего не делая, Россия может показывать 2%–2,5%-ный рост довольно долгое время. Конечно же, при отсутствии внешних шоков типа $30 за «бочку» нефти. Правительство имеет возможности, средства и резервы исполнить свои социальные обязательства, зажимая другие статьи расходов, повышая налоги или другими способами. Да и сами эти обязательства масштабируемые, так что какого-либо обвального роста расходов и падения доходов быть не должно.

Вопрос в том, как будет выглядеть Россия через 10–20–50 лет относительно других стран при таких темпах роста? Станем ли мы наконец развитой страной или так и останемся в догоняющем развитии. История других стран дает хорошие примеры того, что движение по этой шкале развития может идти как в одну, так и в другую сторону.