Original Material
Памяти Хораса Силвера
Из окна его дома в Малибу был виден океан. Тихий. Тихий океан и ничего другого. Возле окна стоял рояль. Когда он играл, он смотрел на океан. Когда он не играл – он смотрел на океан. Океан был снаружи и был внутри. Отныне – он сам часть океана. Much love, Horace….
«Тысячи гениальных исполнителей, музыкантов и композиторов составляют богатейшее наследие мировой музыки. Но в то же самое время каждое новое поколение дарит миру относительно ограниченное количество индивидуумов, в которых есть нечто настолько уникальное, настолько личное и моментально узнаваемое, что когда ты слышишь их музыку, ты не только знаешь, чья она, но у тебя возникает ощущение, что ты знаешь самого этого человека. Большинство из них будут жить в нашей памяти всегда. К этой группе привилегированных принадлежит и автор этой книги, герой этой книги – Хорас Силвер».
Джо Завинул, предисловие к автобиографии Хораса Силвера «Let’s Get to the Nitty Gritty», «Займемся-ка подробностями…»
Где бы вы ни были и на чем бы вы нас ни слушали, добро пожаловать на короткие волны «Свободы» в клуб «Времени Джаза». Вы можете слушать нас с сайта радиостанции в прямой ретрансляции или же – в подкасте.
Сегодняшний выпуск «Времени Джаза» посвящен памяти скончавшегося в среду 18 июня пианиста и композитора, основателя вместе с Артом Блейки «Вестников Джаза», лидеру хард-бопа и фанка – Хорасу Уарду Мартину Таваресу Силверу… Хорасу было 85 лет.
Horace Silver - Señor Blues – 6:59 (Horace Silver - 6 Pieces of Silver - Blue Note)
«Señor Blues», «Господин Блюз» - Хораса Силвера. Его же квинтет, записанный Руди ван Гельдером 10 ноября 1956 года, моно на LP, в Хакенсаке. В двухтысячном году Руди ван провел ремастеринг этой записи, и она появилась на CD: «Шесть монет Серебром» или же «Шесть Пьес Силвера». В квинтет входили: Дональд Бёрд – труба; Хэнк Моубли – тенор-саксофон; Силвер – рояль; Даг Уоткинс – контрабас и Луи Хэйз – ударные. «Señor Blues» - одна из самых знаменитых композиций Силвера.
Отец Хораса, португальских кровей, покинул Острова Зеленого Мыса, остров Майо, и морем, как именно Силвер не знал, добрался до Америки. Скорее всего на торговом судне. Он был молод, обосновался сначала в Массачусетсе, перебрался в Нью-Йорк и, наконец, осел в Норуолке, Коннектикут, где и встретил мать Силвера – Гертруду. Она была ирландских и афроамериканских кровей. В Коннектикуте жили многие голливудские звезды: Бэтт Дейвис, Борис Карлофф, Пэтси Келли и Эллери Квин. Мать Силвера была домохозяйкой, укативших на север от солнца и Калифорнии, звезд.
Отец, Джон Таверес, был четвертым уроженцем Островов Зеленого Мыса в Норуолке и, когда он встречался с друзьями, они говорили по-португальски и вспоминали музыку островов. Отец Силвера играл, видимо на гитаре, народные песни вместе с парикмахером Ником Сантосом и Хорас запомнил мотивы и ритмы кайсо и морны, которые в позднюю эпоху стали аукаться в его композициях.
В своих воспоминаниях Хорас не то чтобы скуп на детали, когда разговор идет о родителях, но его внимание больше обращено на сводного брата, который был весьма взрослым парнем, так что вскоре у Хораса появились племянники.
Horace Silver - Song for My Father – 7:18 (Horace Silver - Song For My Father – Blue Note)
«Song for My Father», «Песня для моего отца» - Хораса Силвера. Ритм теплых морей пронизывает это музыкальное посвящение. Кармел Джоунс играл на трубе; Джо Хендерсон – на тенор-саксе; Силвер – рояль; Тедди Смис – контрабас и Роджер Хамфрис – ударные.
Винил Хораса Силвера на «Blue Note» так и назывался «Cantiga Para Meu Pai», «Песня для моего отца». На обложке диска сам папаша Силвер в шляпе и с сигарой в зубах. Диск был записан в октября 1963 года после гастролей Силвера по Бразилии. Почти за десять лет до этой записи, в 1954 году, Хорас Силвер, тенор-саксофонист Хэнк Моубли и контрабасист Даг Уоткинс в клубе «Minton’s Playhouse» записали LP вместе с трубачом Кенни Дорэмом и ударником Артом Блейки. Диск вышел под названием «Хорас Силвер и Вестники Джаза». Через год Силвер передал руководство комбо Блейки и ушел. Почему? Ответ после напоминания:
Вы слушаете еженедельное и свингующее «Время Джаза» на коротких волнах «Свободы», через спутники HotBird и AsiaSat-7, а так же с нашего сайта www.svoboda.org. У микрофона в Лютеции – ваш ДС.
Horace Silver - Creepin' In – 7:28 (Horace Silver And The Jazz Messengers – Blue Note)
«Creepin' In», «Вкрадываясь» - обычно так говорят об ошибках, оговорках, опечатках… Это так же может быть намеком на музыкальное вступление. Эдак, на цыпочках. Кенни Дорэм – труба; Хэнк Моубли – тенор-саксофон; Хорас Силвер – рояль; Даг Уоткинс – контрабас и Арт Блейки – ударные. 13 декабря 1954 года, студия звукозаписи Руди ван Гелдера.
Сначала о названии комбо. С 1947 года Арт Блейки использовал для своих оркестров, а в первом было семнадцать музыкантов, выражение «Семнадцать Вестников Джаза». Цифра 17 исчезла, а «Вестники» остались. Остались они и после ухода Хораса. Квинтет назывался просто «Арт Блейки и Вестники Джаза».
«Я должен сказать, - пишет Хорас Силвер в своей автобиографии, - что «Jazz Messengers» были самым великолепным и грандиозным комбо, в котором я когда-либо играл, а небеса знают, я играл с величайшими джазменами. Иногда по вечерам мы играли так круто, (он пишет «густо» - ДС), так невероятно, что казалось, что мы плаваем в космосе. И я никогда не записывался ни с кем из музыкантов, так как с «Вестниками Джаза»: в таком абсолютном согласии». КЦ.
Это окончание главы о работе с «Вестниками». Начинается же она так:
«Через полтора года после того, как я начал выступать и гастролировать вместе с «Jazz Messengers», я оставил оркестр. Я ушел не потому что мне не нравилось то, как мы играли или из-за каких-нибудь трений в квинтете. Я ушел потому что все ширялись как бешенные. Контрабасист Даг Уоткинс и я были единственными музыкантами, которые ничего общего не имели с наркотиками. Я был в ужасе от того, что однажды копы поймают одного из наших и весь оркестр загремит в тюрьму. Слух уже катился от одного околотка к другому о том, что «Jazz Messengers» были наркомами.» КЦ
Несколько подробностей чуть позже, но вот теперь концовка первой цитаты:
«Я не думаю, что эти коты играли так гениально, потому что они были хроническими наркоманами. Наркотики, как раз помеха, препятствие. Они играли как боги, не смотря на все эти препятствия…» - Хорас Силвер, конец главы.
Jazz Messengers – Mayreh - 6:19 (Art Blakey Quintet - A Night At Birdland - Blue Note)
«Mayreh» - пьеска Хораса Силвера. «Вестники Джаза» в клубе «Birdland». Клиффорд Браун – труба; Лу Доналдсон – вполне паркеровский пластмассовый звук альт-саксофона; Хорас Силвер – рояль; Кёрли Рассел – контрабас и Арт Блейки – лидер и ударные. 21 февраля 1954 года, Нью-Йорк.
Я не следую хронологии обычных событий: детство, отрочество, юность. О Силвере на «Свободе» было не мало передач и, включая те, в которых разговор шел о том, как он стал крёстным отцом «49». Я даю сегодня малоизвестные эпизоды из жизни пианиста и композитора. Малоизвестные, но ключевые.
«Я не курил, не пил и никогда не прикасался к наркотикам. Я, конечно, пробовал. Я начал курить в шестнадцать, но в девятнадцать от табака меня начало тошнить. Я сменил марку сигарет. Никакой разницы. Я решил, что это знак свыше и завязал. Я никогда не мог привыкнуть к алкоголю. Он просто не удерживался у меня в желудке. Это был второй знак свыше. Немного вина или пива – куда не шло. Но полрюмки крепкого – и я был просто болен, как последняя собака. Я пробовал курить траву, но голове моей начинался такой хаос, что в итоге я решил, что это не для меня. Однажды, в конце ужина с друзьями, я выкурил косяк, а потом мы поднялись на сцену и меня начало рвать, как котёнка. Все думали, что я на героине. Это был последний раз, когда я искушал судьбу. С того дня, я никогда не пытался попробовать ничего сильнее минеральной воды…»
Хорас Силвер, автобиография, глава - «Моей любовницей была музыка».
В ретрансляции с нашего сайта www.svoboda.org или в подкасте вы слушаете еженедельное «Время Джаза», посвященное сегодня нашему крестному, пианисту и композитору Хорасу Силверу. У микрофона в Париже ваш ДС.
Horace Silver - Silver's Blue – 7:45 (Horace Silver - Silver's Blue – Columbia)
«Silver's Blue» - само собой композиция Хораса. С ним играли: Доналд Бёрд – труба; Хэнк Моубли – тенор-саксофон; Даг Уоткинс – контрабас и Арт Тейлор – ударные. Второе июля 1956 года. Нью-Йорк.
И все же то, чего боялся Хорас, увы, произошло. Однажды в Филадельфии Арт Блейки сказал ему: - Какого дьявола платить за место в поезде? Езжай с нами! И Хорас оказался в машине вместе с Артом, его слугой, Ахмедом и дочкой баронессы Ротшильд – Янкой. Арт был серьезным наркомом, Ахмед был и потребителем и поставщиком. Про Янку Хорас не пишет ни слова. Компашка не успела покинуть пригороды Фили, как их остановил полицейский на мотоцикле. Повод – трое чернокожих и белая леди в машине. Силвер пишет, что если бы Арт не был бы так удолбан, как говорят нынче в одной стране, всё бы обошлось. Увы – нет. Полицейский сдал всех четверых в околоток, а потом занялся исследованием внутренностей машины. Он нашел в заряженный револьвер, дюжину патронов и пачку бензедрина. Бензедрин был в сумке дочери барононссы Панноники. На венах Ахмеда были следы от уколов шприцом.
Horace Silver - The Dragon Lady - 7:04 (Horace Silver - Silver's Serenade - Blue Note)
«The Dragon Lady» - запись Руди ван Гелдера. Квинтет Силвера в Хакенсаке: Блю Митчел – труба; Джюниор Кук – тенор-сакс; Хорас – рояль; Джин Тейлор – контрабас и Рой Брукс – ударные. 8 мая 1963 года. Энглвуд Клиффс.
Хорас оказался в одной камере с Блейки. Великого Арта ломало. У Силвера оставалось право на один звонок. Он позвонил не домой, а подруге отца. Через несколько часов отец приехал в Фили и выкупил сына – то есть заплатил за досудебный выход на свободу. Адвокат семьи сказал, что «наркотики, трое чернокожих и белая леди» светят эдак на пять лет. После чего он объяснил, что судья берет не менее шести сотен. Деньги были выплачены налом. Суд был плохой комедией и Силвер оставил раз и навсегда «Вестников». Его можно понять.
Где бы вы ни были и на каких бы частотах, пардон, волнах, вы бы нас ни слушали, добро пожаловать в клуб «Времени Джаза». «Время Джаза» это история американской музыки: от борделей Сент-Луиса, хонки-тонк Нового Орлеана, от колёсных пароходов Миссисипи до танцевальных залов Чикаго и Канзаса, и ночных клубов Нью-Йорка и Лос-Анджелеса. Это рэгтайм, блюз, страйт, свинг, бибоп, хард-и-пост-боп, авангард, фьюжн и world music. У микрофона в Париже – Дмитрий Савицкий.
Horace Silver's - Serenade – 9:19 (Horace Silver Quintet - Silver's Serenade – Blue Note)
«Serenade», то бишь серенада… Состав, сбежавших от «Вестников» джазменов: Блю Митчел – труба; Джюниор Кук – тенор; Хорас – рояль; Джин Тейлор – контрабас и Рой Брукс – ударные. Руди ван, май 1963 года.
На чем мы с вами и расстанемся. Несказанного много. Но сжимать все по поводу, а повод понятен – нет смысла. Так что подождем.
Если вы опоздали к началу этой программы «Времени Джаза», вы нас всегда найдете по адресу – www.svoboda.org. Всех вам благ и до следующей недели. Чао, бай-бай!