Год после реформы: бюрократизация усилилась

Незаметно миновала годовщина реформы трех академий, поднявшая летом и осенью прошлого года на уши сотни научных работников. Многие из них вышли на митинги, устроили гуляния у стен Госдумы и Совета Федерации. Впрочем, остановить принятие закона о реформе РАН тогда не удалось.

Грустный юбилей был отмечен пресс-конференцией президента отреформированной Академии наук Владимира Фортова, прошедшей 2 июля в пресс-центре отреформи-рованного (а точнее, упраздненного) информационно-аналитического агентства «РИА Новости», ныне МИА «Россия сегодня».

Формальным поводом для конференции было утверждение нового устава РАН. После того как он был принят 27 марта на Общем собрании новой РАН, объединившей в своем составе три академии (РАН, РАСХН и РАМН), Фортов и его коллеги в течение трех месяцев вели «непростые» переговоры с органами госвласти, которые наконец завершились 27 июня утверждением устава главой правительства РФ.

Президент РАН привычно назвал реформу «радикальной, болезненной, а следовательно, — опасной трансформацией научно-технического комплекса» и подчеркнул, что задачей его и коллег было сохранить те традиции, которые были присущи Академии наук с момента ее возникновения: академическую свободу, выборность сотрудников вплоть до президента Академии, открытое обсуждение всех вопросов, демократизм в принятии решений.

«Акцент в уставе был сделан на том, что мы являемся научной организацией, сами продолжаем проводить научные исследования, и по сути дела, руководим научной работой в РФ, координируем эту работу, осуществляем экспертные функции в научно-технической сфере, продолжаем заниматься издательской деятельностью», — отметил вице-президент РАН, академик, глава Математического института РАН Валерий Козлов. По его словам, на данный момент благодаря мораторию на «резкие действия», введенному президентом РФ, «мало что реально произошло», но «степень бюрократизации науки выросла». «По независимым оценкам, количество отчетов, материалов, документов, которые запрашивают у научных институтов, за последний год выросло раз в пять. Конечно, это можно объяснить тем, что сейчас наводится порядок. Но такая бюрократизация идет не на пользу реальной науке», — отметил Валерий Васильевич. Он сказал, что в научном сообществе сейчас царит «тревожное ожидание: что же будет дальше, когда закончится мораторий на активные действия, когда начнутся процедуры с оценкой эффективности НИИ, кого это коснется? Тревожное напряжение не идет на пользу нашей науки. Ей нужна спокойная уверенность в настоящем и обозримом будущем. Только тогда наши ученые, в том числе и молодые, смогут спокойно думать, писать статьи, ставить эксперименты…»

«Я бы, наверное, погрешил против истины, если бы сказал, что с реформой всё хорошо. Каждый день возникают трудности, часто возникает непонимание со всех сторон. Мы создали рабочую группу, которая пытается решить все возникающие проблемы. Наша задача состоит в том, чтобы ученые не почувствовали перехода из одной системы управления в другую. И здесь мы едины. Но переходный период еще не закончен и самое главное — избежать катаклизмов», — отметил президент Академии наук.

Владимир Евгеньевич сказал, что проблемы, стоявшие перед академической наукой до реформы, никуда не делись: истощение накопленных возможностей, старение кадров, неприемлемо низкий уровень финансирования, необходимость обновления научного оборудования, нехватка жилья, низкие зарплаты ученых и неизбежная в этих условиях утечка мозгов.

На 27-й минуте «матча» Фортов заговорил о вливании крымской науки в российскую. Он отметил, что в формальных и неформальных разговорах представители всех научных организаций (их около 100), находящихся в Крыму, поддерживают присоединение полуострова к России: «Однозначная точка зрения — Крым должен быть российским». Глава РАН отметил, что хочет избежать разрыва между научными институтами Крыма и Украины. На полуострове будет организовано представительство РАН в Крыму, так как необходимо решить вопросы не только науки, но и собственности.

Владимир Иванов, заместитель президента, РАН к этому добавил, что РФФИ, РГНФ и РНФ могут принимать заявки на гранты на следующий год от научных институтов Крыма. Решен вопрос с признанием дипломов кандидатов и докторов наук. Руководители РАН отметили, что ищут решение, которое позволит вписать работу крымских институтов в программу фундаментальных исследований РАН.

Один из вопросов был посвящен судьбе Крымской обсерватории. Фортов сказал, что вице-премьер Ольга Голодец предлагает оставить ее в ведении Академии наук. «Мы сейчас занимаемся поиском решения, которое бы удовлетворяло и ученых, и наше законодательство», — сказал Владимир Фортов. По его словам, сейчас идет обсуждение: сколько денег будут выделять крымские власти, сколько — Академия наук. «Обсерватория будет работать как самостоятельная организация. Мы сейчас ставим задачу обеспечить ее нормальными ресурсами, нормальными научными задачами. Будет ли она в составе РАН или не будет? Пока нет окончательного решения», — отметил Владимир Иванов.

Президент РАН подчеркнул, что связи между научными организациями России и Украины пока не прерываются: «Наша позиция: Украина — братский народ, и мы не видим причин, чтобы прервать наши научные связи. Что будет делать украинская сторона — не знаю. Там есть люди, которые считают, что нужно пересмотреть приоритеты и позиции, но пока официально мы ничего не получали. И когда возникнет какая-то особая позиция у украинской стороны, то нам ничего не останется, как сесть за стол переговоров и искать компромисс».

Вопросы о системе оценки эффективности науки, о том, какая наукометрия нужна и как расставлять приоритеты между формальными и неформальными показателями науки, глава РАН назвал «очень болезненными». Он сообщил, что создана рабочая группа, куда войдут не только представители ФАНО, РАН, но и независимые эксперты. Фортов считает, что экспертная оценка в науке должна играть ведущую роль, а окончательное решение должен принимать коллектив ученых, а не бюрократы.

Не без гордости Владимир Евгеньевич прокомментировал апрельскую новость: его избрали в качестве иностранного члена в Национальную академию наук США. Он отметил, что за его избрание проголосовали единогласно, в том числе и те российские ученые, которые уехали в свое время на Запад. Он высказался за развитие и укрепление международного научного сотрудничества, в том числе сотрудничества с США, невзирая ни на какие политические факторы.

Фортову был задан и вопрос о предельном возрасте директоров научных институтов: откуда найдется столько новых управленческих кадров, чтобы заменить тех, кто в возрасте? Удастся ли повысить возрастную планку с 60 до 70 лет? «Эта тема не новая для нашей Академии», — вздохнул глава РАН, напомнив, что такая норма была в горбачевские времена, но потом была отменена. По его словам, до конца года необходимо заменить по возрастному критерию около 180 директоров. «Мы сейчас обсуждаем весь комплекс этих вопросов», — сказал Владимир Евгеньевич, сообщив о некоем письме Фурсенко Путину, в котором тот предложил принять более мягкую систему перехода. Предлагается ввести должность «научного руководителя», оставить за теми руководителями институтов, которые не потеряли энергию, авторитет и интерес к делу, возможность руководить научными вопросами, а административные возложить на более молодых коллег. Фортов выразил надежду, что процесс смены директоров пройдет безболезненно.

«Чем наука отличается от другого вида деятельности? Тем, что здесь большую роль играет элемент озарения, творчества, гениальности, поиска идеи, которая не похожа на другие, — подчеркнул президент РАН. — Мы в Академии будем стоять до конца за то, чтобы ученые были свободны от идеологических и конъюнктурных вещей. Наукой надо заниматься 24 часа 7 дней в неделю. Все другие способы чиновничьего управления приведут к разрушению науки. Если бы административные рычаги работали в творчестве и науке, то Северная Корея был бы чемпионом по числу нобелевских лауреатов, а этого не происходит и не произойдет. Академия наук отличается от департаментов и министерств тем, что там царит дух свободы и независимости».