17 июля 2014, 04:49 / Менеджмент

Где могут найти работу аквалангисты

Эта профессия дает ощущение побега из реальности и развивает шестое чувство. Ее считают рискованной, но специалисты говорят, что даже водить машину опаснее Эмма Джекобс AP

днем посреди доков базы ВМС в Портсмуте, на южном побережье Англии. Тихо стрекочет электрогенератор. На земле мешанина желтых и синих проводов, будка с оборудованием и видеоэкраном. Повсюду высокотехнологичное и предназначенное для работы в тяжелых условиях оборудование. Портер предлагает выключить генератор, чтобы не шумел, - ведь электрочайник уже вскипел.

Он профессиональный водолаз, проверяющий и чинящий суда и верфи для компании BAE Systems, управляющей имуществом базы ВМС в Портсмуте. Две команды по пять человек в каждой следят за состоянием всей базы, где одновременно могут находиться и фрегаты, и эсминцы, и сторожевик с Фолклендских островов.

48-летний Портер сам родом из Портсмута - города, важнейшее место в жизни которого занимает порт. Он начал заниматься снорклингом в 11 лет, после того как дядя получил травму спины и отдал племяннику свой гидрокостюм.

Во время первого погружения вода оказалась кристально-прозрачной, вспоминает Портер. Обычно на южном побережье видимость не превышает 2 м. Но в тот день было видно на расстоянии метров пяти. «Поразительно, можно было разглядеть все! Это меня и зацепило», - вспоминает Портер. Первым делом он отправился к затонувшему судну, а потом уже за гребешками, моллюсками и лобстерами.

Накопил на профессию

Семья Портера занималась либо строительством, либо продажей автомобилей. В свободное время отец, дядя и брат увлекались дайвингом или катались на лыжах. После школы Портер по семейной традиции пошел работать на стройку и в конце концов отправился на заработки в Германию. 15 лет он посвятил строительной отрасли и решил, что хватит. Пора превращать хобби в профессию. Залез в копилку и пошел на курсы водолазов. В 1998 г. они обошлись в 5000 фунтов стерлингов, сегодня придется выложить уже 15 000 фунтов.

В эту отрасль непросто войти новичку, признает Портер. Многие сдаются. «Может, не в их натуре постоянно пытаться. Но если по-настоящему сильно хочешь, будешь корпеть и корпеть, пока кто-нибудь где-нибудь не даст тебе шанс», - учит Портер.

Для профессионального водолаза много где найдется работа, в том числе на строительстве гражданских объектов - мостов, тоннелей, плотин и трубопроводов.

В воде безопаснее

Желтый металлический шлем валяется на земле рядом с рубахой водолаза. Шлем весит 8 кг, рубаха - 25 кг. Во всем этом оборудовании у Портера нулевая плавучесть. То есть он не тонет и не всплывает. Но в жаркий день он рискует, если замешкается на суше, пострадать от перегрева. Он рассказывает об удовольствии, которое получаешь, зависнув в воде и наблюдая за чем-нибудь в другой вселенной - подводном мире.

Его обычный рабочий день начинается в 7.30 утра, а заканчивается в 5 вечера. За это время он успевает даже поработать с бумагами. Зимой нельзя находиться в воде дольше 45 минут. «Тебя начинает бить дрожь», - объясняет Портер. А летом можно спокойно пробыть под водой четыре часа.

Работает в воде только один водолаз. Остальные находятся в полной готовности наверху - чтобы прийти на помощь в случае ЧП. Угрозу таит сильное течение или неожиданно начавший вращаться винт корабля. Но Портер под водой чувствует себя спокойнее, нежели за рулем машины. Водолазное дело становится все безопаснее, рассуждает он: «Раньше в профессии было полно кустарщины. Но ковбойское оборудование ушло в прошлое, а индустрия сделала большой рывок в смысле соблюдения техники безопасности». Единственный неприятный инцидент на работе случился с Портером, когда тот упал, поскользнувшись на пристани, и сломал запястье.

Побег из реальности

Профессия Портера дает ощущение побега из реальности. Он обожает чувство невесомости, которое дарит вода, и состояние сосредоточенности на дыхании: «Это успокаивает. Когда солнце высоко и вода чиста - все вокруг ослепительно. А на следующий день после шторма знакомые места становятся незнакомыми». Погружение в море сродни медитации: «Начинаешь слышать собственное дыхание и звук поднимающихся пузырьков воздуха». Как-то раз рядом трудилась другая команда водолазов. Звук от их работы был столь резок, что Портер просто не выдержал и ретировался: «Я теперь понимаю, что ощущает камертон».

Это еще и секретный мир, говорит Портер: «Под водой есть и осень, и весна. Видишь, как все растет. Разные твари приплывают и убираются, икра появляется, лобстеры приходят. Потом зима наступает, и видишь, как под водой время года тоже меняется».

Зимой зыбь и сплошная облачность сокращают видимость почти до нуля. То есть видно меньше, чем на метр. Работать приходится на ощупь: «С годами приходит знание и развивается шестое чувство. Иногда проще закрыть глаза, а не пытаться что-то разглядеть. Пальцы-то чувствуют, и значит, ты понимаешь, что происходит».

Портер рад, что нашел постоянную работу по душе в родном городе. Многие водолазы соблазняются перспективами найма на буровые платформы. Они занимаются подводной сваркой, монтажом подводных частей платформ и нефтепроводов. Но его это не прельщает.

Руководитель водолазной команды Марк Корп убежден, что хороший водолаз - это тот, кто всегда настороже, следует инструкциям и способен давать четкие описания происходящего. Корпу нужна четкая картина обрастания подводной части судна, сильное оно или слабое, есть ли морские уточки или в основном водоросли. К счастью, кроме слов приходит еще и картинка, передающаяся на видеоэкран в будке с камеры на шлеме.

Водолазная команда состоит полностью из мужчин. Корп говорит, что бывают и женщины-профессионалы, и тут же грубовато подшучивает: «Но есть с этим одна проблема. Каждый день раздеваться приходится на работе».