Россия без Путина

Однажды Путин летел куда-то на самолете. Постучался к пилотам в кабину, попросился порулить. Пилоты вышли. Сидят в салоне, ждут, пока он нарулится, а Путин все не выходит и не выходит. Уснул, что ли? Заходят в кабину, а никакого Путина там нет, вместо него только радуга, и как будто и не было никакого Путина.

Этой сценой заканчивался роман Александра Проханова «Господин Гексоген»; книга вышла в самом начале нулевых и имела невероятный по тем временам для такой литературы успех. Проханов получил премию «Национальный бестселлер», молодой литературный критик Дмитрий Ольшанский в «Независимой газете» назвал Проханова лучшим русским писателем 2001 года, а издательство «Ад Маргинем» несколько раз допечатывало тиражи. Говорят, книга понравилась Борису Березовскому — прежде всего потому, что роман Проханова изобиловал намеками на причастность российских спецслужб к взрывам домов в Москве в 1999 году, да и сам образ Путина — человека, который делает вид, что он есть (в отличие от Ельцина, который делал вид, что его нет), — точно соответствовал представлению о Путине самого Березовского. С «Господином Гексогеном» Проханов вышел из маргинального загончика, в котором существовал все девяностые, и протохипстерская публика тех лет обнаружила вдруг, что кроме Пелевина и Сорокина есть еще и такой автор, у которого под Красной площадью спрятан подземный мавзолей с телом Сталина, и чекисты в этом мавзолее служат свои мессы, а по Кавказу катится отрубленная голова генерала Шептуна (забытые имена — а тогда ведь действительно был генерал Шпигун, который попал в плен к чеченцам и которому они отрезали голову), а молодой полувиртуальный вождь Путин беззаботно плещется в бассейне с дельфинами и, как уже было сказано, превращается в радугу.

Прошло много лет. То, что принято называть теперь прохановщиной, давно восторжествовало. Авторы газеты «Завтра» воюют в придуманной ими же Новороссии, и постаревший Путин с высоких трибун пересказывает старинные передовицы Проханова. Никто уже не вспомнит, как Путин превращался в радугу. Никто не подвергает сомнению существование Путина. Неполных пятнадцать лет — достаточный срок, чтобы поверить в существование Путина и смириться с ним. В Путина — сильного, жестокого, коварного, непредсказуемого — поверили все. И сам Проханов, и карикатуристы западных газет, рисующие его теперь так, как будто он как минимум Гитлер, и украинский народ, и российский народ, включая либеральную интеллигенцию, и, вероятно, сам Путин.

Кто боялся имперского реванша или кто мечтал о нем — послушайте Путина теперь и спросите себя, чего вы ждали или боялись.

Вера в Путина — то, что сегодня объединяет всех; перед этой верой все равны — и Путин, и те, кто после вчерашнего анонса ждал от сегодняшнего Совбеза страшных и серьезных решений. Был лозунг «Россия без Путина», подразумевавший мечту о какой-то другой России по сравнению с той, в которой мы жили, но парадокс был в том, что Россия без Путина с самого начала была реальностью, просто всем удобнее было верить в такого Путина, каким его рисуют в западных газетах.

Малейшее соприкосновение с реальностью в виде сбитого над Донбассом «Боинга» снова превратило Путина в радугу из старого романа о гексогене. Стоит процитировать его сегодняшнюю речь на Совбезе: «Россия, слава богу, не входит ни в какие альянсы, это тоже в значительной степени залог нашего суверенитета; любая страна, которая в альянсы входит, сразу часть своего суверенитета отдает, и далеко не всегда это отражает национальные интересы той или иной страны, но это их суверенное решение» — из этих букв не сложится слово «вечность». Кто боялся имперского реванша или кто мечтал о нем — послушайте Путина теперь и спросите себя, чего вы ждали или боялись. Предсовбезовский плакат «Спутника и Погрома» про «тварь дрожащую» неотличим от плакатов тех же авторов, анонсировавших прошлой осенью победу Навального на выборах мэра, — степень соответствия реальности одна и та же.

Войны не будет. Не будет ничего. Осталось только дождаться, пока украинская армия очистит восток своей страны от людей, поверивших в Путина. Это сейчас, пожалуй, единственное, от чего можно ждать каких-то неожиданностей, потому что, когда ситуация зависит от украинской армии, это всегда чревато неожиданностями; известен случай, когда в руках украинской армии оказалось два железных шара, в итоге один шар украинцы сломали, другой потеряли. Собственно, это единственное, что сейчас дает надежду «народным республикам» продержаться еще какое-то время, вот только зачем? Вряд ли ответ на это есть у Бородая или Стрелкова. В пустой кабине самолета насмешливо переливается радуга, а сам самолет в виде обломков валяется где-то за терриконом близ деревни Грабово.

Такие дела.