Экс-акционер ЮКОСа готов на торг с Россией: снижение суммы выплат по проигранному РФ иску в обмен на прекращение уголовного преследования бывших сотрудников компании Михаила Ходорковского

Бывшие акционеры ЮКОСа, 28 июля отпраздновавшие победу над Россией в Гаагском суде, могут пойти на уступки проигравшей стороне. Торг возможен, если Россия пересмотрит уголовные дела, открытые в отношении экс-сотрудников ЮКОСа, заявил Forbes один из бывших акционеров нефтяной компании Леонид Невзлин.

«Я не сторона [судебного разбирательства], сторона — [компания] GML», — подчеркнул он. Но с учетом того что Невзлин является основным бенефициаром GML (Group Menatep Limited), куда входил и ЮКОС (до 2005 года 52,3% группы принадлежало трасту, единственным владельцем которого был Михаил Ходорковский, но он передал Невзлину доли в своих трастах), его мнение может быть существенно.

В понедельник, 28 июля Гаагский суд после десяти лет разбирательств обязал Россию выплатить экс-акционерам ЮКОСа $50,02 млрд. Арбитраж признал, что российские власти экспроприировали активы ЮКОСа «в интересах государства и людей из «Роснефти».

«Если предположить, что апелляция [поданная Россией] ничего не изменит, мы переходим к операции возвращения средств. {…} Группа начнет розыск активов и их арест с целью получения и отчуждения денежных средств. {…} Вариант второй — переговоры и снижение оплаты за какие-то другие вещи, которые мы могли бы достичь в рамках закона», — сказал Невзлин в интервью Forbes.

О каких «других вещах» идет речь?

«Нужно закрыть все незаконно открытые дела {…} в отношении меня, других акционеров ЮКОСа {…} и снизить размер ущерба, — считает Невзлин. — Это вполне нормальная тема для переговоров, если бы переговоры вел я».

В частности, он рассчитывает на переговоры об освобождении бывшего начальника службы внутренней экономической безопасности ЮКОСа Алексея Пичугина, пожизненно осужденного за убийство и покушение на убийство. «Что меня волнует — сейчас до сих пор находится в заключении Алексей Пичугин, — сказал Невзлин. — {…} Ни в коем случае не воспринимайте, что группа возьмет не $50 млрд, а $40 млрд, если вы отпустите Пичугина. Это не выкуп. Это возвращение дела в законное русло».

Сумма, выигранная выходцами из ЮКОСа, впечатлила всех. Хотя истцы просили $114 млрд, отвоеванные деньги «беспрецедентны», говорит юрист из фирмы, оказывавшей консультации одной из сторон дела ЮКОСа. Прежде максимальная сумма по спорам, вытекающим из договора к Энергетической хартии, составляла около $500 млн.

«Я не очень понимаю, откуда эта сумма взялась и рассматривать ее не берусь, хотя она мне кажется весьма значительной, — говорит бывший кризисный управляющий компании НК ЮКОС Эдуард Ребгун. — А что касается обвинения об экспроприации — ЮКОС реально был банкротом». Ребгун уверен, что России нужно мотивированно оспаривать решение суда, а «Роснефть» никакого отношения к этому не имеет».

Поспешила откреститься от истории и сама «Роснефть», которой достались основные активы ЮКОСа. Госкомпания не считает, что к ней могут быть предъявлены требования или что решения суда могут негативно отразиться на коммерческой деятельности или активах НК.

О намерении РФ оспорить вердикт по иску экс-акционеров ЮКОСа заявил министр иностранных дел России Сергей Лавров.

У России есть еще шанс опротестовать решение в Верховном суде Нидерландов, согласен Леонид Невзлин, но он «далеко не уверен, что Россия откажется платить: это международное дело». «Все зависит от того, как единственный человек в Кремле будет воспринимать это, — рассуждает экс-акционер ЮКОСа, который еще в 2003 году покинул Россию и с тех пор живет в Израиле. {…} — Я хочу сказать: вот, Владимир Владимирович, возникла денежная ситуация. Давайте сделаем, чтобы ущерб был минимальным, но правосудие настоящим. {…} Появился такой рычаг, давайте его используем».

Впрочем, экс-владелец ЮКОСа Михаил Ходорковский признался в разговоре с Forbes: он опасается, что победа бывших акционеров ЮКОСа таит в себе угрозу для второго фигуранта дела ЮКОСа Платона Лебедева, которого до сих пор не выпускают из страны.

Такого рода договор представить себе невозможно, категоричен экс-депутат Госдумы, финансовый омбудсмен Павел Медведев. «Во-первых, что это будет означать признание, что Пичугин никого не убивал, а во-вторых, какая радость собственникам ЮКОСа от освобождения части акционеров? Им деньги нужны. Их много, и договориться с ними будет трудно».

Среди истцов к Российской Федерации несколько фирм, за которыми стоят бывшие акционеры нефтяной компании: кипрская Hulley Enterprises (56,3%, она получит шанс на $39,9 млрд), Veteran Petrolium (11,6%, может получить $8,2 млрд) и Yukos Universal (2,6%, может рассчитывать на $1,8 млрд).

Несмотря на то что существует переговорная процедура между сторонами, мотивации России может оказаться недостаточно для начала диалога, говорит профессор МГИМО, специалист по международному инвестиционному праву Дмитрий Лабин. Он отмечает, что Россия никогда не вступала в переговоры, даже тогда, когда суммы были копеечные. «Репутационные риски не пугали», — поясняет он. Россия будет пробовать оспорить решение, так как разрешать эту ситуацию поспешно необходимости нет, считает адвокат.

Россия и правда уже дважды отказывалась платить по подобным искам. Скандалы со швейцарской Noga, добивавшейся от России выплаты €49 млн ущерба, и баварцем Францем Зедельмайером, который хотел снять иммунитет с части зданий торгпредства России в Швеции, растянулись на несколько лет. Под арест попадали самолеты, выезжавшие на авиасалон Ле Бурже, парусник «Седов», картины, направлявшиеся на выставку в Швейцарию. Арестовывались здания, закрепленные за РФ, и даже счета Банка России. Но счета были разблокированы, а аресты имущества признаны незаконными.

Для уплаты долга перед бывшими акционерами ЮКОСа судебные приставы могут требовать наложить арест на имущество, принадлежащее Российской Федерации, но не исполняющее государственной функции, поясняет юрист из фирмы, работавшей с одной из сторон дела ЮКОСа. Кроме того, по этому принципу могут быть арестованы средства на иностранных счетах, военные и гражданские самолеты и корабли, участвующие в коммерческом обороте.

«Я бы не возлагал больших надежд на объекты недвижимости и фирмы, возни будет много с каждым конкретным зданием и каждым юрлицом, а выручка — несопоставимой с суммой иска, — сомневается Андрей Заякин, сооснователь сообщества «Диссернет», расследование которого положило начало борьбе с незарегистрированной недвижимостью чиновников. — Мне кажется, гораздо проще было бы обсуждать арест счетов российского правительства в западных банках — нет проблем с реализацией имущества».

Чисто теоретически в рамках приватизации «Роснефти» с помощью ее акций можно было бы рассчитаться по долгам перед инвесторами, рассуждает юрист из фирмы, работавшей по делу ЮКОСа.

Впрочем, для того чтобы рассчитаться полностью, придется передать в счет уплаты долга около 75% компании, ее капитализация на Московской бирже на конец дня 28 августа составляла около 2,3 трлн рублей. При этом возникнут и чисто технические сложности при оформлении такой договоренности, связанные с тем, что реестр акционеров «Роснефти» ведется в России.

Леонид Невзлин: «Вот, Владимир Владимирович, возникла денежная ситуация»