Три четверки

Прокуроры требуют для четырех подсудимых по "Болотному делу" до четырех лет колонии. 4 августа суд удалится для вынесения приговора

Представители государственного обвинения потребовали до четырех лет колонии для фигурантов еще одного эпизода "Болотного дела". Эти сроки прокуроры огласили 31 июля в ходе прений сторон в Замоскворецком суде. На скамье подсудимых – четыре человека, задержанных во время так называемой второй волны, зимой и весной 2013 года. Алексея Гаскарова, Илью Гущина, Александра Марголина и Елену Кохтареву обвиняют в участии в массовых беспорядках и в применении насилия по отношению к сотрудникам полиции во время событий 6 мая 2012 года на Болотной площади в Москве. Подсудимые попросили суд оправдать их или же назначить наказание, не связанное с лишением свободы.

Алексей Гаскаров

Представители прокуратуры в ходе прений заявили, что считают доказанной вину всех четырех подсудимых по обеим предъявленным статьям. Вина, по мнению гособвинения, подтверждается видеозаписями, показаниями свидетелей – из числа сотрудников полиции, различными протоколами, а также уже вступившими в силу приговорами по другим эпизодам "Болотного дела". В частности, как считают представители прокуратуры, события на Болотной площади являлись массовыми беспорядками, в тот день было совершенно "преступление против общественной безопасности", что могло привести к "массовым человеческим жертвам".

По мнению представителей государственного обвинения, трое из подсудимых – Алексей Гаскаров, Илья Гущин и Александр Марголин – должны быть приговорены к реальному сроку наказания. Для Алексея Гаскарова и Александра Марголина прокуроры попросили 4 года колонии общего режима, для Ильи Гущина – 3 года и 3 месяца. Подсудимая Елена Кохтарева – единственная, признавшая вину в полном объеме и находящаяся по подпиской о невыезде, а не в следственном изоляторе, – по мнению прокурора, "своим поведением доказала возможность исправления без изоляции от общества" и должна быть приговорена к 3 годам и 3 месяцам условно, с испытательным сроком – еще 4 года.

Сергей Шаров-Делоне

Активист "Комитет 6 мая" Сергей Шаров-Делоне, участвовавший в качестве общественного защитника в первом "Болотном деле", полагает, что прокуратура запросила сроки и построила выступление в прениях с учетом приговоров по другим "Болотным делам":

– Прокуроры отозвали из обвинения уже дважды отметенные судом поджоги. Сразу же сказали, что в рамках этого дела не будут поддерживать гражданский иск, потому что в "деле восьми" и в деле Удальцова – Развозжаева суд не поддерживал этот иск. Думаю, что и с запрошенными сроками они тоже учли решения предыдущих судов. Невозможно было здесь просить 5,5-6 лет, которые запрашивали для "восьмерки", при том что так называемым "организаторам массовых беспорядков" Удальцову и Развозжаеву дали по 4,5 года http://www.svoboda.org/content/article/25467718.html. Прокуроры попросили практически предельные сроки, которые у них остались в люфте, – 4 года. Я не думаю, что это сильно скажется на приговоре, полагаю, что он будет чуть меньше – примерно в тех же пределах, что и приговор по "делу восьми". Возможно, от 2,5 лет Марголину – с учетом двух несовершеннолетних детей на иждивении до 3-3,5 Гаскарову и Гущину, – рассуждает Сергей Шаров-Делоне.

Илья Гущин

Осужденным по первому "Болотному делу" после апелляционного рассмотрения были назначены сроки от 2 лет и 3 месяцев до 3 лет и 9 месяцев колонии. Никто из них вину не признал. По "делу четырех" и Александр Марголин, и Алексей Гаскаров, и Илья Гущин признали, что могли, как говорит обвинение, толкнуть или ударить сотрудников полиции 6 мая. Но при этом в ходе прений они заявили, что мотивом для их действий была необходимая оборона, они пытались разнять демонстрантов и полицейских, преступного умысла у них не было. Обвинения в участии в массовых беспорядках подсудимые отвергли.

Это чисто политические игры, которые омерзительны, которые сказываются на судьбах честных хороших простых людей

Адвокат Александра Марголина Алексей Мирошниченко попросил оправдать своего подзащитного. По его мнению, массовых беспорядков на Болотной площади не было, а доводы прокуроров о том, что события 6 мая сопровождались уничтожением имущества и насилием, несостоятельны. Алексей Мирошниченко отметил, что произвол полиции привел к тому, что демонстранты были вынуждены защищаться. Адвокаты также говорили о том, что действия подсудимых квалифицированы одновременно по двум статьям, что незаконно. Адвокат Светлана Сидоркина заявила, что ее подзащитный Алексей Гаскаров преследуется по политическим мотивам, следователи неоднократно упоминали, что он лидер движения "Антифа", хотя в последнее время, по словам Сидоркиной, Гаскаров занимался социальными проектами и отстранился от этого движения. Адвокат Ильи Гущина Сергей Панченко указал суду на то, что на видеозаписях видно, как его подзащитный лишь потянул полицейского за бронежилет. С учетом того, что Гущин признал вину по этому эпизоду, адвокат попросил назначить подсудимому наказание, не связанное с лишением свободы, и оправдать по статье "Участие в массовых беспорядках".

По словам активиста "Комитета 6 мая" Сергея Шарова-Делоне, вопрос с признанием вины Ильи Гущина и Александра Марголина не совсем однозначный:

Александр Марголин

– И он, и Марголин признают факт, что они оттаскивали полицейского. И в этом я не вижу ничего предосудительного. Полиция задерживала абсолютно незаконно, и люди препятствовали незаконным задержаниям. Главное, что они не сами избивали полицейских, а мешали их действиям. Это не тянет на 318-ю статью. Гущин сначала признал вину, потом от этого признания отказался... Здесь многое связано с тем, что российская судебная система не предусматривает равенства сторон на стадии следствия. Мы все видели американские фильмы, где люди могут ничего не говорить до прихода адвоката, и адвокат имеет абсолютно равные права на всех этапах следствия. В России адвокат, если и имеет равные права, то только в суде, а до этого у него прав гораздо меньше. И это сказалось и тут: на ребят оказывали с самого начала давление, говорили: "Признай вот это, и все будет хорошо". Но мы видели по Лузянину, каков был результат признания всего.

Максим Лузянин – первый осужденный по "Болотному делу", он признал вину по обеим статьям, в ноябре 2012 года Лузянина приговорили к 4,5 года колонии.

По мнению Сергея Шарова-Делоне, с тех пор власть добилась своей цели – сбила волну протестного движения, и сейчас уже нет смысла назначать фигурантам дела суровые приговоры:

– Это дело политическое и абсолютно не правовое. Выступавший адвокат Мирошниченко в очередной раз блестяще показал, что там нет события преступления, нет массовых беспорядков, нет состава преступления по 318-й статье у Марголина и у всех остальных. Целью этого дела было сломать оппозиционное движение. Цель достигнута: движение, к сожалению, пошло на спад. И дальнейшая осмысленность действий для власти пропала: нет резона упираться в жестокие приговоры. Слишком жестокий приговор может вызвать повторную волну протеста, когда терять уже нечего. Скажу честно, хотя говорить об этом страшно: после суда над Удальцовым – Развозжаевым все отчасти вздохнули с облегчением: не такие страшные сроки. Все ожидали худшего. Это чисто политические игры, которые омерзительны, которые сказываются на судьбах честных хороших простых людей. Из них ведь политических активистов, кроме Удальцова и Развозжаева, нет. Новое дело, которое заведено по Ишевскому, – это уже совсем омерзительная вещь, потому что понятно, что оно заведено сугубо в ведомственных интересах Следственного комитета. Это дело уже не нужно даже власти, это уже даже не политика, это просто ведомственный корыстный интерес, из-за которого страдают живые люди, – считает Сергей Шаров-Делоне.

Елена Кохтарева

31 июля подсудимые Александр Марголин и Илья Гущин выступили также с последним словом. Алексей Гаскаров и Елена Кохтарева, как ожидается, выступят 4 августа, после чего суд удалится в совещательную комнату для вынесения решения.

Всего фигурантами "Болотного дела" сейчас являются более тридцати человек. 13 из них уже осуждены, столько же – амнистированы.

30 июля в Москве состоялся третий благотворительный аукцион в поддержку "узников Болотной", на котором было собрано чуть более 200 тысяч рублей. Среди тех, кто выставил свои лоты на продажу, были участницы Pussy Riot, актриса Лия Ахеджакова, главный редактор "Эха Москвы" Алексей Венедиктов.

Ваш браузер не поддерживает HTML5

Аукцион в поддержку "узников Болотной"