Два месяца ареста Надежды Савченко

Суд в Воронеже продлил срок ареста украинской летчице

Советский районный суд Воронежа до 30 октября продлил арест украинской летчицы Надежды Савченко, которую обвиняют в причастности к гибели российских журналистов в Луганской области. Об этом в своем твиттере написал адвокат летчицы Николай Полозов.

Он также сообщил, что в ближайшее время Савченко этапируют в Москву для проведения психиатрической экспертизы, на время которой доступ адвокатов к ней будет невозможен.

Защита настаивала на освобождении Савченко под залог в миллион рублей, считая, что достаточных доказательств ее вины представлено не было.

Решение суда будет обжаловано.

Суд в Воронеже также отклонил ходатайство защиты в возбуждении уголовного дела по факту похищения Савченко.

По версии следствия, украинская летчица причастна к убийству тележурналистов ВГТРК в зоне боевых действий под Луганском 17 июня. Правоохранительные органы утверждают, что Савченко задержали после того, как она незаконно въехала в Россию под видом беженки.

Украинские власти заявляют, что ее похитили сепаратисты и затем передали российским властям. На Украине возбуждено уголовное дело о похищении Савченко.

На прошлой неделе президент Украины Петр Порошенко наградил находящуюся под арестом в России летчицу орденом "За мужество".

Перед зданием суда с утра проходили пикеты. Один из адвокатов украинской летчицы Николай Полозов разместил в твиттере эти фотографии:

У суда уже пикетируют вот такие ребята pic.twitter.com/Zo0bjpt2oe

— Николай Полозов (@Moscow_advokat) 27 августа 2014

Надежду Савченко доставили в зал заседаний:

В преддверии суда Марк Фейгин рассказал Радио Свобода, что он и его коллеги собрали достаточное количество доказательств невиновности Савченко в инкриминируемых ей преступлениях:

– 25 июля суд нам отказал при обжаловании решения о мере пресечения в виде ареста Надежде Савченко, мы настаивали на залоге. Я думаю, пока ни суд, ни следственные органы не готовы изменить меру пресечения Надежде Савченко. Мы вместе с моим коллегой Николаем Полозовым встречались со следователем и Надеждой Савченко в СИЗО Воронежа, и прямо перед судом мы ознакомились с экспертизами, постановлением об их проведении, и следователь нам сказал, что в ходатайстве содержится обращение к суду со стороны органов следствия о продлении сроков содержания под стражей до 30 октября – момента окончания продленного следствия по этому делу.

Я думаю, пока ни суд, ни следственные органы не готовы изменить меру пресечения Надежде Савченко

Это означает, что следствие свою позицию, с одной стороны, не изменило, с другой стороны, я не верю в независимость и самостоятельность принимаемых судом решений, потому что я уже говорил, что вопрос лежит в политической плоскости, и решение принимается на самом верху, никак не в судебных инстанциях в Воронеже.

Тем не менее, у нас достаточно оснований настаивать на изменении меры пресечения. Это и уже подтвержденный факт ее незаконного перемещения из Украины, из Луганской области в Россию, который мы считаем похищением. А также, я полагаю, и последние собранные стороной защиты доказательства того, что Савченко не причастна к гибели журналистов Волошина и Корнелюка, не дают оснований следствию продолжать наставать на инкриминировании статьи 105-й, части 2-й и статьи 33-й "Пособничество убийству двух и более лиц" в отношении Надежды Савченко. Это определенно не подтверждается материалами, имеющимися у следствия.

– Недавно вы сообщили о том, что Надежда Савченко оказалась в плену у сепаратистов еще до гибели журналистов. А у следствия появилась какая-то новая информация?

Надежда Савченко попала в плен к луганским ополченцам до того, как погибли журналисты Волошин и Корнелюк

– Разумеется, мы ознакомимся с прилагаемыми к ходатайству следствия материалами, которые взяты из дела в поддержку этого ходатайства о продлении срока содержания под стражей. Но сомневаюсь, что там содержатся какие-то существенно новые факты. Напомню, что практически с момента моего и моих коллег вступления в дело с 11 июля никаких следственных действий до сегодняшнего дня, когда нас ознакомили с экспертизами, следствием не проводилось с участием Надежды Савченко. Из чего я делаю вывод, что у следствия пока нет никаких достаточных оснований для того, чтобы настаивать на прежнем обвинении. Тем не менее, то что уже материалы, нами собранные в Киеве, и это адвокатский опрос Тараса Синегорского, на который ссылается, кстати сказать, следствие, когда его допрашивали под камеру у луганских сепаратистов, и, собственно говоря, имеющиеся другие опросы и показания, которые мы произвели в Украине, и биллинг телефона Надежды Савченко, который мы со дня на день ждем из следственных органов Украины, доказывают, что фактически Надежда Савченко попала в плен к луганским ополченцам до того, как погибли журналисты Волошин и Корнелюк. Из суммы этих доказательств мы делаем вывод о полной непричастности Надежды Савченко к гибели этих лиц. Из тех материалов, с которыми мы ознакомились в суде, потом мы их начали проверять, потом беседовали с Надеждой Савченко, и в дальнейшем поехав в Украину, проведя там достаточное время, мы начали сотрудничать с правоохранительными органами Украины и начали выяснять все обстоятельства этого дела. То, что не делает или не может делать российское следствие, делали мы. Например, в деле находится изъятый у Савченко телефон и две сим-карты, и биллинг показывает, что утратила она телефон где-то за полтора часа до гибели Волошина и Корнелюка. Это как? Она его утратила ровно в тот момент, когда она попала в руки ополченцев, которые забрали у нее эти мобильные дивайсы. Да, разумеется, мы процессуально оформляем все документы, на это уйдет еще какое-то время, но эти выводы нельзя считать преждевременными. Прошло достаточно времени, чтобы в этом убедиться. Тем более мы имеем хорошие условия сотрудничества с правоохранительными органами Украины, которые нам в выяснении всех этих обстоятельств помогают.

Я знакомился с материалами дела, где написано, что гибель Волошина и Корнелюка происходили на территории Луганской народной республики!

Но дело в том, что как следствие, так и суд в России не являются независимыми, и поэтому, я много раз об этом говорил, политическая функция защиты заключается еще и в том, чтобы, прежде всего, рассказать общественному мнению как в России, так и в Украине, как обстоят дела на самом деле. Это первое. Второе, разумеется, своими ходатайствами мы попытаемся приобщить полученные нами материалы в Украине к материалам предварительного следствия, но не факт, что следствие в лице следователя или иных представителей следственной группы, которые будут принимать решения, примут эти материалы в виде ходатайства. В дальнейшем мы будем это обжаловать по статье 125 УПК, если нам будет отказано в приобщении наших материалов к материалам следствия. Такое тоже нельзя исключать. То есть эти выводы пока являются не процессуально закрепленными в материалах дела. Это то, что мы получили в ходе нашего самостоятельного расследования при помощи правоохранительных органов Украины. Но кто скажет, что российское следствие собирается учитывать мнения украинских правоохранительных органов, несмотря на то что этого от них требует закон?

– Собранные вами доказательства на территории Украины как-то принимаются во внимание следствием?

– Доказательства по материалам этого дела, которые должны собираться на территории Украины, должны делаться исключительно посредством сотрудничества с правоохранительными органами с соответствующим процессуально наделенным статусом в Украине. Но этого не происходит. Причину мы не знаем, это уже вопрос к СК. Мы можем только предполагать, почему этого не происходит. С другой стороны, а как вы поставите под сомнение, например, или не поставите действия российского следствия, если сейчас я ознакомился с материалами постановлений, в которых написано, что события, по поводу которых идет расследование, гибель Волошина и Корнелюка, происходили на территории Луганской народной республики! Я написал свои замечания о том, что и ЛНР, и ДНР не являются субъектами международного права, посмотрим, что на это ответит следствие. А ведь термины эти фигурируют в официальных материалах следствия, то есть, не будучи субъектами международного права, две эти народные республики фигурируют как официальные территории в документах официальных правоохранительных органов, следственных органов, СК по материалам дела Савченко! Поэтому игнорирование того, что делают правоохранительные органы Украины в части сбора доказательств о похищении Савченко и сбора доказательств о ее непричастности к убийству российских журналистов, вполне может такими следственными органами игнорироваться.