Original Material
Сезон охоты на голых
Местные власти Петербурга решили положить конец отдыху натуристов на знаменитом пляже "Дюны"
Администрация Курортного района в Петербурге решила ликвидировать натуристский пляж "Дюны". Еще весной депутат петербургского парламента Виталий Милонов, известный борец с гомосексуалами и педофилами, обратился в администрацию с предложением закрыть пляж, который, по его мнению, представляет угрозу для местных жителей и несовершеннолетних: вдруг они, гуляя у моря, заметят обнаженных людей?
Нудистский пляж "Дюны" под Ленинградом появился в далекие советские времена. Сначала здесь был военный объект, проводились стрельбы, а в 1956 году полигон закрыли, но колючую проволоку оставили, поэтому люди привыкли обходить это место стороной. В начале 1960-х годов на клочок дикого пляжа проникли любители позагорать нагишом. Те, кто снимали дачи в Дюнах или в соседних поселках, давно привыкли к натуристскому пляжу, придававшему местности некий шарм западного вольнодумства. Кроме того, пляж был почти что островом – чтобы на него попасть, надо было не полениться перейти вброд две довольно глубокие речки. Со временем, правда, речки обмелели, а натуристов становилось все больше.
Эти люди предпочитают называть себя не нудистами, а именно натуристами. 30 января 1992 года зарегистрировано "Общество культуры свободного тела", ставшее штаб-квартирой Национальной федерации натуризма России и принятое в Международную федерацию натуризма, входящую, между прочим, в ЮНЕСКО. Правда, уже через год, в 1993-м, местные власти в очередной раз попытались избавиться от пляжа, продолжив советскую традицию, когда на голых людей устраивались облавы. Но натуристы отбили очередную атаку, да и позже не испугались ни агрессии так называемых "казаков", ни бандитских налетов. В 90-х годах натуристов защитили власти – видимо, рассудив, что нет смысла преследовать людей, не устраивающих безобразий с алкоголем и наркотиками и ведущих ярко выраженный здоровый образ жизни.
Обитатели пляжа в Дюнах гордятся тем, что возродили на отдельно взятом клочке приморского песка аналог древних Олимпийских игр: обнаженные мужчины соревнуются в пяти видах спорта, включая бег и борьбу, и в каждом виде, как в древней Греции, победитель только один. А многие женщины, чья молодость выпала на 60-е, 70-е, 80-е годы, вспоминают, как они перешивали безобразные советские купальники с трусами до пупа в изящные самодельные бикини – гордость любого пляжа. В каком-то смысле освобождение от одежды виделось в те времена неким символом свободы – от уродливой советской моды в том числе.
Президент Общества культуры свободного тела Кирилл Васильев чувствует, что врос в этот пляж корнями, как и его товарищи, и даже окружающие сосны. Еще ребенком его привели сюда родители, отдых на этом месте с детства стал для него образом жизни. Над попытками обратиться в полицию или прокуратуру он смеется, потому что знает, как много полицейских и прокурорских работников приходят отдыхать на этот пляж. Сейчас Кирилл Васильев в очередной раз недоумевает, кому он и его единомышленники могли помешать.
Мы – натуристы, мы осуществляем свои идеалы только в специально отведенных для этого местах и только на природе
– Мы не нудисты, которым все равно, где обнажаться, хоть на стадионе, хоть на Дворцовой площади. Мы – натуристы, мы осуществляем свои идеалы только в специально отведенных для этого местах и только на природе. Ну, еще в бане, но это уже другая песня. У нас три четких правила: не мешать другим, не производить фото– и видеосъемку и уносить с собой мусор. Понятно, как это важно для сильно загрязненных пляжей Балтики – а мы вот ухитряемся содержать свой пляж в чистоте, даже заняли в 2010 году первое место на конкурсе самых чистых пляжей Петербурга. И это несмотря на то, что мы неоднократно видели, как к нам специально свозился мусор с соседних пляжей, чтобы бросить на нас тень. У меня есть доказательства – я не раз вывешивал эти видео на YouТube. Мы ведем огромную культурно-массовую работу, в 2010 году провели натуристские Олимпийские игры, на которые к нам приезжали участники и зрители не только из Москвы и других городов России, но и из-за границы.
Кирилл Васильев не исключает что очередное недовольство пляжем связано с чьим-то желанием построить на этом месте ресторан:
– Пляжи Курортного района, у администрации которого появились к нам претензии, растянулись на 35 километров, а у нас всего 100 метров прибрежной полосы – и мы кому-то мешаем? Это смешно. Два года назад депутат Виталий Милонов и уполномоченная по правам ребенка в Петербурге Светлана Агапитова старались нас закрыть. Теперь Милонов снова начал против нас крестовый поход – мол, мы мешаем детям и старикам. Но люди приезжают годами отдыхать в конкретное место, мы никому не мешаем, ничего не пропагандируем, благоустраиваем территорию, поддерживаем порядок. Да, есть люди, которым это не нравится, они приходят, чаще всего поддатые, пытаются нас фотографировать, мы их один раз предупреждаем, другой раз предупреждаем, а потом даем в глаз, но претензий со стороны полиции за все время нашего официального существования к нам нет! Почему мы интересуем Милонова, который должен заниматься исключительно законодательством? Это просто пиар, политика, флаг ему в руки! Мы пережили советские времена, гэбэшные методы работы, я сам пережил 15-20 серьезных "наездов" – думаю, переживу и этот.
Почему мы интересуем Милонова, который должен заниматься исключительно законодательством?
Недавно пляж в Дюнах отметил свое 50-летие, были выпущены значки, приезжали гости со всего мира. Кирилл Васильев считает, что если закон не запрещает ему ходить голым по лесу и собирать грибы, то он не запрещает ему и загорать голым на диком пляже. Активист вспоминает, что 10 лет назад уже была подобная кампания, с загорающих даже взяли штрафы, но потом был суд, кончившийся тем, что перед ними извинились и штрафы вернули. Предложение районной администрации переместиться на другой пляж в Смолячково людей не устраивает – никто не захочет тратить на дорогу два с половиной часа. Кирилл Васильев уверен, что люди будут бороться за свой пляж до конца, а если давление на них усилится, они готовы обратиться за помощью в ЮНЕСКО.