Original Material
Ирак: исход нашего времени
ВВС США нанесли первые удары по позициям группировки «Исламское государство» в Сирии, а Великобритания и Франция готовы присоединиться к военной кампании в Ираке. Но десятки тысяч иракских христиан вынуждены бежать из страны
 |
| Участник демонстрации в Париже требует остановить геноцид христиан в Ираке и Сирии. Июль 2014 г. /фото: Pierre Andrieu/AP Photo, Даниел Уильямс |
10 сентября президент Барак Обама в телеобращении к согражданам обнародовал стратегию борьбы с террористической группировкой «Исламское государство» (ИГ), которая, по его словам, превращается в непосредственную угрозу Америке: США, сказал президент, намерены действовать против ИГ «в наступательном ключе», выдавить боевиков с захваченных ими территорий и в конечном итоге победить. К тому моменту Америка произвела уже более 130 авиаударов по позициям боевиков в Ираке.
Вероятно, в речи Обамы наименьшее внимание привлекла упомянутая им необходимость помочь вернуться к своим очагам христианам и другим религиозным меньшинствам Ирака, которые были изгнаны исламистами из городов и деревень на севере страны. «Мы не можем допустить, чтобы эти общины были изгнаны со своей исторической родины», — сказал президент.
Увы, как минимум в отношении иракских христиан Обама ошибался. 120 тыс. из них уже нашли убежище в иракском Курдистане и не вернутся, даже если их мучители внезапно исчезнут.
Несдавшиеся
Эрбиль, столица автономного Иракского Курдистана. Первая половина сентября. Собеседники автора этих строк — беженцы-христиане. Из Мосула, Каракоша, других городов Ниневийской равнины. И все, как один: «Нет, мы больше туда не вернемся». И дело тут не только в том, что эти люди получили незаживающую психологическую травму, потеряли жилье, имущество и бизнес. В конце концов некоторым из беженцев было мало чего терять. Далила Даниэль, которой больше 70 лет, только всплакнула, когда вспомнила, как бойцы ИГ на КПП сорвали с нее золотые серьги, свадебный подарок более чем полувековой давности. Но ведь были и настоящие трагедии. Исламисты вырывали малолетних детей из рук матерей, а потом требовали за них выкуп. Молодых мужей забирали у их жен и детей, сажали в автобусы и увозили в неизвестном направлении. Целые семьи запирали в подвалах, держали там впроголодь, пытали, издевались. 80-летняя Газала Аль-Наджар рассказала, как боевики ИГ 10 дней подряд угрожали ей смертью, если она не примет ислам. «Я сказала им: убейте меня. Я никогда не стану мусульманкой. И умру здесь христианкой». Поразившись непреклонности пожилой женщины, исламисты отпустили ее.
„
«Я сказала им: убейте меня. Я никогда не стану мусульманкой. И умру здесь христианкой»
”
Но опять-таки все это — не главная причина нежелания христиан возвращаться на «историческую родину».
«Настоящая беда в другом: в последние годы изменилась среда обитания, посеяна рознь среди иракцев. Мы стали врагами для мусульман — и суннитов, и шиитов», — сетовал в разговоре один из беженцев. В Мосуле и близлежащих деревнях жители-мусульмане мало того, что приветствовали бойцов ИГ, так еще и помечали специальным знаком дома соседей-христиан, подсказывали боевикам, где живут особенно зажиточные из них.
Последние три месяца для иракских христиан стали кульминацией одиннадцатилетнего ада. Проблемы для них начались уже через год после свержения Саддама Хусейна. Гонения, расправы, убийства и издевательства, взрывы церквей — все это было и раньше. Иногда за этим стояла «Аль-Каида», иногда — исламисты-сунниты, тоскующие по суннитскому контролю над Ираком («как при Саддаме»), иногда — боевики-шииты, воюя с суннитами, «попутно» преследовали и христиан.
10 лет террора
Все началось в 2003 году с нападений на принадлежащие христианам магазины, торгующие алкоголем. В августе 2004-го у четырех церквей в Багдаде и одной в Мосуле взорвались бомбы: 11 человек погибло. Еще две церкви были взорваны в ноябре того же года, и христиане начали спасаться бегством в Иракский Курдистан, Иорданию и Сирию. С тех пор взорваны 70 церквей по всей стране, в последний раз — на Рождество в прошлом году. «Особо ценными мишенями» стали иракские священники и епископы — их стали убивать в качестве напоминания пастве: никто из вас не в безопасности. В Мосуле в июне 2007-го боевики потребовали от священника-халдея убить трех дьяконов его прихода, а самому обратиться в ислам. Тот отказался. Убили всех четверых. В 2008-м боевики-сунниты похитили халдейского архиепископа Мосула Паулоса Раххо, убив троих его телохранителей. Похитители бросили Раххо в багажник автомобиля, но тот смог позвонить своим коллегам по мобильному телефону, велев им не платить за него выкуп. Через несколько дней Раххо был найден мертвым в неглубокой могиле.
Женщины-христианки по всему Ираку получали письма с угрозами и требованием прекратить работать. Христианские семьи по всей стране получали анонимные послания — «дарфтар», на местном сленге, — требование заплатить налог в $10 тыс. за право на жизнь. Дети похищались с улиц Багдада с целью получения выкупа. Дора, пригород Багдада, некогда населенный христианами, усилиями боевиков — и суннитов, и шиитов — был практически вычищен от «иноверцев». Так что боевики ИГ пришли в Ирак на хорошо удобренную почву.
Один священник в Багдаде, выкупивший сам себя за $85 тыс. семь лет назад, рассказал, как один его знакомый мусульманин однажды подошел к нему со словами: «Суббота прошла, сегодня воскресенье, а ты все еще здесь…» Он имел ввиду то, что евреи, поклоняющиеся Субботе, уже давно покинули Ирак, так почему же христиане поклоняющиеся Воскресенью, продолжают оставаться в стране.
Ни в Мосуле, ни в городах Ниневийской равнины христиан не осталось вообще
”
В 2003-м в Ираке проживали более 1 млн христиан. Сейчас их осталось не более 300 тыс. При этом ни в Мосуле, ни в городах Ниневийской равнины, оказавшейся под контролем ИГ, христиан не осталось вообще.И как ни грустно это звучит, приходится признать: христианству в Ираке приходит конец. Как сказал один беженец: «Мы хотели быть с Ираком, но Ирак не захотел быть с нами».
США и Европа, конечно, в состоянии предоставить временную защиту иракским беженцам-христианам, включая экономическую помощь, возможность вести нормальный образ жизни. Для иракских христиан, как и представителей других меньшинств, историческая родина навсегда осталась в прошлом.
фото: Reuters