Угольный магнат и участник списка Forbes Александр Щукин решил вести семейные дела в Лондоне. Как бизнесмен оказался жертвой мошенника?

В 2012 году совладелец угольной шахты «Полосухинская» и экс-партнер Андрея Мельниченко Александр Щукин (№189 в списке Forbes, состояние — $500 млн) решил открыть в Лондоне family-office — частную независимую организацию, оказывающую услуги семьям в связи с управлением семейным имуществом и другими активами. Эту задачу бизнесмен поручил мужу своей единственной дочери Елены — Ильдару Узбекову, сына Фуада Узбекова, который до 2002 года был старшим советником в «Газпром экспорте», а также замгендиректора «КазРосГаза» (совместное предприятие «Газпрома» и «КазМунайГаза»), следует из материалов дела в Высоком суде Лондона (есть в распоряжении Forbes).

Чтобы решить задачу, в Англии Узбеков нашел надежного, как ему казалось, партнера Эдриана Берфорда. Последнего зять Щукина считал «очень умным человеком». Берфорд, на первый взгляд, выглядел презентабельно: окончил Кембридж, работал в McKinsey & Co и Министерстве иностранных дел Великобритании, управлял собственным бизнесом.

После того как Узбеков рассказал о своей цели Берфорду, тот загорелся и в 2012 году убедил российского партнера в необходимости создания family-office в Лондоне на базе совместной с ним компании Fern Advisers Limited (Fern). Она бы позволила инвестировать средства и поддерживать life style семьи Щукиных за рубежом. Например, у Елены Щукиной есть художественная галерея в престижном районе Лондона. Берфорд рассчитывал на то, что в family-office будет вложено до $1 млрд.

Английский управляющий предложил делать family-office на примере семьи Оппенгеймер (бывшие владельцы компании De Beers c состоянием $6,6 млрд), с которой, как он рассказал Узбекову, у него были близкие контакты. Что окончательно убедило семью Щукиных, что можно работать с Берфордом.

Машины и рестораны

В апреле 2012 года £1 млн на расходы по созданию family-office были отправлены на счета Fern из кипрских фондов, в которых хранились деньги семьи Щукиных. Через два дня после перевода денег Берфорд, как директор компании, перевел через заем около половины этих средств на свои счета в банке. Почему он так поступил? К сожалению, Узбеков не знал, что Берфорд испытывал серьезные финансовые трудности и погряз в долгах. Медицинский бизнес его жены шел из рук вон плохо, а респектабельный ресторан Sushinho бразильско-японской кухни на Кингс Роуд в Лондоне (Берфорд был его совладельцем) приносил убыток по £1 млн в год. Дела шли настолько плохо, что, со слов адвоката матери Берфорда, он подделал ее подпись, чтобы заложить ее дом за £250 000.

Но полмиллиона фунтов было недостаточно, и в июне 2012 года Берфорд решил убедить Узбекова перевести на счет Fern еще £2,5 млн для совместных вложений с другим family-office под названием Red Star. Компании должны были инвестировать равные суммы в обмен на акции компании, управляющей фондом Marylebone Oil & Gas Fund. Как указано в деле, Берфорд показал Узбекову документ, в котором говорилось о намерениях Red Star вложить по меньшей мере £50 млн в фонд. Что стало предлогом для того, чтобы Берфорд начал получать зарплату £20 000 в месяц.

Как выяснилось позже, Red Star не стала переводить свой первый взнос в размере £2,5 млн. Берфорд просто подделал документ об инвестиционных намерениях компании. Но Узбеков этого не знал и перевел необходимые средства на счет Fern. Берфорд в свою очередь перевел на депозит £850 000, которые предназначались для покупки поместья Broadwell Manor в Глостершире общей стоимостью £8,5 млн. Также он взял в лизинг два дорогих автомобиля — Aston Martin Rapide и Land Rover Discovery 4. На них он ездил в офис, который снял для Fern в престижном районе Лондоне Мэйфэр.

Но деньги начали заканчиваться, и уже в июле 2012 года у Берфорда появилось очередное инвестиционное предложение для Щукиных — сделка с семьей Оппенгеймер. Он сообщил, что его старые коллеги, близкие к Оппенгеймерам, предлагают ему в управление £150 млн семьи. Но для того чтобы начать управление, Берфорду нужны от Щукиных хотя бы £10 млн — как доказательство, что у него есть средства на счетах. Узбеков вновь поверил Берфорду и средства были переведены во временное хранение Fern. Берфорд поблагодарил Узбекова и сообщил, что получил мандат на управление £16 млн семьи Оппенгеймер. В действительности никакого соглашения с Оппенгеймерами не было, а средства были нужны, чтобы отдать остаток за поместье. Кроме того, £1,5 млн Берфорд выделил на развитие своего ресторанного бизнеса и открыл второй ресторан Sushinho на Девоншир-сквер в Лондоне. Партнерам по этому бизнесу он сообщил, что средства взял в кредит и показал им поддельную выписку.

Банкротство и «частная армия Сибири»

Узбеков не замечал хищений, так как Берфорд лично готовил для него отчеты Fern, в которых отражал данные по счетам компаний. Когда же Узбекова попросил выписки со счетов, то Берфорд предоставил ему подделку.

Но в феврале 2013 года Узбеков получил письмо английского банка Coutts, в котором говорилось, что £10 млн компании, выданные на «сделку с Оппенгеймерами», были выведены из компании. Узбеков решил переговорить с аудиторами Fern из Smith & Williamson. Помощница Узбекова попыталась связаться с сотрудником Smith & Williamson, аудитором Джеймсом Баттервортом, по телефону, но последний был «неуловимым», он часто резко менял планы и много болел.

Позже выяснилось, что Баттервортом был сам Берфорд, который выдумал этого персонажа и от его имени переписывался с помощницей Узбекова.

Так и не сумев получить от него отчетов, Узбеков в марте 2013 года обратился в Высокий суд Лондона.

В том же месяце Берфорд признался независимому адвокату, что взял £11 млн и потратил их на дом и свои проекты. Однако затем отказался от своих слов, объясняя это тем, что получал угрозы «от частной армии в Сибири». Представители стороны Узбекова сообщили Forbes, что активы Берфорда были заморожены. Сам Берфорд свою позицию озвучил только в феврале 2014 года, согласно ей, документы, доказывающие его невиновность, «пропали в облачных почтовых сервисах». Займы, которые он брал из компании на ресторан и поместье, якобы были устно заверены Узбековым. Целью же Узбекова якобы был вывод средств собственной семьи. Как сообщили адвокаты Узбекова, суд признал заявления Берфорда «нелепыми и не поддающимися ни коммерческому, ни любому другому здравому смыслу».

В компаниях, принадлежащих Щукину, отказались давать комментарии для Forbes. Что удалось вернуть угольному магнату? Суд постановил, что средства от продажи поместья должны вернуться в family-office. По данным сайта недвижимости Rightmove, позже оно было продано за £8 млн, агентом по продаже был Knight Frank. Сам Берфорд был признан банкротом в начале 2014 года. Адвокаты Узбекова говорят, что его ждет уголовное наказание. Связаться с Берфордом не удалось.

Обмануть миллиардера: как семья Александра Щукина открывала family-office