Очередная неожиданность

9 октября Нобелевский комитет Шведской академии огласил имя лауреата Нобелевской премии по литературе за 2014 год. Им стал 69-летний французский писатель Патрик Модиано. Денежный эквивалент премии — 10 000 000 шведских крон. Что в пересчете на более привычные российскому гражданину дензнаки составляет примерно 1 500 000 американских долларов.

Иногда, когда пытаешься анализировать логику поведения этих людей — чем они руководствуются, делая каждый год тот или иной выбор, — остается разве что руками развести. Или плечами пожать. Или глаза выпучить. Изображая всеми этими мимическими реакциями одно-единственное — огромного размера «Не понимаю!». К тому располагали все присуждения литературной Нобелевки последних лет. То ее получает какой-то никому в Европе неведомый китаец, то — как в прошлом году — забавная канадская старушенция.

Тенденция последних лет привела к тому, что на Нобелевку по литературе уже почти махнули рукой. Ну в самом деле — мало ли что им, этим высоколобым академикам, в очередной раз в голову взбредет. Тем более что никому и никогда еще не удавалось заранее с точностью предсказать имя того, кто эту премию получит.

Так было и на сей раз. В последние перед оглашением имени счастливчика дни вездесущие букмекеры составили собственный short list потенциальных лауреатов и принимали ставки, исходя из им одним ведомых коэффициентов вероятности. Кого только в этом списке не было. Первым номером шел японец Харуки Мураками. Что совершенно неудивительно, поскольку он из этого списка из года в год не вылазит. Также упоминались такие зубры изящной словесности, как франко-чешский писатель Милан Кундера и итальянец Умберто Эко. Из числа пишущих на русском где-то в середине списка мелькало имя Светланы Алексиевич. Это традиция, этого не избежать.

Но вчерашний день показал, что букмекеры снова тотально облажались.

***

Утверждать, что имя только что объявленного лауреата — француза Патрика Модиано — отечественному (его) читателю неизвестно, было бы хамством за гранью идиотизма. У себя на родине он известен всем умеющим читать. Поскольку работает в литературе вот уже без малого полвека и является автором более двух десятков книг и лауреатом доброй дюжины всевозможных премий, включая самую во Франции престижную — Гонкуровскую. Которой был удостоен в 1978 году за свой самый, пожалуй, известный в мире роман — «Улица Темных Лавок».

Писатель, получивший Гонкура, автоматом причисляется во Франции к разряду живых классиков — вне зависимости от возраста, в каком он в момент присуждения был. Модиано в 1978-м было тридцать три.

Опубликовав в 1968-м свой первый роман «Площадь Звезды» (который принес ему премию Роже Нимье), Модиано с тех пор регулярно радует своих читателей новыми книгами. Одна за другой выходят «Ночная стража» (1969), «Окружные бульвары» (1972), «Лакомб Люсьен» (1974), «Вилла “Грусть”» (1975), «Семейный аттестат» (1977) и другие.

Писатель, получивший Гонкура, автоматом причисляется во Франции к разряду живых классиков — вне зависимости от возраста, в каком он в момент присуждения был. Модиано в 1978-м было тридцать три. Предполагал ли он, что через тридцать шесть лет его настигнет самая престижная мировая премия — Нобелевская? Вряд ли. Поскольку всегда считал себя писателем в первую очередь не для всех, но — для тех, кому он нужен.

Недоброжелатели из числа записных литкритиков обвиняют Модиано в том, что он всю жизнь пишет одну и ту же книгу, которая раз за разом публикуется главами под разными названиями. И все, что он пишет, вертится вокруг одной-единственной темы — психоаналитических терзаний мальчика (юноши, молодого человека, человека зрелого) из смешанной бельгийско-итальянско-еврейской семьи. Чьи родители, произведя его на свет сразу после окончания Второй мировой, в которой им повезло уцелеть, фактически бросили его на произвол судьбы и не только не занимались его воспитанием, но и вообще не особо озадачивались самим фактом того, что у них есть ребенок. И вот ребенок вырос, стал писателем — и не придумал ничего более оригинального, чем десятилетиями копаться в собственном подсознании, попиливая лобзиком малейшие заусенцы памяти и не обращая никакого внимания на то, что происходит вокруг него в окружающей реальной действительности. Тем более что действие многих его книг происходит во Франции в годы нацистской оккупации и коллаборационистского режима — то есть во времена, когда самого Модиано еще и в проекте не существовало. Этакий рефлексирующий интелло, обращенный мыслью вспять.

Литературным критиканам, как известно, никогда не угодишь. И нет такого писателя, которому бы они не могли прицепить ту самую воображаемую консервную банку на виртуальный хвост. Но в одном они совершенно правы: писатели, подобные Патрику Модиано, существуют действительно прежде всего для тех, кому оно надо. Прочие могут потреблять Уэльбека. Или, скажем, Бегбедера.

***

Читатель российский также не может пожаловаться на то, что творчество Патрика Модиано ему неведомо. Поскольку первые его переводы на русский появились еще четверть века назад, в коммунистические времена. В 1987 году московское издательство «Известия» выпустило первую в СССР книгу Модиано — мини-роман «Улица Темных Лавок», тот самый, за который писатель получил Гонкуровскую премию. Перевод был выполнен Марией Зониной, книга вышла в серии «Библиотека журнала “Иностранная литература”». Два года спустя издательство «Радуга» выпустило сборник из четырех сочинений Модиано под заголовком «Повести», в который помимо «Улицы…» были включены также «Утраченный мир», «Августовские воскресенья» и «Смягчение приговора». Обе книги вышли весьма умеренными для тогдашних времен тиражами — по 50 000 копий каждая.

Затем последовал большой временной провал. Лишь в 1997 году издательство «Триада» выпустило книгу Модиано «Из самых глубин забвения», а в 1998-м в ту пору еще процветавший «Вагриус» сподобился на сборник его мини-романов под названием «Утраченный мир» (в который помимо ранее уже публиковавшихся по-русски «Улицы…» и «Утраченного мира» вошли впервые переведенные «Свадебное путешествие» и «Вилла “Грусть”»). В 1999-м роман Модиано «Дора Брюдер» вышел в издательстве «Текст» в переводе Нины Хотинской. Тринадцать лет спустя в том же «Тексте» вышла последняя на сегодняшний день в России — и восьмая на русском — книга Модиано «Горизонт» в переводе Екатерины Кожевниковой. Тиражи в 2000-е годы, естественно, стали мизерными, но и читателей, способных воспринимать такую прозу, как у Модиано, за деньги, также существенно поубавилось. Все течет, как говаривал Василий Гроссман, хотя и по другому поводу.

Сам факт присуждения Нобелевской премии по литературе Патрику Модиано почти наверняка вызовет всплеск интереса к его творчеству со стороны издателей. Так что следите за новинками книжного рынка. Они непременно последуют.